Синдзи-кун и дорога домой (СИ)

— А вот и она — ваша новая учительница! Проходите, приходите… — дверь распахивается и в класс проходит Читосе, одетая в офисную юбку-карандаш и белую блузку. На носу у нее — большие очки-велосипеды, под мышкой она держит папку и вообще, всем своим видом показывает, что она — учительница. 
— Это ваша новая учительница на время замены — говорит Сатоми-сан: — Читосе-сенсей. 
— Какая красотка! — шепчет кто-то и этот шепот слышен в тишине класса совершенно отчетливо. Читосе улыбается краешком рта и кладет папку на стол. 
  
Глава 25
 
— Упор лежа принять! И если вы думаете, что кто-то здесь будет вас жалеть, думаете, что сможете побежать и пожаловаться своей мамочке — то вы сильно ошибаетесь!Жизнь — не такая уж радужная и легкая штука! — продолжает кричать на нас Майко: — в жизни вы не раз будете сталкиваться с ситуациями, где хорошая физическая подготовка может спасти вам жизнь, например — вот идете вы по лесу, а вам навстречу — медведь! Раз! Два! Три! Три! Три! Стоп! Стоять в упоре! Стоять! Не падать!
Мы отжимаемся и снова становимся на вытянутые руки. Справа кто-то падает со стоном, прямо на прорезиненное покрытие школьной беговой дорожки.
— Слабак! — тычет пальцем в него Майко: — считай тебя съел и изнасиловал медведь!
— Сенсей? — поднимает руку упавший, некто Маэда, участник клуба «Вечное Сияние Манги». Хороший и тихий мальчик, именно таким ты себе и представляешь настоящего отаку — в школе маскируется, а на аниме-фестивале он раскрывается во всей красе косплея девочек-кошек или ниндзя из деревни скрытой в Сейте.
— Слабак? Не, это слишком возвышенное имя для такого как ты! Ты у нас будешь как рядовой Адамичек — Двойной Слабак! Чего тебе?
— Но, сенсей, как медведь может сперва съесть, а потом изнасиловать? — спрашивает озадаченный Маэда.
— Во-первых может. Например, часть тебя он съел, а часть — изнасиловал. А во-вторых — не обязательно в этом порядке. Двойной Слабак — упор лежа! — орет Майко и я прямо чувствую, как она наслаждается собой в это прекрасное прохладное осеннее утро. Мы все еще стоим в упоре лежа, а она ходит вдоль наших рядов, демонстрируя свои до блеска начищенные сапоги (какой учитель физкультуры приходит на урок в кожаных ботфортах до колена?), серое галифе, френч и фуражку с высокой тульей на голове. Остро не хватает стека в руке и какой-нибудь повязки на рукаве.
— Снова упал! Класс — встать! Двойной Слабак — упор лежа принять! До тех пор, пока это посмешище не научится отжиматься — все остальные будут приседать! Доннерветтер! Шайссе!
Я поворачиваю голову налево и с легким укором смотрю на Иошико. Иошико делает вид, что не понимает меня. Как же. В конце концов это же ее сенпай и вся эта идея «а давай-ка мы внедрим в школу и Читосе и Майко» родилась в сумрачном гении их коллективного разума. Даже думать отказываюсь что с нашим физруком произошло, что он срочно из города уехал. Надеюсь, его все же подкупили, а не сломали чего и не угрожали. Надо будет потом с Акирой поговорить, пусть узнает, что и как…
— Всем — приседать! Раз! Двойной Слабак! Чего тебе снова?!
— Сенсей, я не могу так стоять, у меня руки дрожат!
— Класс! Всем встать! Ты тоже — Майко дождалась, пока все встанут и прошла вдоль строя, наслаждаясь погодой и собой. Нечасто у нее такая возможность появляется меня погонять, да. Вот в пентхаус приду и все ей припомню… хотя они теперь у Майко дома живут, отказались с нами под одной крышей жить, а ля герр ком а ля герр, говорят.
— Все что вы знаете о своих мышцах, о своем организме, о своих пределах — чушь собачья! Вы способны на большее! На гораздо большее! Двойной Слабак — шаг вперед!
Бедняга Маэда делает шаг вперед, и я уже начинаю серьезно подумывать поговорить с Майко наедине, а то она тут дров наломает. Судя по всему, в педагогическом институте она не обучалась, а проходила интенсив-подготовку где-нибудь у «морских котиков» или «фрогменов», каких-нибудь спецов направленности «дверь-окно» или зеленых беретов. Больно уж у нее замашки на одного сержанта похожи. Не хватает только сакрального «Вы — все говно!»
 
— На турник!
— Но, сенсей! Я не умею подтягиваться!
— На турник!
— Хай, сенсей… — Маэда подпрыгивает и висит на турнике. Немного извивается, пытаясь подтянуться. У него не получается и он спрыгивает вниз.
— Что мы видим? — Майко обводит всех взглядом: — мы видим, что рядовой Двойное Дерьмо не умеет подтягиваться и считает, что никогда не подтянется. Однако, достаточно изменить условия задачи… на турник! — командует она и как только Маэда подпрыгивает снова — ловко пристегивает его наручниками к турнику. Маэда только дергается на турнике, как червяк на крючке.
— У меня в руке так называемый Мадагаскарский Черный Скорпион! — Майко поднимает здоровенное насекомое за хвост, и я мысленно сочувствую ему — насекомым нужно тепло, а на улице прохладно, все-таки поздняя осень и облачка пара вырываются из ртов при дыхании. Замерзнет бедняга.
— Особенности Мадагаскарского Черного Скорпиона в том, что его яд исключительно смертелен. Человек, которого укусил этот скорпион — неминуемо умрет в течении пяти минут в ужасающих мучениях! Его глазные яблоки вытекут из орбит, волосы выпадут, кожа слезет, а гениталии отвалятся! — продолжает расшатывать неокрепшую психику учащихся нашего класса маг-метаморф тройная альфа. Надо отдать ей должное — кто-то побледнел и пошатнулся. Как обычно — это кто-то из парней. У девочек психика покрепче. Бедняга Маэда с ужасом смотрит на насекомое в пальцах у Майко. Скорпион в ужасе смотрит на Маэду, на погоду, на нас всех и пытается бороться за свою жизнь, корчась между указательным и большим пальцами.
— Но самое главное, что бхикшу говорят, что человек, умерший от укуса черного скорпиона — не обретет покоя и после смерти, а еще эти твари питают особое пристрастие к мальчикам и их достоинствам — обещает Майко: — а потому — узрите! — и ее рука вместе с отчаянно сражающимся за свою жизнь насекомым описывает плавный полукруг и … оказывается на том месте, где только что был Маэда. Вернее — где только что был живот Маэды. Был — потому что Маэда уже сидит верхом на турнике, словно сова на ветке. Майко ухмыляется и убирает скорпиона в карман. Я думаю о том, что никогда не буду лезть руками к ней, пока она не разденется полностью.
— Итак — говорит она, поворачиваясь к турнику и Маэде спиной: — кто-нибудь заметил, как Двойной Слабак залез на турник? Нет? Кто-нибудь может повторить этот трюк? А? Тоже нет? Если бы я сказала вам заранее, что он может не просто подтянутся, но за доли секунды взлететь на турник вы бы мне не поверили. Вот что означает внутренний потенциал! Он есть у каждого, вы просто не знаете, на что вы способны! С этого дня я буду обучать вас. А я ничего не делаю наполовину! — для убедительности Майко подходит к другому турнику и одним движением отрывает у него перекладину, вызвав изумленные ахи и охи. Легко связывает перекладину узлом и бросает нам под ноги. Все, класс в ауте. Все прекрасно понимаю, для того чтобы так оторвать перекладину и потом связать ее в узел — нужно быть не человеком, а экскаватором как минимум. Даже тяжелоатлет, двухсоткилограммовый силач — и тот, чтобы просто согнуть такую перекладину — упрется ногами и весь вспотеет, покраснеет и скорее всего еще и газы выпустит. Наша Майко делает это так, словно перекладина не из железа, а из мягкой резины сделана.
— Кто-то хочет повторить? — рычит Майко, окидывая нас взглядом. Из рядов выходит Юки и поднимает перекладину. Интересный факт — Юки на самом деле ни черта не сильная. То есть она сильная, как для девушки своего роста и веса, но не такая, как та же Иошико. Вообще, грубая сила и все эти ваши «тунц!» и «бамц!» — это не для Юки. Она у нас мастер природных катаклизмов, сомнительных межвидовых половых связей и «Молота Милосердия», который дробит врагов в труху. Потому я недоумеваю, что именно она задумала. Понятно, что по мере возможности надо перехватывать инициативу, Иошико всю школу своими агентами заполнила, уступить инициативу — значить потерять темп. Но прямое силовое противостояние с Майко, без того, чтобы магию свою засветить?