В такт твоей музыке (СИ)

— Твоя нет, а вот личная жизнь Анастасии да. В твоей я уже разобрался.
Сдерживаюсь, чтобы не сделать ничего лишнего. Так. Настя позвала меня поиграть в начальника. Значит будем играть.
— Ладно. Мы собрались здесь не за этим. Ты мне хотел во всех подробностях рассказать о результатах работы. Так рассказывай. Я весь во внимании. Только можно не курить во время доклада.
Марк демонстративно хмыкает, делает хорошенькую затяжку и тушит так и недокуренную треть сигареты. Было глупо, конечно, соглашаться с ним работать думая, что он не будет устраивать цирк свойственный его природе.
Затем Мельников предается подробным рассказам о том, когда именно прилетает отец. Показывает план дома Мельникова старшего и в мельчайших деталях расписывает стандартный распорядок его дня. Также у них был готов и план офиса с полном расписанием внутренней жизни.
Рассказывал Марк всё в своей манере, немного литературно, словно это всё шоу, а его презентация часть представления.
Вся информация, конечно, пригодится, но пока я не добуду грузовик с архивом и чемодан с сывороткой даже двигаться в направлении плана пока не буду. Рано. План «Б» в любом случае есть и пока его достаточно, для спокойствия моей души. Всё остальное нужно делать грамотно, детально и постепенно.
— Я смотрю ты серьёзно отнесся к нашему сотрудничеству, — подытоживаю, осматривая разложенные передо мной карты, списки и документы.
— Шутки шутками, а я человек ответственный. Воспитание и гены царских кровей дают о себе знать, — отвечает Марк явно довольный собой. — Когда приступим к разработке плана?
— Прояви терпение. Я дам знать, когда время придет. Не переживай момент ты не пропустишь, — переводя взгляд на Мельникова продолжаю. — Теперь свободен можешь идти.
— А может я хочу остаться.
— Это мой дом. Мои люди. Уж прости, но последнее слово всегда за мной.
— Ну ладно так уж и быть. Действительно, что-то я вас избаловал совсем своим обществом, — Марк поднимается с места и, прежде чем уйти останавливается около меня и шепчет. — Знаешь. Что касается сексуальной энергетики, тут я эксперт. Ваша связь с Анастасией прямо-таки глаза режет. А как Лия к этому относится? Знаешь дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. И ваша с Настей рано или поздно кончится. Вопрос как, когда и чем?
Его шёпот прямо вырезает слова на моей подкорке, но я пытаюсь отмахнуться от смысла его выражений. Марк просто хочет подселить тараканов ко мне в голову. Не может без манипуляции и игр. Просто хочет рассорить меня с Лией или Настей. Чувствует конкуренцию. Ведь намного проще смотреть как люди разрушают себя сами, а затем на сломленных натурах строить свои замки. А вот чисто и искренне добиваться чьего-то уважения и доверия куда сложнее.
— Не этично же шептаться, если в беседе участвуют трое? — делает Настя ему ответное замечание.
— Прошу прощения, мадам. Я искренне не хотел ранить ваши нежные чувства, — кланяется ей Марк и уходит.
— И что он тебе сказал? — чувствую Настину руку на плече и оборачиваюсь.
— Что наша с тобой своеобразная дружба лишь временное явление.
— Бред же, — недоумённо качает она головой в ответ, словно отмахивает от мысли.
— Бред, — медленно и задумчиво киваю в ответ.
Глядя друг на друга, мы понимали, что скорее всего эти тараканы останутся только в голове у Марка.
Лия
Просыпаюсь с приятным чувством, наполняющим меня изнутри. Всю ночь… вернее утро мне снилось детство. Точнее вспомнилось. Не было никаких негативных ощущений. Чисто счастливое детство. Мама и папа.
Осознание самой себя как-то изменилось. Собственное тело казалось роднее и ближе обычного. Не знаю, что послужило появлению таких ощущений, но изменения явно присутствовали. Казалось завеса, которая стойко стояла перед просторами моей памяти начала понемногу рассеиваться.
Потянувшись в кровати, улыбаюсь приятным ощущениям и встаю. После того как умываюсь нахожу в комнате свою одежду. И снова как по волшебству. Хотя чему тут удивляться? Футболку почему-то решаю оставить. Она кажется такой родной как вторая кожа, которую совершенно не хочется снимать. Поэтому просто натягиваю джинсы и залажу в кроссовки.
 
Так. Что делать-то? Точно! Мама и папа. Они же должны быть здесь. Ещё со вчерашнего приёма. А я с ними даже не поздоровалась. Слишком сильно была занята Петей.
Беру телефон и парой ловкий касаний по сенсорному экрану набираю маму.
— Привет, мам.
— Я уже думала ты нас с папой в чёрный список занесла, — смеется она на другом конце трубки.
— Прости, — извинюсь, чувствуя укол вины. — А ты сейчас где? Поговорить очень хотела.
— Да ничего страшного. Понимаю, что у тебя вся жизнь кувырком каждый день переворачивается. Я? Я в библиотеке.
— Отлично! Я знаю где это, так что пожалуйста никуда не уходи и жди меня там, — прошу её, направляясь к двери.
— Хорошо, милая. Тогда там и поговорим. Жду тебя, — нежно отвечает мама и кладёт трубку.
Как только открываю дверь перед носом появляется Женька.
— Ой. Привет, — неловко смущаюсь от того, что чуть не пришибла его дверью.
— Извини, что так неожиданно, — смущается Женька в ответ почесывая затылок.
— Ты чего тут? Петю ищешь? — вопрос появляется в голове интуитивно ведь это не моя комната.
— Да нет. Тебя как раз. Петя простил за тобой присматривать. Мало ли память торкнет. Всё такое, — объясняет он. — Как ты себя чувствуешь?
— Прекрасно, — немного озадаченно, но абсолютно искренне отвечаю.
— Хорошо, — медленно кивает он, а затем спрашивает. — А ты сейчас куда?
— В библиотеку к маме.
— Проводить?
— Если хочешь, — пожимаю плечами и мы вместе направляемся в сторону библиотеки.
Тишина хотелось заполнить беседой и я как и привычно в своей манере без труда вытащила из головы вопрос.
— А где Петя?
— Работает. С Настей.
Задумчиво смотрю на время на телефоне. Уже час, а ушёл он в семь.
— До сих пор?! Уже шесть часов работает? — искренне удивляюсь, убирая телефон в задний карман джинсов.
— Хочешь тайну раскрою, — загадочно улыбается Женя и замечаю, что его напряжение и первичная зажатость от нашей беседы растворяется.
— Давай.
— У Пети всегда есть работа. Абсолютно всегда. Как и у меня, Насти, Марины. Всегда есть что разгребать, есть в чём копаться. Даже если бы мы не работали над твоим делом, работа все равно бы была и не меньше.
Однако. Хотя думаю в такого рода компании действительно есть чем заняться. Интересно как там Петя сейчас. Устал или для него это норма? Не спал ведь ночь, а работать приходится. Я во всём виновата. И в том, что не спал, и в том, что работать надо. Иронично. Как-то взгрустнулось и приятный вкус утра куда-то рассеялся.
Хотелось найти Петю и обнять, но мне действительно очень важно поговорить с мамой. Потом можно будет и его поискать.
— Вам нравится ваша работа? — решаю поинтересоваться.
— Да! Я вообще в восторге. Настя тоже тот ещё трудоголик. У неё это не лечится. Петя хоть и негодует каждый раз на тему того, что это не его выбор, но… Лучше него никого нет. Он мастер. Маэстро, — Женька так мило радовался и восхищался, что его эмоции вытащили из меня улыбку.
— Это я уже поняла.
Только я всё ещё не поняла одного. Быть частью этого мира, который раскрывают Павловы, это хорошо или всё-таки плохо. Хотя скорее всего тут просто есть полутона и на них просто нужно уметь играть.
Пока я по пути слушала рассказы Жени, о том, как они не раз героично спасли мир и не заметила, как мы дошли. Рассказы Жени и Пети так сильно отличаются. Если Петя просто выкладывает на стол суровую реальность без прикрас, то Женя романтизирует и осветляет всё происходящее расставляя акценты только на белую сторону медали.
Хотя можно понять разницу их повествований. Женя сидит в лаборатории. В основном. Ну… Насколько я вижу. А Петя… Дерётся в поле. А тут как раз романтики никакой. Поэтому их взгляды отличаются.