Обними. Поклянись. Останься (СИ)

— Ты думаешь, после того, как я подпишу все бумаги, у тебя что-то будет с Данкой? — просил меня Игнат перед дверьми нотариальной конторы. — Она не простит тебя. Ведь стопудово, ты не рассказал ей правду. Выслужиться хочешь. Или ты её используешь просто?
— Я пытаюсь спасти Варю. А ты мне в этом помогаешь. И если в тебе осталась хоть капля человечности, ты подпишешь все документы без театральных выпадов. Иначе для тебя это плохо кончится, — я демонстративно показал пистолет, который все это время был в кобуре под пальто.
Игнат был понятливым. Жить хотели даже такие гниды, как он. У нотариуса парень вел себя слишком покорно. Глазом не моргнув подписал все бумаги и даже начал улыбаться. Мне показалось это подозрительным, но потом я списал все на стресс и отбитую голову. Вместо лица у него был сплошной синяк и мне пришлось дать на лапу нотариусу, чтобы тот не задавал лишних вопросов.
— Ну, что? — Игнат протянул мне руку при выходе на улицу. — Дело сделано. Желаю вам с Даной удачи. Теперь я свободный человек? Гарику привет.
— Что-то мне не нравится твое настроение. Радуешься, будто что-то задумал.
— Конечно, радуюсь. У меня на руках все мои расписки, а вы будьте прокляты, — он плюнул мне под ноги и направился прочь.
Да, согласно уговору, я вернул ему все расписки, и теперь он мог дышать свободно. Больше его с Гариком ничего не связывало. Но все равно поведение парня меня напрягало. Не понимал чем, но нутро твердило, что что-то тут не чисто. Не верил я, что разбитая рожа стала стимулом для подписания бумаг. Игната и раньше избивали, но он оказался крепким орешком. Варя? Тоже сомнительно. Про девочку он ни разу не спросил. Тогда в чем причина быстрого соглашения?
Я пытался восполнить в памяти все сказанные им слова, но не вспомнил ничего, что помогло бы найти ответ. Никифоров просто вдруг резко согласился.
Ладно, об этом мы подумаем завтра. Сейчас есть дела важнее.
Я написал смс своему боссу, параллельно наблюдая, как Игнат кому-то звонил, бросая странные взгляды в мою сторону. Получив от Гарика «ок», решил набрать Богдане, но обнаружил, что сел телефон.
Проклятье.
Поставив аппарат на зарядку, тронулся в присланный адрес, чтобы закончить сделку и забрать Варю. По дороге нетерпеливо смотрел на уровень индикации батарейки, ожидая, пока она достигнет стадии возможности звонка.
  
Глава 26
 
Я безучастно повернула к матери голову, продолжая всё так же сидеть у окна. Вот уже второй день я была сама не своя, и всё от окутавшей нас всех неизвестности, которая убивала в прямом смысле слова. Я не спала, не ела и не пила. Как проснулась в то злополучное утро, так и не сомкнула глаз, даже в одежде оставалась той самой.
Мама злилась, уговаривая меня съесть хотя бы бутерброд, а мне кусок в горло не лез. О какой еде вообще могла идти речь, когда я не знала, а ест ли моя дочь?
Я сходила с ума, не отходя от телефона ни на шаг. Всё боялась, что если отлучусь даже в туалет — могу пропустить тот самый звонок, на который мы все так уповали.
Боже, как же мне хотелось верить, что у Глеба всё получится. Ведь нам так никто и не позвонил. Хотя… Это родители не вешали носа, считая, что отсутствие новостей тоже новости. Значит, Глеб сумел найти если не Игната, то собрать нужную сумму. Но лично мне было страшно.
Во-первых, почему они не позвонили сразу после похищения дочери? Любая мать ради своего ребёнка пойдет на всё. Пускай я не знала, где Игнат, но с деньгами что-то по-любому бы придумала. Вон, и Таня подняла всех на ноги, и отец договорился за кредит. Как-нибудь да выкрутились. Когда первая волна страха схлынула, я именно на это и рассчитывала, но…
Минуты сменяли часы, а мне так никто и не позвонил. Странно, согласитесь? Что за похитители такие, которым не нужны деньги? Или они планировали таким образом выманить Игната? Дебилы! Если бы они только знали, насколько он ничтожен, то никогда бы не пустили в свое казино. Рассчитывать на то, что Игнат приедет спасать Варю — то же самое, что ждать летом снег. Нереально. И вот это пугало меня больше всего.
 
Если они не смогли найти Игната, имея, я уверенна, нехилые связи, то как его сможет найти Глеб?
Мама думала, что раз Глеб вызвался помочь, значит он определенно на что-то рассчитывал. Я и не спорила, потому как одного взгляда на Глеба было достаточно, чтобы сложить о нем определенное мнение. Конечно, я тоже питала на этот счёт слабые надежды, мечтая поскорее прижать свое солнышко груди, однако время шло, а от Глеба так и не было никаких вестей. Я не понимаю, неужели так сложно позвонить?
— Дана, телефон звонит! — послышался мамин голос, словно сквозь толстый слой ваты.
— Что?
— Ответь, говорю, — кивнула на разрывающийся аппарат, — а то у меня руки в тесте.
Я как ошпаренная вскочила со стульчика и, вцепившись дрожащими пальцами в пластик, прижала трубку к уху. Это точно Глеб.
— Алло, Глеб, ты нашел её? Пожа-а-алуйста, — заплакала, вытирая лицо рукавом олимпийки — скажи, что всё закончилось?
— Я знал, что ты тупая курица, — оглушил меня полный презрения голос, — но чтобы настолько!
Я рухнула обратно на стульчик, прижав руку к бурно вздымающейся груди. Даже не знаю, радоваться сему повороту или огорчаться.
— Игнат?
— Какого хрена ты попёрлась в тот задрыпанск? Разве не понятно, что это ловушка?
У меня отобрало речь в прямом смысле слова. Да как он… Да как он смел обвинять меня в неразумности? Это из-за него моя дочь сейчас находится в руках таких же, как и он сам, тварей, а он ещё удумал учить меня уму-разуму?
— Что ты сказал? — прошептала севшим от негодования и ненависти голосом? — Ты… Тварь… Ненавижу… Мне плевать, в какой жопе мира ты находишься, но если ты сейчас же не свяжешься с похитителями моей дочери, клянусь, я найду тебя и когда найду — убью.
— Дана, это Игнат? — повисла на руке мама, требуя отдать ей телефон. Я отмахнулась, давая понять, чтобы не вмешивалась.
— Дура! Ты не только Варю прощелкала, но и меня подставила. Из-за тебя я лишился всего, слышишь?
Получается, Глеб нашел его… Я судорожно выдохнула, и пока мама бежала на улицу в поисках отца, обессилено привалилась плечом к стене.
— Как можно быть настолько слепой? Неужели ты сразу не поняла, что он пришел по мою душу? Сука! А ты… блядь… сразу перед ним ноги раздвинула. Я и забыл, что тебе похер, перед кем стелиться, лишь бы поскорее выбраться из дерьма. Радуйся! Он, конечно, вернет тебе дочь, но какой ценой? Он же использовал тебя, понимаешь?! Ис-поль-зо-вал!
— Ты о чем? — мозги и правда работали через раз, отказываясь воспринимать информацию. Закончить логическую цепочку мне не позволили. Игнат принялся вопить в трубку:
— Дана, очнись! Глеб человек Гарика, а Гарик, чтоб ты понимала, владелец казино. Ну как тебе поворот? Они всё спланировали, подстроив всё так, чтобы ты вернулась домой. Ты ведь у нас сердобольная, мать твою, — он так орал, что у меня заложило ухо. А ещё больно сжалось сердце.
— Я тебе не верю…. Глеб он…
— Что он? Что?!.. Сейчас у него на руках не только моя дарственная, но и твоя дочь. Можешь уже сейчас попрощаться с ней, зная людей Гарика, можно ждать чего угодно. Скорее всего, продадут за бугор. Вариантов море, начиная с торговли органами и заканчивая детской порнографией. Я же просил залечь на дно и никуда не рыпаться… Тебя обвели вокруг пальца, а ты… Дура!
Стена, к которой я прижималась, волнообразно выгнулась. Перед глазами всё поплыло и во рту стало горько-горько. Если бы не подоспевшие вовремя родители, так бы и рухнула на пол.
Отец вырвал из онемевших пальцев трубку и начал кричать на Игната, но его, судя по коротким гудкам, уже никто не слушал.
Господи, что теперь будет? С кем я связалась? Сердце умоляло не вестись на поводу. Это же Игнат, от него можно ждать чего угодно, но разум считал иначе. Не было смысла ему лгать, да и зачем?
Глеб… Если это правда, я не знаю…