Трудовые будни Тёмных Властелинов (СИ)
— Ты же собирался забрать меня. Помнишь?
— Я передумал, — прошептал он. — Ты останешься. И не смей меня признавать, иначе отец узнает о тебе раньше времени. У меня и так предостаточно проблем из-за тебя, мой хитрый драконолисёнок.
О, Гун прекрасно знала, чего стоят его слова. Отец узнает, как же… Слабо верится, что кто-то вроде Ижена не сможет скрыть Обретение. "Не смей меня признавать, потому что я, скорей всего, умру", — вот как это должно было прозвучать, если честно.
Но он пощадил её чувства.
А вот она не пощадила его, когда выполняла приказ Алого Старейшины. Поистине важный приказ, но почему от этого не легче?! Гун прикусила губу, чувствуя ком в горле.
Хотелось реветь, как обиженная на мир девочка, которой эгоистично хочется получить желаемое вопреки всему. Но нельзя. Нельзя плакать, это она уяснила давно. Ещё тогда, когда прощалась с семьёй. Бессмысленно, глупо и испортит их последние мгновения вместе. Она судорожно вздохнула, потянулась к нему и поцеловала сама.
— Не думай об этом, — прошептал он.
И мир исчез.
Много позже Гун притворилась спящей и слушала, как он уходит. Он знал, что она не спит; она знала, что он знает. Но у неё не хватило бы сил, правда не хватило бы. Она не смогла бы сказать "прощай", не смогла бы удержать лицо, не смогла бы не молить о прощении.
Проклятое зеркало… лучше бы она его никогда, никогда не находила! Таким, как она — закостенелым, верным долгу, серьёзным девочкам — нельзя играть с судьбой, нельзя бросаться сломя голову в авантюры. Ей не стоило с самого начала рассчитывать на благосклонность Мастера Треснувших Масок. Не стоило… и вот он, результат.
Закрылась дверь. Она честно дождалась, пока он отойдёт достаточно далеко, считая вдохи и выдохи: драконий слух — не шутка. И только тогда, когда растаяло малейшее эхо его шагов, Гун разрыдалась, судорожно и отчаянно.
20
— Прощения просим, мой Властелин. Не хотелось бы отрывать от размышлений, но меня уверили, что ваш вопрос не терпит отлагательств, — сладкий голос Жреца растёкся по кабинету.
Ири вдохнула и выдохнула. И впрямь, что тянуть? Ей не нравилось то, что она собиралась сделать. Но, по правде сказать, ради Гун она сделает это… и намного больше, если понадобится.
— Эу-хений, — сказала она ровно. — У меня есть просьба. Личная, и вопрос крайне важен для меня. Однако, он не касается напрямую благополучия Чу, потому вы имеете полное право отказать.
Жрец снял с глаз свои забавные стёкла и принялся демонстративно их протирать.
— Интересные дела, — сказал он словно бы между прочим. — Будем считать, я оценил постановку вопроса. А теперь мне хотелось бы выслушать конкретику.
Ири вздохнула.
— Проблема в том, что мне нужна исполнительница для крайне деликатного дела, — сказала она ровно. — И для этого не подойдёт ни кто-либо из боевых магов, ни одна из моих компаньонок. Эта особа должна быть умна, артистична, хладнокровна и сдержанна. И, что хуже всего в этой ситуации, должна понимать и принимать смертельную опасность. Не буду скрывать: задание это из тех, с которых не возвращаются.
— Интересные дела, — повторил Жрец. — Сроки?
— Вчера, — отозвалась Ири сухо.
— Понятненько… Я смогу рассчитывать на объяснения?
— Едва ли.
Жрец помедлил.
— Мой Властелин, — сказал он вкрадчиво. — Я не заинтересован в личном, но вполне себе убеждён, что добрые драконьи товарищи принесли на крыльях вести, касающиеся не только вас лично, но и всяких геополитических мелочей. Я прав?
— Да, — сказала Ири. — И в обмен на услугу я готова, опустив личное, поделиться с вами этими мелочами.
— То, что я хотел услышать, — понимающе улыбнулся Жрец. — Нужный человечек будет у вас в течение часа.
На самом деле Эу-хений, разумеется, справился быстрее: Жрица Тьмы, серьёзная худощавая девушка смешанных кровей, осторожно проскользнула в кабинет.
— Моё имя Лимори, мой Властелин. Я слышала, у вас есть для меня работа.
— Да, — подтвердила Ири спокойно. — Но вынуждена предупредить: шансов выжить у вас будет немного. Вы можете отказаться, Ведающая.
— Я принимаю свою судьбу с открытыми глазами, мой Властелин, и счастлива служить вам, — голос гостьи звучал мягко, спокойно и чуть отстранённо.
— Что же, да будет так, — сказала Ири. — Тебе придётся изображать другую девушку, постоянно носить амулет личины и искажающие ауру чары.
— Быть посему, мой Властелин. Чьё лицо мне предстоит примерить?
— Вам предстоит стать на время госпожой Гун Оранжевой и отправиться вместе с её истинным на Гахаан. Этот дракон устроит вас со всеми удобствами, объяснит подробно расклад и позаботится о вашей безопасности в меру возможностей. Но потом ему придётся вас оставить. Между тем, рано или поздно за его парой придут, чтобы получить простор для шантажа. Встретить этих гостей предстоит вам, равно как и позаботиться, чтобы они как можно дольше не были в курсе подмены. На мой вкус, идеально было бы, если бы вы смогли сбежать и увести погоню за собой, а после оторваться. Но не уверена, что вам это удастся.
На лице Жрицы не дрогнул ни единый мускул.
— Я при любом стечении обстоятельств оправдаю ваше доверие, мой Властелин. Сколько у меня времени на подготовку?
— Не больше получаса.
— Мне достаточно, благодарю.
— Ведающая Лимори… — Ири помедлила, подбирая слова, а после плюнула и продолжила прямо. — Я искренне надеюсь, что вы вернётесь живой. Но, если нет, могу ли я сделать что-то для вас? Для семьи, Храма или…
— Мой Властелин многое сделал для города и Храма, — сказала Жрица мягко. — Мне не нужны дополнительные поощрения, если вы продолжите то, что начали. Я — Жрица Предвечной, и не мне бояться встречи с Ней, благо дни мои в любом случае сочтены. Отдать жизнь за ту, кто спасла и ещё спасёт множество жизней — честь для меня.
— Сказано и услышано, — отрезала Ири. — Можете идти.
* * *После наложения соответствующих иллюзий (пришлось подключить и Ижена, и Шокуо-ретха, и Эта, но результат того стоил) "пара" отбыла на Гахаан, а Ири вернулась в кабинет и устало откинулась на спинку кресла. Накатило опустошение, а душой завладела печаль.
Ири Алая в своё время отказалась иметь какое-либо отношение к Тайной Службе семьи именно из-за таких вот вещей; она ненавидела шпионские игры. Пусть госпожа Рои, да и Гун тоже любили повторять, что это та же война, Ири так не казалось. В её понимании, отправить воинов на заведомую (или почти заведомую) смерть в бою — нормальное положение вещей. Такова участь, которая может постигнуть любого солдата, в том числе её саму. Она, боевая драконица, рано или поздно умрёт в схватке с кем-то и по сей день полагает это привилегией. Но… битва на то и битва, что там ты сражаешься бок о бок со своими, так или иначе. И да, зачастую есть шанс. Хотя бы на достойную смерть бок о бок с товарищами, но это в последнюю очередь. Шанс на жизнь обычно есть тоже. Выйти лесами из окружения, вовремя скатиться в овраг, переждать в укрытии до прихода подкрепления… Разумеется, с тем же успехом поблизости может не оказаться оврага или укрытия, а подкрепление, вполне вероятно, и не собиралось выдвигаться. Однако, порой хватает одной веры в эти возможности, чтобы сохранять боевой дух и какую-никакую надежду.
Шпионы такой веры лишены. Отправляясь на безнадёжные задания, они знают, что мертвы, и помощи ждать неоткуда. Причём умирать им предстоит в окружении чужаков, в паутине лжи, а зачастую — под пытками и с грузом презрения со стороны как условно своих, так и условно врагов.
Хуже не придумаешь.
Опять же, что бы ни думали по этому поводу некие наивные мечтатели и не писали новомодные приключенческие книги, для подобных целей не наберёшь восторженного пушечного мяса на ближайшей улице. Да, для некоторых операций можно вслепую использовать наивных дураков и дурочек, но в большинстве серьёзных случаев нужно отправлять на гибель умных, обученных, хладнокровных, артистичных, безусловно преданных делу существ. Таких, как эта Жрица.