Рейтинг (СИ)
С отзывами было хуже всего. Как Валя ни старалась — отзывов было катастрофически мало. Что только она не делала! Много раз меняла свое изображение, пытаясь выбрать наиболее привлекательное. Последняя голограмма ей казалась наиболее удачной. Взгляд карих глаз с лукавым блеском, проникновенный; улыбка слегка ироническая — уголком рта, загадочная; волосы чуть ниже плеч — с шоколадным отливом, как настоящие, пышные и мягкие; кожа с натуральным блеском, без изъянов. Конечно, ее собственная кожа тоже была идеальной, но голографические настройки долго сопротивлялись, не подчиняясь вводным параметрам. Валентина немало намучилась, создавая свое изображение, но в общем, результатом осталась довольна. Конечно, она понимала, что привлекательная внешность — не главное. Интеллект ценился не меньше. Она старалась, выкладывала в сеть свои философские размышления, регулярно отзывалась на посты подписчиков и писала множество своих постов. Часто знакомилась со сверстниками, пытаясь найти того, кто оценил бы ее по достоинству. Все равно мало толку. Исходная популярность — седьмой уровень.
Что же в сумме?
Седьмой уровень, совсем немного до восьмого… Жаль.
Ощущение счастья моментально улетучилось. Она-то рассчитывала как минимум на восьмой.
Вот лажа. Надо что-то делать. В первую очередь — со здоровьем. Она занимается на тренажерах каждый день, может, надо заниматься больше? Завтра она еще раз перезапустит программу физических тренировок и выставит параметры, необходимые для восьмого уровня. Или упросить родителей купить новый программный модуль? Старый — ни к чёрту не годится, глючит, только на нервы действует.
Теперь популярность…
Может, все дело в фамилии?
Ну конечно! Юлия Голубева, Евгений Астахов, а она — Валентина Гольдштейн.
В первую очередь изменить имя! Это нельзя было сделать до шестнадцати лет, но сейчас — раз плюнуть. Имя Валентина ей не нравилось всегда, — сколько себя помнила. Другое дело — Тина. И без фамилии, так можно. Идентификатор все равно ищет по коду в свидетельстве о рождении.
Просто Тина и все, лаконично и загадочно.
Она ввела новые данные в нужное поле экрана, и еще какое-то время размышляла над дальнейшими шагами по увеличению популярности. На чем же зарабатывают популярность другие?
В поисках ответа на вопрос решила зайти на страницы ближайших по рейтингу девчонок ее возраста. Из бесконечного списка выбрала стоящую на один шаг выше ячейку: Майя Линник. Получила доступ сутки назад. Количество баллов в сумме почти такое же, как у нее. Здоровье и родители — третий уровень, учеба и успехи — тоже не шик. Но популярность — десять!
Тина стала читать отзывы. Преимущественно это были отзывы на рисунки.
Что же она там такого нафотошопила?
Тина открыла сборник рисунков и удивилась… Обычные рисунки, не программные. Тина присмотрелась, увеличив поле, и заметила структуру бумаги, причем не лучшего качества. Она уже и забыла, когда последний раз пользовалась бумагой — все задания в школе выполнялись в электронном виде.
На бумаге карандашом (где его и найти сейчас?) был нарисован портрет старика. Из-под нависших густых бровей на нее смотрели выцветшие глаза, и этот взгляд пробирал до костей…
Тина поторопилась закрыть портрет. Надо же такое нарисовать!
Она открыла еще несколько рисунков. Эти рисунки, в отличие от первого, не пугали, наоборот, имели притягивающее свойство. Вот — космос. Пожалуй, она не отказалась бы вставить такой рисунок в свой доклад по астрономии, если бы заметила его раньше. На другом — ребенок лет пяти выдувает мыльные пузыри. Всё вокруг в пузырях, а на лице — выражение радости.
Только рисунки, и практически никакой информации о хозяйке страницы, нет даже изображения внешности. Умеют же некоторые напустить загадку!
Вот от этого и популярность, — сделала она вывод и присмотрелась к рейтинговой шкале загадочной художницы. Как у нее в сумме мог получиться почти восьмой уровень?
Ах вот, подпункт «подарки». Три уровня — подарок на шестнадцатилетие?!
Как она это не учла? Стянет с родителей три уровня и окажется на десятом! Что может быть проще!
Хорошее настроение вернулось, принося с собой новый вопрос: «От кого же эта выскочка Майя получила такой щедрый подарок?»
Только имя — Александр. И больше ничего, ссылка на страницу отсутствовала.
Стало быть, ситуация вполне сносная. Тина практически успокоилась. Десятый уровень — это между Голубевой и Астаховым. Можно убить, таким образом, обоих зайцев — у Голубевой поубавится спесь, а ее любимый Женечка таки вынужден будет обратить на нее внимание.
Часть 2. Гуляка. Глава 2
Родители негативно восприняли просьбу о подарке. Тина даже не ожидала такой реакции.
— Но вы же спрашивали, что подарить на шестнадцать лет?! — возмутилась она, увидев мамино удивленное выражение лица.
— Дорогая моя, — пыталась ласково успокоить ее мама. — Три уровня — это слишком много. Ты не учитываешь очень важный момент. Для того, чтобы у тебя прибавилось три уровня, у нас с папой рейтинг должен уменьшиться на пятнадцать. Это сильно ударит по нашей репутации и жизнеобеспечению.
— Вы считаете, что я не заслуживаю такого подарка? — настаивала на своем Тина. — Я весь год выкладывалась по полной! И еще год надо лезть из кожи, чтобы поступить во что-то приличное! Разве можно быть такими эгоистами?! — Ее возмущению не было границ.
Петр Гольдштейн почесал за ухом, как обычно это делал, когда надо было разрешить сложную ситуацию, и внес свое предложение:
— Мы повысим твой рейтинг другим способом.
— Каким, интересно, способом? — Тина перевела на него прищуренный взгляд.
— Ну, во-первых, ты подтянешь успеваемость.
— Да, конечно, очень дельный совет.
— Мы с мамой тоже постараемся. Если мне удастся реализовать один проект, — продолжал папа, снова почесав за ухом, — мы прибавим кое-что в семейную копилку и через год вытянем на то количество баллов, которое тебе нужно для поступления.
— Через год? Но мне нужно сейчас! — вспыхнула Тина.
— Зачем? — не удержалась от вопроса мама.
Тина бросила на нее испепеляющий взгляд и ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью.
Родители переглянулись. Анна глубоко вздохнула и покачала головой, а Петр снова почесал за ухом.
— Почему все только ей? — нахмурившись посмотрел на родителей сын Павлик, который до сих пор молча наблюдал за происходящим.
— Боже мой! — Петр Гольдштейн схватился за голову и ушел думать в соседнюю комнату, а мама взяла Павлика за плечи:
— А ты что от нас хочешь, дитя моё?
— Приставку с мотогонками, — буркнул Павлик.
— Хорошо, — снова вздохнула мама.
А Павлик так и не понял, это было «да» или «нет».
«Буду чаще напоминать, и они сдадутся», — подумал он про себя и убежал играть в свою комнату.
* * *На семейном совете постановили, что отправят Тину на Базу Отдыха, чтобы повысить баллы по шкале «здоровье».
«Она отдохнет, наберется сил и успокоится», — думали родители.
Мама рассказала, что когда-то в молодости была знакома с одной юной особой, из-за которой ее родители вынуждены были поменять работу и переселиться на два этажа ниже. Все из-за того, что как только ей исполнилось восемнадцать лет, и она получила возможность дарить свои рейтинговые баллы, оказалось, что почти треть того, что у нее было, перешло на карточку солиста популярной в то время рок-группы.
— Это ты была, что-ли? — заподозрила Тина. Мама как-то странно посмотрела на нее, но не призналалась. Хотя в действительности это могла быть и не она. Тина иногда сложно было ее понять. Она подумала о том, что, наверное, не стала бы дарить свои баллы Жене. Может, она не так сильно его любит, как ей представляется? Она читала, что влюбленные даже готовы умереть друг за друга, и всем чем угодно пожертвовать. «Всем, чем угодно, только не рейтингом», — решила в итоге Тина.