Whore (СИ)

– Согласен, – отсмеявшись, говорит Дэн. -Возможно, я и позволил себе более мягкое и корректное поведение по отношению, но это было лишь для того, чтобы ты окончательно не слетела с катушек. Понимаешь ли, после нашей первой сессии ты была, как бы сказать, не в себе. Твоё заторможенное состояние могло привести к попыткам суицида или к тому, что ты стала бы психически больной. Твоё состояние ставило под угрозу весь мой план, и чтобы хоть как-то растормошить тебя, мне пришлось смягчить своё отношение к тебе. Велес, Док и парочка моих знакомых профессиональных психологов и психиатров изучили твоё дело, и пришли к выводу, что забота и более-менее нормальное отношение смогут помочь тебе. Поэтому Амара всегда была рядом. Поэтому я подарил тебе фамильяра. И это сработало. Ты быстро возвращалась к нужному мне состоянию. Конечно, твоя психика уже была нарушена, но при нужной и правильной манипуляции, можно изменить её так, чтобы человек стал идеальной куклой. Конечно, тут не обходиться без медикаментов. Но плюсом стало то, что ты постоянно пьёшь успокоительное. Но вернёмся к сути. Я говорил о том, что можно создать идеальную куклу. И ты, Крошка, яркий тому пример. Посмотри, ты почти готова выполнять любой мой приказ. Любую мою прихоть. Я знаю, прикажи я убить– ты убьёшь. Ты зависима мной, Крошка. Я для тебя теперь центр этой грёбанной вселенной. И твои чувства по отношению ко мне… Это всего лишь обман. Это искривлённое восприятие реальности твоей психикой. Не принимай моё смягчение за то, чего не может быть. Чего никогда не было и не будет. Я не способен любить, Крошка. Я не создан для этого дерьма. Я рождён и воспитан на крови и уставах. На насилии и диктатуре. Я никогда не изменюсь. Никогда не смогу дать тебе то, в чём ты нуждаешься. Я всегда буду брать то, что мне нужно и никогда не отдавать ничего взамен. И сейчас, мне крайне сложно сохранять спокойствие. Будь добра выкинуть из головы все свои смазливые мысли о чувствах, и прочей хуйни. Меня тянет блевать от всего этого. Ты моя шлюха, ничего не изменилось. Кольцо на твоём пальце и то, что ты носишь мою фамилию – ничего не значит. Ты прекрасно знаешь, что это фикция. Моя ошибка. Я позволил тебе утонуть в своём внутреннем дерьме, о которое мне не хочется морать свои руки, но видимо придётся. Я выбью из тебя это, Сара. Любыми известными мне методами, но выбью. И мне будет плевать на тебя. Как было всегда. Ты нужна мне лишь для удовлетворения моих сексуальных потребностей, и для достижения цели. И я знаю, что ты поможешь мне. А как только я получу то, что хочу, ты отправишься в Королевский бордель. Всё? Ты узнала, что хотела? Если да, то будь добра, возьми себя в руки. Меня не трогают твои слёзы, но мне бы не хотелось привлекать лишнее внимание. Сейчас его и так много. Ты помнишь, что по задумке мы любим друг друга. Так что вытри слёзы, и поспи. Если хочешь. До первой остановки ещё долго.
Кинув на меня беглый взгляд, Дэн сосредотачивает своё внимание на дороге, а я… Я выдыхаю и чувствую, как слёзы скатываются вниз по щекам. Но почему я плачу? Почему в груди так сильно тянет и жжёт? Что не так? Я хотела узнать и понять правду. И я получила её. Вот только я ждала, что она добьёт меня. Я не могу дышать. Я умираю, чувствуя, как каждое слово сказанное Дэном режут меня, словно острые ножи. Они оставляют невидимые глубокие кровоточащие раны на груди, которые никогда не затянутся. Они проникают под кожу, и пускают свои ядовитые шипы, стремительно убивая ту крохотную надежду, что томилась в сердце последние месяцы. Что-то трещит и ломается внутри меня, опадая осколками во тьму, что вновь голодна. Вновь требует еды. Но сейчас я позволяю ей сожрать меня. Сожрать ту светлую часть, что позволяла мне быть человеком. Я не сопротивляюсь. Нет смысла. Я уже не я. Больше ничего нет. Я кукла. Послушная кукла. Он спланировал всё это. Они все…Они всё знали. И всё это время вокруг меня был сплошной парад лицемерия, а я наивная дура, и правда верила, что они стали добры ко мне… Переживала за Амару и Райли. Хочется смеяться. Громко. Истерично. Вот только сил нет.
 
Идиотка.
Желчь подступает к горлу, а новая порция слёз стекает вниз по щекам. Мне хочется блевать. Я хочу избиваться от боли и пустоты, что окутывают меня в свои объятия. Я хочу сдохнуть, чтобы прекратить всё это. Я устала.. Устала от того, что никому не нужна. Устала от того, что жизнь постоянно издевается надо мной. В этом мире я одинока и несчастная. Я была готова любить и жить, но эта жизнь ебала мои чувства. Ей плевать. Не нужно ей это. Она неустанно имеет меня, каждый раз подкидывая новую порцию дерьма. А я… Я так хочу, чтобы всё это прекратилось. Хотя после всего, у меня нет уверенности в том, что в следующей свой жизни, я буду счастлива.
Дура. Какая же я дура. Ненавижу себя. Ненавижу.
Стерев тыльной стороной рук слёзы, я отворачиваюсь от Дэна и, прислонившись к окну, прикрываю глаза. Стараясь игнорировать воющее чувство в груди, вслушиваюсь в раскаты грома за окном и шум дождя, что барабанит в стекло. Мерзость за окном хорошо сочетается с мерзким чувством на душе. Я обречена. Я знаю это. И лучше я добью себя сама, чем это сделают другие. Говорят, что одинокие волки не выживают без стаи. Что ж, я готова умереть от одиночества. Готова стать изгоем, чем терпеть всё это. У меня больше нет сил на борьбу. Я сдаюсь.
***
Прошедшие два дня, что мы добирались до дворца, казались мне самыми долгими. Время тянулось медленно. Как и говорил ранее Дэн, для ночёвки мы останавливались в небольших населённых пунктах. И каждый раз, нас встречали приближённые люди Дариана. «Мирные» же, старались не попадаться нам на глаза. Все эти дни, дождь, не прекращаясь, лил за окном. Угнетая и без того напряжённую обстановку. Мне стало тяжело играть свою роль, тяжёло держать Дэна за руку и улыбаться ему, чувствуя внутри ненависть. Сложно было смотреть на своё окружение, зная то, насколько они лживы и алчны.
Я стала игнорировать Амару и остальных, сосредотачивая своё внимание на Дэне. Ведь послы Исстара внимательно следили за каждым моим действием. Пока Дэн говорил с кем-то, я держала его за руку так, как маленький ребёнок держит своих родителей, когда делает первые шаги. Играла, как могла. А внутри меня было пугающе пусто. И тихо. Душа заткнулась и перестала выть, оставляя меня наедине с убитым сознанием. Лишь когда я мельком видела Грейс и Атто в клетке, уголки моихгуб дёргались в улыбке. Но больше не было тепла в груди. Нет. Дэн всячески ограничивал меня в передвижениях по гостевому домику, в которых нас размещали на ночлег. И я не была против. Чем изрядно удивляла его. Я отказывалась от еды, притворялась спящей, когда кто-то из команды приходил в нашу комнату, и лишь просилавыйти на улицу, перед тем как лечь спать. Я должна была подышать. Чтобы принять всё, как есть. Утонуть в своих мыслях, и идти делить постель с Дэном. И он позволял мне эту прогулку, но одну не отпускал. Нет. Только с охраной.
И так происходило все дни, что мы были в дороге. По ночам, лёжа с ним в одной кровати и чувствуя его руки на своей талии, я смотрела в пустоту и слушала, как раскаты грома и яркие вспышки молнии рассекали ночную тьму. Я не могла спать. Мне было противно. Я хотела закончить всё это, как можно скорее. И пару раз во мне просыпался порыв закрыться в ванной и вскрыть себе вены, но что-то тормозило меня. Каждый раз. Слабость или страх. Не знаю. Но от этого я чувствовала себя ещё хуже. Пустота внутри пугала и убивала. И я не стремилась мешать процессу саморазрушения. Нет. Я больше не искала жертву для подношения тьме. Я позволила ей сжирать себя, переставая видеть всякий смысл в своей жалкой и никчёмной жизни.
 
***
Я просыпаюсь от того, что чувствую лёгкое покачивание. Словно кто-то трясёт меня за руку. Голова раскалывалась на части, во всём теле была жуткая слабость, а глаза отказывались открываться. Я хотела спать. Силы покинули меня настолько, что мне с трудом дышится. Такое ощущение, что на меня вылили раскалённое железо, что растекается по всему телу. Во рту пересохло. А ещё мне холодно. Жутко холодно. Я мычу что-то, ощущая, что тряска не прекращается.