Отринуть любовь (СИ)

Элласар. Там, если проскочить весь этот огромный, украшенный цветочными клумбами и старинными статуями парк, на самом краю стоит неприметная ступенчатая пирамида старейшей постройки. Так строили еще до раскола земель служебные шеадры Стражи. В одном из них — картинка с уже хорошо знакомым маленьким городком на фоне белых скал на ярко-синем небе, с фигурой ворона, реющего над крышами домов.
Альбре. Неудобно, конечно, опять сваливаться Ресу на голову вечером и без приглашения.
  
Глава 8. Джана, ч.1
 
Я терпеливо заряжал визоры, сваленные на кипу финансовых бумаг, до которых еще только предстояло добраться, когда Нвер позвонил мне снизу.
— Мастер, к вам Джана. Примете?
Рыжая? Что ей здесь нужно под вечер, мы вроде бы договорились, что в башне охранять меня не надо, здесь есть Нвер, да и сама башня — место силы Ворона — достаточно надежна. Или ей поговорить захотелось?
Я с тоской посмотрел на визоры. Вся эта куча предназначена для Анг Мирта и Основы. Можно отдать их мастерам Стражи, сославшись на занятость, пусть штатные специалисты сил и стихий их заряжают, но они ж тогда в три раза меньше проработают, и их снова придется переустанавливать и сдавать на зарядку. И бумаги, демон их разбери, наши сделки за последний месяц и две очень важные будущие… Ладно, черт с ним, со сном, достаточно пары-тройки часов, чтобы голова прояснилась, а физические силы и так восстановятся, когда утром полетаешь.
— Пусти, — согласился я. — И сделай нам, пожалуйста, кофе. Мне — чашку побольше и покрепче.
Через минуту дверь кабинета открылась и девушка, одетая в плотно облегающие стройную фигуру брючки и курточку, уверенно пересекла пустое пространство и остановилась у моего рабочего стола, на котором не было даже клочка свободного места из-за сваленных на него папок, покрытых слоем визоров.
Чтобы сгладить неловкость, я выбрался из-за стола, чувствуя, как затекла спина от длительного сидения в одной позе, и пересел в кресло у камина, жестом предложив ей занять второе. Она очаровательно улыбнулась и, грациозно опустившись в него и закинув ногу на ногу, кротко взглянула на меня.
— Простите, Верховный, что отрываю вас от работы, — вздохнула она. — Я хотела попросить у вас разрешения отсутствовать завтра и послезавтра. Мне надо появиться дома, у родных.
— Конечно, — согласился я. — Иди, если нужно.
— Я бы хотела знать, кто меня заменит, чтобы дать ему инструкции, — продолжила она.
Я пожал плечами.
— Никто. Сам справлюсь.
— Так нельзя, — заволновалась девушка. — Вы останетесь без охраны.
— Ну жил же я раньше без охраны, — хмыкнул я не без удивления. — До сих пор живой. К тому же у меня на завтра подвигов не запланировано, так, обычная рутина. С утра — как обычно, час у Пауков на планерке, завтра в Восточной Страже. Потом — Кэммон Ар, надо посмотреть на один тамошний шеадр, у которого ни Горностаи, ни наши не могут определить, в чем причина сбоев. Затем встреча с главой элласарского магистрата, там финансовые вопросы. Во второй половине дня лекция в университете Рузанны. После, наверно, надо к Ширин заскочить, она уже три дня просит о личной встрече. Вечером вот это, — я кивнул на стол, — доделывать. Ну, где ты видишь опасность? — я улыбнулся со всей возможной беспечностью и максимальным обаянием, всем своим видом подчеркивая, что беспокоиться не о чем.
Джана покачала головой.
— Везде. У вас очень много перемещений и часть времени вы проведете в окружении посторонних людей, часть из которых наверняка настроены недружественно.
— Студенты точно настроены недружественно, — рассмеялся я. — Предмет такой. И я совсем не похож на старенького подслеповатого профессора, который спустит им небрежение и прогулы. Особенно в Рузанне, где учится немало детишек местной и соседской знати, а там лентяй на лентяе.
— Вечный Реваль, которому я служила раньше, никогда не выходил из дома без одной из нас.
— Ну, Реваль — другое дело, — бодрым голосом заявил я. — Он изначально немолод и он не боец. Если кто-нибудь захочет всадить нож ему в спину, вряд ли он успеет обернуться. Так что все правильно. Ему осторожность только на пользу.
 
Вошел Нвер, неся кофейник, чашки и немного печенья. Она поблагодарила и его и меня, и, поменяв позу, принялась пить кофе мелкими глотками, чисто по-шамальски, отламывая от печенья маленькие кусочки. Взгляд ее то и дело скользил по мне и отдергивался, словно от чего-то опасного.
— Так нельзя, — повторила она твердо. — Возьмите кого-нибудь из Пауков в качестве сопровождения. Они все замечательные ребята, преданные и ответственные.
— Хорошо, — кивнул я, соглашаясь. — Можешь предложить мне кандидатуру?
Она назвала два имени, и я мысленно пообещал устроить этим парням доскональную проверку. Хотя… кажется, это уже паранойя.
Взгляд ее перескочил с меня на каминную полку с карикатурными фигурками Вечных.
— Можно посмотреть? — попросила она.
— Пожалуйста.
Грациозно поднявшись, она подошла к камину и стала бережно перебирать фигурки, улыбаясь и иногда отпуская забавные и меткие замечания.
— Они что-нибудь значат?
— Нет, — усмехнулся я. — Просто коллекция. Собирал не я — предшественники. За все время в шкуре Ворона я даже ни разу ее не пополнил. Видимо, мне не хватает чувства юмора.
Она мягко улыбнулась, развернулась ко мне, и, поймав мой взгляд, постаралась удержать его, глядя пристально и серьезно. Мне не понравилась ее игра в гляделки, и я схватился за спасительную кружку с кофе.
— Здесь так необычно, — сказала она, переводя взгляд на книжные полки. — Вечный Реваль живет в роскоши. Вы — аскет.
Я пожал плечами.
— Мне удобно. Привык.
— А можно подняться на верхнюю площадку? — попросила она с хитрым выражением лица, напомнившем мне любопытную кошку, сующую нос в кладовку.
— Можно, только ты замерзнешь, — вздохнул я, отметив, что ее тонкие брюки и курточка ничего не скрывают, а скорее, подчеркивают то, что под ними. Отыскав плед, я накинул его ей на плечи и подтолкнул к узкой двери на внутреннюю лестницу. Пока мы поднимались, я вспомнил, как чуть больше месяца назад показывал башню другой гостье, и это воспоминание отозвалось во мне болью и тоской. Сейчас все было бы по-другому, если бы я тогда… решился. Но мне казалось, что я сломаю то хрупкое доверие, что тонкой ниточкой установилось между нами. Утром я позорно сбежал, боясь посмотреть Юльке в глаза и увидеть там равнодушие или разочарование. Ни того, ни другого я бы не пережил.
Там, наверху, как всегда завывал ветер. Джана с любопытством обошла площадку по кругу, полюбовалась звездами, повосхищалась океаном и, замерзнув, запросилась обратно. Спускаясь за мной по лестнице, она оступилась, и я вынужден был ее подхватить. Повиснув на мне, она не спешила отодвигаться, пока я сам не поставил ее на ступеньку, показав, что у лестницы есть перила.
Спустившись обратно в кабинет, она остановилась у камина, аккуратно сложив плед и бросив его на кресло.
— Скажите, Верховный… вы не чувствуете за собой слежку? — спросила она с очаровательной серьезностью, опять пристально глядя мне в глаза, словно пытаясь загипнотизировать.
— Нет, — ответил я. — А должен?
Она вздохнула.
— Незадолго до той стрелы, что заперла его в облике Вечного, Реваль жаловался, что все время ощущает словно бы взгляд в спину. Он сравнивал его со слабым касанием, будто ладонью мазнули.
Я задумался. Среди других портретов Альсар упоминал и Реваля, значит, скорее всего, за ним тоже следили с помощью Зеркала. Некоторые люди действительно способны ощутить наблюдение, но никто обычно не догадывается, в чем дело.
 
— Возможно, я не обратил внимания на подобные моменты. Возможно, ты права, и я беспечен. Но, боюсь, перевоспитывать меня уже поздно. А что именно тебя беспокоит?
— За последнее время вас неоднократно пытались убрать с дороги. Да, неудачно, но неужели вы думаете, что они оставят свои попытки? — она медленно и плавно приблизилась ко мне, и меня вдруг волной накрыла паника — а что, если именно это она и собирается сейчас сделать? Если у нее при себе нож или длинная игла с ядом… Я отшатнулся назад, наткнулся бедром на собственный стол и потерял равновесие, отчего часть наваленных на него визоров с грохотом посыпалась на пол и я едва не упал, споткнувшись об один из них. Джана скользящим движением взяла меня за руку, снова ловя и удерживая мой взгляд.