Whore (СИ)

– Например? – отвечает Дэн. Сталь в его голосе режет слух. Кажется, сегодня мне вновь сделают больно. Вот только… Что я сделала не так? Неужели забота карается болью?
– В ассоциации, – говорит Амара.
– Как в неё играть? – спрашиваю я.
– Весьма просто. Тебе говорят слово, а ты говоришь первое, что у тебя ассоциируется с этим словом. К примеру с чем у тебя ассоциируется солнце? – спрашивает Райли, внимательно смотря на меня.
– Со светом, – отвечаю я, понимая, что правила просты.
– Вот видишь, не так уж всё и сложно, Сара, – усмехается Райли, а я лишь улыбаясь ему уголками губ.
– Тогда Дэн, ты спрашиваешь меня и Райли, я спрашиваю Сару, а тебя будет спрашивать Райли. Всего будет по семь вопросов.
– Хорошо. Но после этого, нам предстоит провести здесь ещё где-то час, а потом нужно будет выдвигаться обратно. Иначе можем опоздать на самолёт, – говорит Дэн.
– Брось, на самолёт нельзя опоздать, когда он твой, – смеётся Амара, а Райли закатывает глаза, мол, чувство юмора Амары понимают лишь избранные.
– Давайте начнём уже, – говорит Райли.
– Ты первый, – усмехается Дэн.
– Валяй, – отвечает Райли.
– Северный клан.
– Дом.
– Оружие.
– Сила.
– Закон.
– Хрень.
– Рикардо.
– Ублюдок.
– Семья.
– Отец.
– Счастье.
– Секс.
– Амара.
– Любовь.
– Милый, я почти потекла, – улыбается Амара, целуя Райли в щёку. А я слегка краснею, наблюдая за процессом. Ассоциации Райли показались мне весьма… Ожидаемыми? Да. У него все просто. Интересно, что же ответит Амара.
– Давай, братец, я жду, – хихикает девушка.
– Не сомневаюсь. Северный клан.
– Дом.
– Семья.
– Ты и Райли.
– Закон.
– Порядок.
– Алиша.
– Сука.
– Руби.
– Друг.
– Счастье.
– Секс.
– Райли.
– Секс. Шучу. Жизнь.
Усмехнувшись, Райли что-то шепчет что-то на ухо Амаре, а та удивлённо поднимает брови, мол спрашивая «Правда?». Уж не знаю, что он ей там сказал, но после его слов, Амара светилась от счастья. Ассоциации Амары тоже не стали для меня чем-то новым. Я словно ожидала подобных слов. И кажется, сейчас моя очередь?
– Сара? – спрашивает Амара. – Ты готова?
– Да, – отвечаю я.
– Только говори первое, что приходит тебе в голову.
– Да поняла я, не глупая.
– Сомневаюсь, – тихо говорит Дэн, а я лишь фыркаю и смотрю на огонь. Однако чувствую, как взгляд тёмно-зелёных глаз прожигает во мне дыру.
– Северный клан.
– Ад.
– Закон.
– Сила.
– Дариан.
– Ублюдок.
– Атто.
– Друг.
– Боль.
– Тьма.
– Любовь.
– Не существует.
– Дэн.
– Дьявол.
Я замолкаю, и чувствую некое облегчение. Но не полностью. Нет. Я лишь сказала, что думаю. И мне плевать, если им не нравится.
– Дэн? – Говорит Райли.
– Да? – отвечает он.
– Готов?
– Давно.
– Северный клан.
– Дом.
– Власть.
– Подчинение.
– Команда.
– Братья.
– Амара.
– Семья.
– Дариан.
– Мразь.
– Любовь.
– Хрень.
– Сара.
– Шлюха.
– Всё, хватит игр, – говорит Амара, хлопая в ладоши.
А я совершенно не обращаю никакого внимания на неё и её слова. Я горько улыбаюсь, чувствуя несвойственным организму холод и дрожь. Кажется, плед совершенно не спасает. Я лишь вновь и вновь слышу голос Дэна в голове и его уверенное «Шлюха». И мне не больно. И не грустно. Нет. Я знала это. Давно. Я виню себя только за то, что посмела подумать, будто он поменял своё отношение ко мне. Дура. Идиотка. Я для него – половая тряпка. Как посмела думать я, что он способен измениться? Наивное создание. Видимо жизнь, недостаточно причинила мне боли, недостаточно поиздевалась надо мной, раз я не смогла усвоить один простой урок – никому нельзя верить. И я расплачусь за это. Я уверена в этом. Жизнь не прощает ошибок. Особенно мне. Я лишь могу гадать о том, какой боли вновь подвергнусь. Через что мне предстоит пройти. Всё это пугает. До смерти. Но бежать нет смысла. От себя не убежишь. Жизнь догонит и прибьёт. Безжалостно. Беспощадно. Оставит умирать с переломанными костями, в луже собственной крови. И не стремлюсь сопротивляться или прятаться. Нет. Я сама виновата.
 
Потрескивания дров в огне нагоняют усталость на мой, и без того уставший, организм. Я ставлю руки на колени, подпираю ими голову и смотрю на звёздное небо. Я не слышу то, о чём говорят Райли, Дэн, и Амара. Признаться честно, мне плевать. Сейчас, я сама по себе. Я смотрю на холодные и яркие звёзды, и мечтаю, что после смерти, окажусь одной из них. Чтобы стать чьей-то надеждой. Освещать путь тому, кто заблудился. Давать надежду тому, кто отчаялся. Хочу быть нужной. Прикрываю глаза, полностью изолируясь от внешнего мира, и вновь слышу в голове отдалённую мелодию фортепьяно и женский голос. Он красив, но так далёк. Сознание начинает тяжелеть, а тело отпускают силы. Я вижу перед глазами красочные пейзажи озера, высокие хребты гор, чистое небо и понимаю, что начинаю засыпать. Что смогла запомнить то, что хотела. Что воспоминания об этом дне навсегда останутся со мной. И когда тьма вновь будет пожирать меня, я смогу закрыть глаза и вспомнить это место, отвлекая себя от боли, и мысленно вернуться сюда.
Голова наливается свинцом, как и всё тело. Мне по-прежнему холодно, но сейчас, когда сознание находится на грани между тьмой и красочными снами, это уже не важно. Я слышу окружающий меня мир словно через толщу воду, и расслабляюсь, поддаваясь телом вперёд. Подхожу к черте сновидений, где нет ночных кошмаров. Но прежде чем упасть в пропасть, чувствую, как меня бережно прижимают к чему-то твёрдому. Живому. И я поддаюсь на это тепло, удобно устраиваясь на слегка мягкой поверхности, и чувствую, что-то горячее на своём лице. Что-то крепко держит меня, не давая упасть. А тёплый поток больше смахивающий на дыхание, щекочет кожу. Тепло разливается по венам, и вместе с ним, я подаю в пропасть. Впервые за долгое время, засыпая спокойным крепким сном.
  
21. 
 
Румыния встречает нас не самым приветливым образом. Небом, затянутым мрачными чёрно-серыми тучами, и чредой проливных дождей. Яркими вспышками молний и невыносимо сильными раскатами грозы и грома. Порой грохот был настолько сильным, что стёкла нашей машины начинали то ли трястись, то ли вибрировать, как бы отражая громыхания природы. И угнетая обстановку вокруг, делая её ещё более мрачной и жуткой. Буквально всё кричало о том, что нам здесь не рады. Что кошмар только начинается. Что здесь господствует тьма, а света нет. Что спасения не будет, и не будет надежды. Свобода и относительно спокойная жизнь остались позади. Сейчас начинается жестокая игра, победителем в которой будет только один. Закон и власть Дариана не оставят проигравшим и шанса. Их просто убьют, показывая, что слабакам, не место в этом мире.
С каждой минутой, с каждым часом, что мы ехали в сторону Королевского Дворца, внутри меня нарастала паника и что-то непонятное. Что-то тяжёлое и мрачное сдавливало мои лёгкие, мешая дышать. Мешая ясно думать. Страх прочерчивал своими когтями вдоль моей спины, заставляя кожу покрываться сотней тысяч мурашек. А зубы беспощадно терзали губы. Это страна пугала меня своей мрачностью. Однако я старалась не показывать свои истинные эмоции, старалась спрятать их за маской уверенности. Ведь сейчас, мне вновь предстояло играть роль. Вот только теперь, я официально жена Дэна, и мне предстоит стать его тенью. Стать той, кто пожертвует собой ради него. Кто будет так же, как и он, холоден, мрачен и безжалостен. И пока, я прекрасно играла свою роль.
Вот только… Мы так и не смогли поговорить. Когда я проснулась, то уже находилась на борту самолёта. А моя комната была заперта. Я оказалась в ловушке. И это пугало больше всего. Я хотела… Хотела поговорить. Расставить все точки над «I». На душе было как-то гадко и больно стоило только вспомнить нашу игру. Я сказала то, что думала, и Дэн ответил тем же. Но это не расстраивало меня. Нет. Скорее вызывало некую иронию и жалость. Я отчётливо понимала, что зависима от Дэна. Завишу полностью. Что я готова убить за него, готова сделать всё. Я понимаю это. Осознаю и больше не отрицаю. Но я не понимаю, тех чувств, что порой, яркими вспышками пронзают тьму внутри меня. А потом вновь гаснут. И всё это происходит рядом с Дэном. И я… Я не понимаю. Не понимаю себя. Нет, я знаю, уже точно, что схожу с ума. Привыкаю к аду, в которым обречена жить. Я уже потеряла себя. Утратила чувства, и позволила тьме поселиться внутри. Она всё также сильна. И голодна. Она питается эмоциями и чувствами окружающих меня людей, а я не спешу мешать ей. Нет сил. Я приношу тьме в груди жертвы, кладу их на алтарь и собственноручно вспарываю грудную клетку. Позволяя тьме и пустоте утолить жажду. Насытиться. Нет ничего, что могло бы победить их. Я жалкая и это факт. Слабая мышь, которая пытается создать иллюзию жизни. Хочется смеяться, вот только сил нет. Я становлюсь такой же, как люди Дэна. И не сопротивляюсь этому. Нет смысла. Во мне не осталось ничего от той Сары, которую привезли в клан несколько месяцев назад. Нет.