Герметичный мир (СИ)

Пока я бежал вниз, даже скорость на 1 поднялась.
Сорванная с одной петли подъездная дверь наполовину перегородила вход, тело Стража несколькими кусками лежало среди искорёженного асфальта. Крови не было, на изломах поблескивали кварцем искры. Причины ночных звуков были на лицо — наш Страж принял бой и проиграл в нём. Кто-то — а кроме Охотников, никто другой на ум не шел — смог не только победить девятиуровневого, но и вырвать у него обе ноги и руку, свернуть голову. Что же это, подъезд теперь в ночь останется без защиты? Или Страж воскреснет? Другие Стражи, насколько я понял, его дом под своё попечение не возьмут — вон, стоит один у соседнего подъезда и даже рылом не ведёт, что его коллегу этой ночью просто убили. Так и захотелось бросить ему: «Ты следующий будешь, толераст бетонный!»
Тут же в череп постучала паранойя: почему именно этот подъезд, почему Охотник ходил над квартирой Веры Петровны, а до этого — ползал по моему дому? Меня преследует? Почему?
Сегодня ночью Страж свою задачу выполнил: в подъезд никто не проник. А что будет следующей ночью? Давняя привычка не доверять одному факту, а искать систему подталкивала меня на то, чтобы остаться у Веры Петровны ещё на одну ночь, а возбужденная приступом мании преследования логика вопила — уходить надо отсюда, да подальше.
Понимая, что с трупом Стража ничего сделать не смогу, поставил как мог дверь на место, а точнее прислонил к проему, сам поднялся в квартиру. Пока шел по лестнице — логика проиграла. Решил остаться у бабушки ещё на одну ночь, а сегодняшний день посвятить качу.
Для местной живности настал локальный армагеддон. Целый день я метался между тремя точками возрождения псов, двумя гнёздами ворон и несколькими логовами крыс. За мной, с целью той же прокачки и тотального геноцида, хвостом мотались питомцы. Отрабатывалась тактика наших совместных действий против агрессоров, качалась сила и ловкость, раз в два часа бегал вверх и вниз по подъезду, выпил наверно литр собственной крови в зельях бодрости. Едва тварь успевала восстановиться — как наша команда смерти была уже рядом, следовал молниеносный бросок, серия ударов и очередной труп испарялся в дымке. Одного пса добили до седьмого уровня и двухголовый монстр успел тяжело ранить Скроша, чуть не перекусив его пополам, после чего труп собачьего сына долго втаптывался в асфальт, а кролик пропустил два боя, восстанавливаясь в свернутом виде. Истребление решил прекратить только тогда, когда увидел крысу, бегущую с кристаллом в зубах. Тут и пригодилась сетка, накрывшая тварь, после чего в дело пошли искры, уже превратившиеся в огненный кулак. Добил я её одним ударом своего прокачанного сталью кулака. А нечего кристаллы от дяди прятать.
Финальный круг сопровождался разорением тайников и выламыванием кристаллов. Решил уничтожать их одним махом: сложил в кучку на асфальтированной площадке и только замахнулся, как увидел идущий от них легкий дымок. Буквально за минуту шесть кристаллов спаялись в единое целое и я получил огромный кристалл 33 уровня. Бил, бил — не разбил, пока не восстановился навык стального кулака.
С его помощью «изучение физики кристаллов» закончилось полным разрушением последнего, что повысило уровень агрессии в локации до семерки и прибавило к выполнению зачистки ещё шесть пунктов.
Заканчивая тяжелый день, сел на лавочку на детской площадке недалеко от разбитого и не воскресшего Стража, и, втягивая свежий воздух после вони мусора, подвёл итоги. Уровень мой составлял уже юбилейную пятёрку с показателями жизни и выносливости по пять сотен, сила равнялась восьми, ловкость — девяти, скорость — одиннадцати, на троечку хромал интеллект и оставались свободными ещё четыре очка характеристик, которые и кинул по два в силу и скорость.
Оценил развитие питомцев, которые тоже порадовали уровнями и ростом возможностей, черепашка почти две тысячи золотых на счёт перевела. Ещё раз с грустью взглянув на останки Стража, легко взлетел на девятый этаж и мы приготовились встречать ночь.
 
То, что я не спал, — это уже привычно. Но всю ночь не сомкнула глаз и баба Вера, не говоря уж о домовушке. Последняя вообще тихо сидела в углу комнаты и было видно, как её трясёт от страха. Снизу, как только окончательно стемнело, стали доноситься вой и скрежет, что-то отрывалось и визжало. Так продолжалось всю ночь, по окончании которой я твердо был уверен, что именно мои действия в отношении монстров провоцируют ночную агрессию Охотников. Эти твари идут именно за мной. И что им мешает просто вломится в квартиру через окна, если они спокойно ходят по стенам, не ясно. Кроме виртуальности и программного кода ничего на ум не приходило.
Все заканчивается, закончилась и эта бесконечная ночь. Что-то часто я свои планы меняю, каждое утро — новый. Вот и сегодня тоже все жизненные планы поменялись после того, как я спустился вниз.
С пятого по первый этаж подъезд был разгромлен. Двери квартир выбиты, на стенах — многочисленные глубокие царапины. При осторожном взгляде в любую квартиру видны следы мародерства и просто бессмысленного уничтожения имущества. В уничтоженных квартирах никаких следов домовых, только легкий сквозняк с улицы залетал в подъезд через разбитые оконные стекла. Намек был предельно ясен — в следующую ночь Охотники доберутся и до девятого этажа.
Почти час пришлось потратить на уговоры Веры Петровны уйти со мной. Баба Вера уперлась и твердо решила умирать вместе с домовушкой у себя дома. Сопротивление было сломлено только угрозой ее личной ответственности на Страшном Суде за мою безвременную кончину по причине ее упрямства. Я уселся на диван и сказал, что останусь ночевать здесь и пусть меня тоже прибьют, но я не оставлю старушку одну.
Ещё несколько часов баба Вера готовилась к выходу, потом прощалась с куколкой, которая на все предложения уйти только отрицательно качала головкой и разводила руками. Оглянувшись на закрытую дверь и представив весь ужас, который предстоит пережить домовушке следующей ночь, бабушка зарыдала в голос, у меня в горле стоял комок, что хоть действительно оставайся. Черт, нельзя все настолько реалистично делать в играх.
До самого вечера добирались до моего дома. Пересечение двух улиц стоило мне немало седых волос, но с задачей мы справились, доложили Стражу о прибытии ко мне на постой родной бабушки, познакомились с Буськой. Своей возможностью к ведению диалога домовой чуть не довел бабу Веру до инфаркта, но все постепенно нормализовалось и вновь настала ночь.
*** Интерлюдия ***
— Здравствуйте, профессор. — Линзы сформировали на столе перед Ярцевым изображение немолодого человека. — Я представитель офиса «Витргейм» в России, Алексей Платонов. — После формальных слов приветствия он продолжил: — Мне поручено разобраться с Вашей проблемой, предоставлены все необходимые полномочия, доверенность отправлена вам на почту. Вы не возражаете против нашей личной встречи?
— Корпорация «Витргейм» готова компенсировать Вам все причиненные неудобства, уважаемый Виталий Викторович. — Через несколько часов Платонов был в кабинете Ярцева. Они уже произвели быстрый осмотр оборудования, в «Витргейм» были переданы статистические и информационные сведения о крахе системы, а также общая информация о методике лечения больных в мире доктора Ярцева. — Мы прекрасно понимаем всю важность проводимой Вами работы и в связи с этим предлагаем не только замену вышедшего из строя оборудования, но и предоставление, — за наш счет, разумеется, — комплекта ИПИ следующего поколения. Находящееся у Вас оборудование будет заменено также на более совершенные модели. На почту уже направлены проекты договоров на предложенных нами условиях.
 
Виталию Викторовичу, первоначально готовому к напряженному диалогу, постепенно все больше и больше не нравилась складывающаяся ситуация. Осмотр системы Платоновым был настолько поверхностен, что больше походил на экскурсию, которая экскурсанту совершенно не интересна. Предоставленные документы были удостоены лишь поверхностного взгляда и сразу отложены в сторону. После звонка Платонова Ярцев обсудил план встречи с ним с Булгариной и был готов если не к отказу в предоставлении помощи, то к угрозам судами за нарушение условий использования лицензионного мира и несоблюдение конфиденциальности при обращении в полицию. Вместо этого представитель корпорации не только сразу предложил устранить проблему за счет «Виртгейма». Действительно щедрое предложение об установке нового вирткома более высокого класса и ИПИ к нему затмевало все возможные ранее варианты разговора.