Разоблачение (ЛП)

— Не знаю, кем ты себя возомнил, но я очень недоволен тем, как со мной здесь обращаются.
— Мне очень жаль! — воскликнул Дрейвен. — Вы должны простить моих подчиненных — подземные жители так грубы. Эй, ты там, — сказал он, обращаясь к уже раненому импу. — Немедленно принеси нашему гостю выпить.
Имп вздрогнул, когда на его грязной шкуре открылись новые раны, и бросился исполнять приказ Дрейвена. Он налил в инкрустированный драгоценными камнями кубок вина цвета крови и подбежал к пленнику. Дрейвен заметил, что тот взял его осторожно, стараясь не касаться кожи импа, и подозрительно принюхался, прежде чем сделать глоток.
— Вкусно, не правда ли? — Дрейвен очаровательно улыбнулся. — Вино получено из винограда более тысячи лет назад. Прекрасный урожай и отлично выдержанное. С иной стороны, я собираюсь выпить совсем другой напиток.
Встав, он взял свой кубок, аналогичный тому, что держал пленник, и подошел к шкафу в центре комнаты. Внутри, связанная, с кляпом во рту и обнаженная, лежала женщина-варианка. Три полные груди выпирали вперед, темно-синие соски напряглись от желания.
Пленник отставил чашку и уставился на Дрейвена, который поглаживал по очереди каждую грудь и не торопился выбирать вино. Средняя грудь казалась самой полной, поэтому Дрейвен расположил свою чашку прямо под ней и почти нежно погладил ее гладкую бледно-голубую кожу.
— Вино — это прекрасно и полезно, — сказал он мужчине с Транк Прайм, несильно сжав полную грудь. Варианка застонала от боли. Дрейвен не обратил на нее внимания и сжал еще раз, заставляя грудь налиться. — Однако иногда хочется чего-то более крепкого. Чего-нибудь… сладкого, — он ущипнул сосок, чтобы получить последние капли насыщенного фиолетового молока, а затем сделал глоток. — Ах, восхитительно. Даже лучше, чем лагосское вино, я полагаю.
— Ты только что сказал лагосское? — Мужчина с Транк Прайм нахмурился. — Но Лагос — мертвая планета. Она была опустошена хордами более тысячи лет назад.
— Именно. — Дрейвен кивнул и закрыл шкаф, заглушив крики варианки. Он вернулся и встал перед пленником. — Сейчас ты понимаешь, где находишься?
Кожа мужчины внезапно стала еще бледнее.
— Я… это не может быть… не Храказ! Я думал, что все еще нахожусь где-то в Первом Мире. Последнее, что я помню, — это падение, а потом…
— Один из моих подчиненных поймал тебя и принес сюда. — Дрейвен улыбнулся и сделал глоток из кубка. — Это спасло тебя от падения на дно пустыни — кстати, мы еще не услышали твоих благодарностей. Хотя не спеши благодарить меня, если не сможешь ответить на мои вопросы.
— Какие вопросы? — осведомился пленник, приподняв подбородок. — И какое право ты имеешь задавать мне вопросы?
— Ну, я ведь спас тебе жизнь, — учтиво заметил Дрейвен. — Думаю, ты не откажешься ответить на несколько вопросов. Ну, знаешь, просто в качестве одолжения, только между друзьями?
— Но, я… — начал пленник.
— Однако я вижу, что ты решил быть упрямым. — Дрейвен поставил свой кубок на украшенный резьбой столик у дивана и провел большим и указательным пальцами по идеально подстриженным усам и козлиной бородке. Такова была его привычка, когда он становился задумчивым… или кровожадным. — Какая жалость, — вздохнул он. — Я так не люблю неприветливость.
— Подождите минутку… — выпученные голубые глаза пленника вдруг полыхнули ужасом.
— Держите его, — приказал Дрейвен троллям. — Туловище и голову.
Они схватили мужчину за руки, прежде чем тот смог пошевелиться, и один из троллей вцепился в его белые волосы толстыми, похожими на сосиски пальцами. Тролль крепко сжимал волосы, пока из губ пленника не сорвался болезненный вскрик.
— Очень хорошо, — Дрейвен кивнул и сделал шаг к пленнику так, что они оказались лицом к лицу.
— Прекрати! — взмолился мужчина. — Пожалуйста…
— Всему свое время, — Дрейвен ласково улыбнулся. — Теперь, — сказал он, слегка касаясь ладонью вспотевшей щеки пленника и проводя большим пальцем по большому голубому глазному яблоку — левому. — У тебя есть выбор, мой друг. Ты можешь потерять либо один глаз… либо оба.
 
— Я… я не понимаю, — заключенный явно пытался сохранить мужество и потерпел неудачу. — О чем ты говоришь?
— Я говорю о том, что ты уже несколько раз нагрубил мне во время нашего короткого разговора, — сурово объяснил ему Дрейвен. — Только за это тебе придется лишиться глаза. Однако если ты считаешь, что можешь вести себя прилично и отвечать на все мои вопросы вежливо, я могу оставить тебе второй. Просто потому что сегодня я великодушен.
— Что… что вы хотите узнать?
— Может быть, я расскажу тебе то, что уже знаю, а ты заполнишь пробелы, — Дрейвен мило улыбнулся и слегка погладил большим пальцем дрожащее веко пленника. — Что скажешь?
— Да, да. Я согласен, — хрипло пообещал мужчина.
— Хорошо. Разве не приятнее, когда мы все пользуемся хорошими манерами? — Дрейвен прекратил поглаживание и сильнее надавил большим пальцем на веко пленника. — Итак, мне известно, что Первый Мир недавно обрел нового правителя. Новый Советник будет следить за ним и защищать его. Так?
— Да, да! — Мужчина кивнул, и Дрейвен почувствовал, как глазное яблоко перекатывается под его большим пальцем, словно шарик. — Тот же самый ублюдок, который украл мою женщину, — продолжил он. — Он пришел и оспорил кровную связь с ней — забрал ее.
— Дорогой мой, похоже, это довольно неприятное дело, — Дрейвен покачал головой и цокнул языком. — Но что касается этого нового Советника, мои шпионы следили за Первым Миром — они видели его появление. Видели, как его крылья раскрылись как раз вовремя, чтобы спасти девушку — вот это была настоящая удача, не так ли?
— Я…
— Это риторический вопрос, уверяю тебя. — Дрейвен чуть сильнее надавил на глазное яблоко мужчины, вызвав приглушенный вскрик, и продолжил: — В любом случае, я не скажу, что был рад его приходу, но и не удивился. Видишь ли, есть пророчество. Всегда есть пророчество, когда речь идет о Киндредах, — он скучающе взмахнул свободной рукой. — Но в этом говорится о потерянном сыне Советника, который вернется домой, чтобы править, как только расправит крылья и найдет свою Лизел, и так далее, и так далее, и так далее, до бесконечности, — он снова прочертил круг
рукой. — У меня, конечно, есть небольшие счеты с новым Советником. В основном из-за того, что его отец сделал со мной за несколько лет до твоего рождения, мой друг, — он улыбнулся и снова надавил на глазное яблоко. Пленник попытался вздрогнуть, но тролль, стоявший позади него, удержал его на месте. Дрейвен был доволен — можно целый день говорить о том, как глупо племя кса, но никто не мог сравниться с ними в грубой силе.
— Пожалуйста, — пленник дрожал и потел все сильнее. Дрейвен не мог определить, была ли прозрачная жидкость, вытекающая из его глаз, потом, слезами… или чем-то еще. — Пожалуйста, я умоляю вас.
— И я убедительно прошу тебя помолчать и дать мне закончить свой рассказ, — Дрейвен надавил сильнее. — Сколько раз мы должны говорить о манерах? Очень невежливо перебивать, — он вздохнул. — Ну, как я уже говорил, у меня есть счеты с новым Советником, но Первый Мир — не единственный предмет моего интереса. Далеко не единственный.
Он выжидал, но заключенный не проронил ни слова.
— Как грубо, — упрекнул его Дрейвен. — Ты мог бы хотя бы спросить, что меня интересует.
— Я не знал… я думал, что не… не должен был, — прошептал мужчина дрожащими губами. — И-извините.
— На этот раз я тебя прощу, — отозвался Дрейвен, убирая большой палец.
Пленник едва не разрыдался.
— Спасибо. Спасибо.
— Не благодари меня пока. — С удивительной точностью Дрейвен приложил кончики большого и указательного пальцев к уголкам глаз. Выпуклый голубой шарик бешено закрутился в глазнице, вновь наливаясь ужасом. Прежде чем заключенный смог снова начать скулить, Дрейвен продолжил:
— Как уже говорил, на кону стоит нечто большее, чем просто Первый Мир, — он ободряюще кивнул мужчине с Транк Прайм. — И ты скажешь…