По эту сторону любви (СИ)

— На тебя хорошо действует моя магия лечения. Мне только что это пришло в голову, — сказал Рихард, заглядывая мне в лицо.
— И что это значит? — спросила я.
— Это значит, что у вас большая магическая совместимость. Судя по степени заживления — просто огромная, — вмешался в диалог Артур.
Я выдернула вылеченную ладонь из рук Рихарда. Он удивленно посмотрел на меня. Вот только этого мне и не хватало, чтобы он сейчас сложил два плюс два и додумался о Михеле. Выяснять отношения посреди куч мусора, трупов и полицейских совсем не хотелось. Кажется, я опять жду подходящего момента, который все никак не наступает. К счастью к Рихарду подошел один из полицейских и отрапортовал.
— Ваше Сиятельство, помещение осмотрено, мы никого не обнаружили.
— А картина, Рихард? Они же поищут картину? — всполошилась я.
— Они поищут, Клари. Но я думаю, что это была ловушка. Если бы ты была тут, как и планировалось с фон Мёнерихом и этим ди Костанцо, то это были бы ваши трупы.
— Ваше Сиятельство, разрешите мне попробовать с эманум Харлинсон одну магию? Мы не могли попробовать, пока панцирь Дреббеля стоял. Это недолго, но может помочь найти картину. Ну, или успокоить эманум Харлинсон, что тут её нет, — вдруг сказал Артур.
— Клари? — обратился ко мне Рихард, приподняв брови.
— Да. Рихард, можно мы попробуем? — я даже руки сложила в вечном молящем жесте.
— Хорошо. Только недолго. Пробуйте, и я отвезу тебя во дворец. Дальше тут будет работать полиция, — кивнул Рихард, но тон его был недовольный.
Вот не нравится ему Артур и все тут. И чего он на него так взъелся?
— Эманум Харлинсон. Давайте вы закроете глаза и представите, что картина стоит перед вами? — начал фон Мёнерих.
— Я её не помню и плохо представляю, — засомневалась я.
— Ну, типичная алтарная живопись. Большая такая. В центре мадонна, по бокам рыцарь и монах. Ну, пейзаж там, на заднем плане. Не суть. Просто представите картину и потянитесь к ней магией, будто она перед вами, — продолжал настаивать Артур.
— Я попробую.
Я закрыла глаза и представил. А потом пустила магию, как я делала уже не раз. Даже руку вперед вытянула, как будто касаясь её.
— Всё! Хватит — услышала вдруг возглас Артура и прервала поток магии.
А Артур как сумасшедший метнулся куда-то в угол помещения. Я, было, устремилась за ним, но меня тут же перехватили железные руки Рихарда.
— Стоять. Он сам разберется. Там могут быть еще магические ловушки и преграды. Ты указала ему направление. Дальше он сам.
— Но, картина… — начала я, как вдруг послышалось.
— Тут люк под кучей мусора. Нужна помощь!
— Арчи, помоги этому убогому. А то убьется, а Клари расстроится, — негромко сказал Рихард стоявшему неподалёку Арчибальду.
Арчи хмыкнул, но пошел на раздававшиеся возгласы Артура.
— Рихард, фон Мёнерих он вовсе…
— Клари, он собирался идти сюда с харизматичным, но крайне неумелым магом. И притащить тебя. Мне страшно представить, что бы с вами тут сделали. Прости, но пока он не заслужил других определений. На его совести могла быть одна смерть. Не твоя. Возможно, тебя бы и не убили. Это только возможно. Но того темпераментного владельца Мадонны убили бы точно, — жестко припечатал Рихтер.
— Да. Ты прав. Прости, я как-то не подумала о ди Костанцо. У него ведь тоже нет магии воды? А в этом панцире действовала только она? — решилась я подтвердить свою догадку.
— Да. Я отвезу тебя во дворец и вернусь. Постараюсь понять, кто за этим стоит. Но это уже второе покушение на тебя за короткий срок, — Рихард нахмурился.
Мне тоже это все совсем не нравилось. Я не одна. Рядом со мной близкие люди. Да и просто случайные знакомые, как ди Костанцо. И мне не нравилось, что кто-то мог пострадать.
— Нашел! — раздался вдруг радостный, но слегка приглушенный возглас.
К куче мусора подлетели сразу несколько человек в полицейской форме. Арчи и фон Мёнериха видно не было. Но вот из лаза в полу показалась голова Артура.
— Можно не волноваться, она в магическом футляре. Она не пострадала, но мне нужна помощь, чтобы ее достать.
 
В дыру в полу нырнуло двое полицейских и вот уже вчетвером они осторожно подняли из-под пола магический футляр. Довольно большой. За магическим стеклом картину практически и видно не было.
— Магический футляр настроен на человека. Нужно определить на кого. Иначе мы годами будем его ломать и можем так и не вскрыть, — вдруг выдал Артур.
— Кто-то из похитителей-шантажистов так обезопасился? — спросил один из полицейских.
— Да нет. Похоже, что он настроен на… — и фон Мёнерих в упор посмотрел на меня.
— Но как? — спросила я.
— Кто-то хочет, чтобы именно вы её открыли, — пояснил Артур. — Может…
— Нет, не может. Футляр с картиной отправляется в полицейский участок на экспертизу. Если будет доказано, что это безопасно, я позволю эманум Харлинсон его открыть. Но не раньше, — вмешался Рихард.
Полицейские поспешно закивали.
— Клари. Поехали, я отвезу тебя. Тебе здесь больше нечего делать.
Следующие два дня я Рихарда практически не видела. Иногда приходил слуга с короткой запиской и цветами. Иногда забегал Арчи с новостями. Рихард был загружен заседаниями Магического Совета Двенадцати и расследованием сразу двух покушений на меня. И ни одно так с мертвой точки и не сдвинулось.
И хотя удалось узнать личности исполнителей, к заказчику это нас не приблизило.
Утром на третий день после событий в заброшенном доме ко мне пришел Арчи и сказал, что магическое сканирование футляра с картиной завершено и если я хочу, то он меня отвезет в полицейский участок, где все еще находилась картина. Отправились мы туда в сопровождении кучи охраны. Когда я сказала, что у Рихарда столько нет, Арчи флегматично подтвердил, что нет. Рихард обходится практически без нее. Но и я не один из двенадцати сильнейших магов этого мира.
В полицейском участке нас уже ждали и встречали. И ди Костанцо и фон Мёнерих уже были здесь со всей местной полицией. Меня торжественно проводили к футляру с картиной. Лично я не увидела в нем никаких изменений. Точно такой же извлекли из-под пола в заброшенном доме. И мне стало немного страшно его открывать, я снова отчетливо поняла, что хочу, чтобы Рихард был сейчас со мной. С ним мне нестрашно.
Арчи как будто что-то подобное и прочитал на моем лице, потому что он подошел и, взяв меня за руку, сказал.
— Клари, девочка моя. Рихард сегодня ночью сам лично приезжал сюда и еще раз осмотрел футляр. Это безопасно. У него последний день заседаний. Сегодня закрытие и он никак не мог здесь быть. Так что не трусь, подойди и открой крышку. Магия настроена на тебя, и она легко откроется.
Я кивнула и быстро, чтобы не успеть испугаться или передумать, открыла магический футляр с картиной. И ничего страшного не случилось.
Я протянула руку к картине, и пока никто меня не успел остановить, дотронулась до нее и отпустила магию.
— Чечилия, не вертись! Ты же мадонна! Давай, прими скорбный и горестный вид. И прекрати жевать яблоко!
Но девушка только расхохоталась и скинула с себя пурпурное полотнище, осталась в коротенькой тоге, мало что прикрывающей. А потом и вовсе побежала вглубь мастерской, с веселым смехом крикнув:
— А ты догони меня!
Но художник не стал догонять веселую проказницу, а обернулся ко мне.
— Ты долго. Я давно жду, — взлохмаченные темные кудри, гордый римский профиль, умные, слегка печальные глаза.
Как же рано ты ушел, как же много ты не успел, как великолепно все то, что ты оставил нам.
— Смотри. Рыцарь. Я думал придать ему мои черты, но потом решил, что Чечилии вполне хватит, что бы у заказчика удар случился.
— Чечилия — это ваша возлюбленная?
— Горы. Следующая твоя подсказка — Горы.
— Но на картине ведь нет Грааля? — удивилась я.
— При желании в золотом узоре ковра у ног Мадонны его можно рассмотреть.
— Горы? Какие горы? Гор много.