Whore (СИ)

Отложив нож в сторону, глашатый отдаёт Дэну платок и, зайдя за алтарь, берёт в руки кубки.
– Властью данной мне, в присутствии свидетелей и семьи, я скрепляю ваш союз. Испейте из кубков, – говорит он. Он передает мне кубок с вином, которое смешанное с кровью Дэна. А ему тот кубок, где есть моя кровь. Вздохнув и задержав дыхание, я смотрю на красную жидкость, которой не так уж и много. Зажмуриваю глаза и залпом выпиваю содержимое. Я не успеваю толком почувствовать вкус, лишь ощущаю во рту отголоски чего-то кисло-сладко-горького. Поморщившись, отдаю кубок глашатому и поворачиваюсь лицом к Дэну, который с явным интересом наблюдал за мной. Напряжённость не уходит, не смотря на то, что музыка и пение меняются. Внезапно к нам подходит Амара, с серебряном подносом в руках. На подносе лежит красная подушка и два серебряных кольца.
– Обменяётесь кольцами и скрепите свой союз поцелуем.
Усмехнувшись так, словно с трудом сдерживая истерический смех, Дэн берёт в руки аккуратное серебряное колечко украшенное мелкими бриллиантами по бокам, и одним большим в центре, он берёт меня за левую руку и надевает обручальное кольцо на палец. Когда холодный метал касается моей кожи, я вздрагиваю, ощущая себя полностью сломленной и пойманной в ловушку дьявола.
Проделываю туже процедуру с кольцом Дэна, и поднимаю на него свой взгляд. Не могу. Я не смогу поцеловать его первая. Это… Это выше моих сил. Сейчас.
Вздохнув, Дэн подходит ко мне вплотную. Берёт моё лицо в свои руки, обдавая мои губы своим горячем дыханием, при этом не отрывая взгляда от моих глаз. Я вижу адскую бездну напротив, и понимаю, что она поглощает меня.
– У меня такое чувство, будто я стою на пороховой бочке, – шепчу я так, чтобы услышал только он.
– Так подорвём её, – отвечает Дэн, и накрывает своими губами мои. Я вздрагиваю, закрываю глаза, но покорно обнимаю его, отвечая на поцелуй. Отдалённо до меня доносятся радостные крики, свисты, аплодисменты. Но мне всё равно. Я лишь чувствую, как сухие грубые губы Дэна сминают мои, целуя властно, глубоко и пылко. На мгновенье ощущаю некий толчок в груди, будто что-то внутри меня вновь возродилось. Но это ошибка. Иллюзия. Я знаю, что внутри меня пусто. Там больше ничего нет, кроме тьмы.
Отстранившись от Дэна, я открываю глаза и вижу что он улыбается. Но это не та улыбка, которую муж дарит жене. Нет. Это безумная дьявольская улыбка означает лишь то, что он стал на шаг ближе к своей цели. Что он доволен результатом. Я не спешу поворачиваться к гостям, нет. Я обнимаю Дэна, продолжая играть свою роль. Положив голову на его плечо, я смотрю на Амару и Руби, которые улыбались и хлопали. Однако стоило только Амаре поймать мой опустошённый, сломленный взгляд, в котором плещется океан насквозь пропитанный болью, она моментально напрягается. А я смотрю на девушку и шепчу одними губами «Помоги мне пережить этот день».
***
Остатки дня пролетают быстро. После церемонии, все отправились на банкет который так же проходил в саду. Я послушно держалась рядом с Дэном, не отходя от него ни на минуту. Почему? Потому что боялась. Слишком много демонов было вокруг. Я боялась сделать шаг одна, ибо практически каждое моё слово, или движение было под пристальным вниманием. Поэтому я просто намертво вцепилась в руку Дэна, не отпуская его ни на шаг. Думаю, он и сам прекрасно понимал, что не стоит оставлять меня одну. Ибо все члены команды были заняты разговорами с гостями из других кланов. Периодически к нам подходили люди и поздравляли, и я старалась отвечать им с радостной улыбкой. Я знала что большая часть гостей подставные, однако гости из других кланов и специально прибывшие послы, были не в курсе происходящего. Я знала, что среди этой толпы должны быть Ричард и его наречённая. Понимала, что встреча с ними неизбежна.
После того, как внимание в нашу сторону стало не таким пристальным, я смогла немного расслабиться. И даже подарила свой свадебный букет очаровательной малышке, лет шести, которая прибыла сюда со своими родителями. Я практически ничего не ела, лишь пила воду, закусывая её ягодами. В глотку ничего не лезло. Дэн ничего не говорил мне. Он лишь обнимал меня за талию, целовал в волосы, когда гости подходили к нам для разговора.
 
Постепенно вечер начал вступать в свои права. Сумерки укрывали небо своим мрачным одеялом, позволяя звёздам на небе начать просыпаться. В саду загорались огни, а гости продолжали веселиться. Лишь я чувствовала себя не в своей тарелке. Становилось прохладно, а шум и суета вокруг начинали докучать. Я хотела найти уединение и подумать обо всём. Хотела лечь, закрыть глаза и никогда больше не просыпаться. Вновь одна. Вновь сама по себе. Вновь в стенах приюта. Внутри так пусто и холодно, что мне начинает казаться, словно мои руки начинают покрываться корочкой льда, а сердце и вовсе замедлять свой ритм. Я давно отпустила Дэна для разговора с другими членами кланов, и стояла в стороне, наблюдая, как танцуют пары на площадке рядом с оркестром. Свой танец мы станцевали, и я более не видела причин находиться здесь. То и дело мимо меня слонялись официанты и прислуга. Никому не было до меня дела. И этот радовало. Даже предательство Амары не трогало меня. Она обещала быть рядом весь вечер, а на деле её нигде нет. И я понимаю её. Она не обязана возиться со мной.
Поёжившись от лёгкого порыва ветра, я верчу на пальце обручальное кольцо и вновь смотрю на толпу. Убедившись, что никому нет до меня дела, я обнимаю себя за плечи и направляюсь в противоположную от сада сторону. За несколько дней до свадьбы я успела осмотреть окрестность, поэтому сейчас, я чётко знала куда иду. Если пройти чуть дальше, то можно выйти к небольшой поляне, на которой рос старый одинокий тополь. На поляне не было ничего кроме зелёной травы, и низкого забора, открывающего вид на могучие заросли леса и горы в дали. Поскольку данный сад находился на холме, с данной высоты открывался незабываемый вид.
Дойдя до нужного места, я снимаю с головы фату и накидываю её на плечи, чтобы не замёрзнуть. Подхожу к дереву и сажусь на старые деревянные качели, верёвки которых были привязаны к веткам дерева. Прислонив голову к верёвкам, я отталкиваюсь ногами от земли, начинаю слегка раскачиваться, и смотрю вдаль, видя чернеющее небо, хребты горных массивов и верхушки леса. Безумно красивый вид. Но эта красота не трогает меня. Здесь так тихо и так хорошо. Издалека до меня доносится музыка, но я игнорирую её. Стараясь прислушиваться к шелесту листвы дерева. К завыванию ветра. Так спокойно и одиноко. То, что требовала моя душа. Нет слёз. Нет эмоций. Нет ничего. Есть лишь тьма в груди. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох, старясь почувствовать хоть что-нибудь. Но тщетно. Ничего нет. Пусто.
– Неужто шлюшке моего братца наскучило собственное торжество? – раздаётся позади меня чей-то голос. Вздрогнув, я вскакиваю с качелей и, обернувшись, вижу позади себя незнакомого высокого мужчину и женщину. Я не могу разглядеть их лица, но отчётливо понимаю, кто стоит передо мной. Моментально ноги начинают дрожать, вдоль спины проходят дрожь, а зубы начинают терзать губы. Ричард и Камилла. Это они. Я знаю это. Я уверена в этом. Именно поэтому, я чувствую, что позади меня стоит сама смерть. Ожидая моей ошибки, чтобы забрать в свои цепкие лапы. Голос мужчины низкий и омерзительный. Мне хочется сбежать от него. Я ощущаю, как его глаза сосредоточенно осматривают меня, буквально втыкают сотни ножей в кожу.
– Тебя это не должно касаться, – отвечаю я, сжимая кулаки. – Почему ты и твоя спутница не с остальными гостями? Как ты нашёл меня?
 
– Я не помню, чтобы разрешал всякой подзаборной швали переходить в разговоре со мной на «ты». То, что ты сосешь и трахаешься с моим братцем, не даёт тебе право на неформальное обращение. Ты ещё не член нашей семьи. И не часть клана. Пускай формально ты жена Молота. Но на деле, ты просто шлюха. Ох, ты, наверное, не знаешь, кто я? Позволь представиться. Ричард Зольцман. Я брат Молота и будущий Тауэириан. И первым делом, когда я стану Князем, я издам указ, чтобы таких шлюх как ты убивали, или отправляли на пожизненные работы в бордели, – насмехается мужчина.