Роззи. Стать счастливой. Часть 1 (СИ)

Мальчик обмочился. Один из надзирателей стал глумливо ржать, тыкая пальцем. Рука с плетью начала подъем второй раз. Для меня замедлилось время. Я хочу узнать все изнутри, пока еще на этой стороне баррикад. Маленькие послабления в виде телеги и коня можно объяснить благодарностью за спасение ребёнка Вигмара. Следовательно, вмешиваться напрямую сейчас нельзя. Рука с плетью отклонилась назад, делая замах. У меня перед глазами происходило медленно, в реальности же очень быстро. Когда карающая длань отклонилась чуть дальше головы, мысленно сломала ему руку. Мужик заорал, плеть выпала в дорожную пыль. Я отвернулась. Няня уже была рядом с пострадавшими, забрала обоих и повела к нам. Другой надзиратель, что громко ржал, начал было орать на Маргарет, замахиваясь уже на нее деревянной палкой.
Я вскинула руку вперед, на кончиках пальцев плясали зеленые огни.
Моя. Маргарет.
Исак опередил буквально на мгновение, заорав всем заткнуться и продолжать движение. Другой охранник на лошади резко подъехал и загородил меня собой. Взяла себя в руки. А того смертника запомнила. Вроде никто не заметил моих способностей.
Мужчину со сломанной рукой усадили на третью телегу. Няня привела к нам двух рабов. Мальчик опустил голову и сильно стыдился. Отец держал руку на плече сына. У обоих на ногах была ограничивающая веревка, чтоб не убежали, стирающая щиколотки в кровь. Вилли соскочил со свертком на дорогу, взял мальчишку за руку и отошел.
– Трогать, – зычно крикнул кто-то.
Все пришло в движение. Мужчина-раб переживал, постоянно оглядывался. Маргарет заставила его сесть на телегу.
– Вернутся, не печалься. Вилли поможет сыну-то. Звать как?
– Уолтером кличут, сына – Хью. Что теперь с нами будет? – осторожно спросил он.
– Ехать будете до леса на телеге, – ответила няня. – Там и решим, что с вами делать.
– Дык я идти могу ногами-то, привычный, – втянул голову в плечи мужчина.
Взглянула на него. Внутри все сжалось. Следы от множественных наказаний, чрезмерная худоба, впалые щеки и проплешины в волосах. Высокий, тощий, но с адекватными глазами, на дне которых плескался страх. Зашуганный, но не обозленный. Все рабы были одеты в мешковатые свободные рубах с коротким рукавом до середины бедра, сделанные из грубой ткани.
– Садись пока, Уолтер. Чем занимаешься в поместье? – спросила мужчину.
Он неловко забрался бочком на край телеги. Глаза бегали с меня на кусты, в которых остался сын.
– Да что скажут, то и делаю. За лошадьми смотрю, убираю, чищу. Тяжелое чего принести могу, в поле работаю еще.
– А жена твоя где? – осторожно спросила его.
Он опустил глаза.
– Нет ее давно. Замерзла два винтрона назад и сгорела болезнью, – печально ответил Уолтер.
– Мне жаль, – неловко ответила ему. – А скажи, хотел бы ты лучшей доли для сына?
– Заберете его, госпожа? – поднял он голову с глазами полными слез.
– Какая я госпожа? Мне Вигмар коня за спасение дал в награду. Так же на кухне работаю.
– Да, все знают, как вы чуть не померли, спасая госпожу Сибиллу. Только госпожа вы, пусть и среди черни.
– Не заберу сына. Могу попросить взять его на кухню, если воровать не будет и отлынивать, – ответила ему.
Противно было, до тошноты. Сжала поводья. Время, на все нужно время. За один день привычный уклад не изменить. И всех разом не спасти. Пока буду менять жизнь в поместье, неизбежное зло никуда не денется. Но можно его минимизировать.
– Да, да! Он старательный госпожа! Все что надо сделает, подсобит! – жарко зашептал мужик, кивая головой. – Что ростом не вышел, не смотрите. Головастый он у меня!
Глаза Уолтера сияли надеждой, как одинокий фонарь на темной улице. В горле встал ком.
– Ну, раз головастый, значит, не выгонят.
Чуть отъехала от него, чтоб не расплакаться. Через некоторое время пришли Вилли с мальчиком. Хью шел в нормальных штанах, предназначавшихся для меня. Вилли вопросительно поднял глаза, указывая на штаны. Я кивнула, все нормально.
Мы катились, словно хромоногие улитки. Возможно, это было бы смешно, если бы не кровь, стекающая по щиколоткам рабов, от верёвки, связывавшей их ноги, чтоб не убежали. Да, будто у них есть силы бежать.
 
Через три часа добрались до кромки леса, потом ползли до поляны. Я устала. Подозреваю, остальным было хуже. Поэтому, чтоб хоть как то им помочь, осчастливила едущего рядом Исака:
– Всех надо напоить. Всех. Как поставят лагерь. И снять рабам веревки с ног.
– Нет, веревки не снимут. Слушай Роззи, ты можешь хотеть много, но делать все не стану. Хочешь гулять, играть в лекаря? Иди! Ешь ягоды, собирай цветы, плещись в воде. Все, что связано с управлением, решает хозяин. Вот договоритесь, тогда стану исполнять и твои приказы. Воды дадут. На этом все.
Сказал и отъехал к водовозам. Ну, с одной стороны понятно. Себя еще больше понятно. А потому Исак, чесаться тебе сегодня ночью, как блохастой собаке!
На поляне рабы упали там, где стояли, ловя редкие минуты отдыха. Я стекла с коня. Попа с непривычки болела нещадно, ноги так и остались в полукруге. Вовремя вспомнила, что в моих "жилах течёт крепкий бульон!" Пара секунд, снова человек. Хорошо быть целителем.
Уже бодрым шагом дошла до Вилли.
– Скажи тем, кто формирует группы, чтоб собирали все лекарственные травы, какие найдут. Аккуратно, оставляя растениям, возможность расти дальше. Часть с землей выкопать, будем выращивать в саду. Собирать не только ягоды собирать, но и орши (*орехи), грибы и любые травы, что добавляют вкуса еде. Потом возвращайся, пойдём вместе.
Вилли убежал передавать ц.у. Около меня стоял Фрей и ещё трое охранников. Обернулась к ним:
– Так парни, я не утка, а вы не утята, таскаться за мной след в след. Начну нервничать, всех усыплю. Найдите себе занятия, делайте вид, что работаете. В общем, чтоб между нами было расстояние. Большое расстояние.
– У нас магическая клятва, Роззи, – ответил Фрей. – Мы не можем совсем отойти. Приказ хозяина.
– Он говорил про меня: всячески помогать? – можно попробовать обойти клятву.
– Да. Но мы все должны быть не далеко, а один рядом.
Им то что, просто приказ. Это мне хочется провести социологическое исследование на тему: каковы условия проживания в одном отдельно взятом поместье.
Я собиралась лечить, невзначай выведывая интересующую информацию. Недавно болела, коня дали, значит здоровье слабое. Все-таки наследница, а не кот насрал. И пара рук, что будет тащить тяжёлую сумку, будет хилой, но отмазкой. А то, что у рук есть голова и ноги, так везде свои издержки. Исак слишком заметный, его всегда видят с Вигмаром. Нужен кто-то менее грозный.
Фрея просто брать не хотела, болтает. Второй бородатый. Не люблю бородатых. Оставался последний вариант. Мы смотрели друг на друга. Он рассуждал, чем ему грозит моё внимание. Я вспоминала, говорил ли он хоть раз за весь путь? Нет, молчал, как рыба. Спокойный, среднего роста, коренастый, молодой. Подходит.
– Как вас зовут? – подошла к нему ближе.
– Ги, – коротко ответил он.
– Идем вместе. Остальным удачи!
Повернулась и пошла к телеге. Показала парню на сумку Вилли. Ги взял её без слов. Пошла к Уолтеру. Взяла тряпицу и намочила зельем от кашля.
Тут ведь главное что? Отвлечь на магическую составляющую, не привлекая внимания непосредственно к моим способностям. Всем сразу помочь не смогу и не хочу, а народ любит халяву. Начнут косяками приходить, включая мелкие царапины. Сомнительная перспектива.
Протянула Уолтеру тряпицу:
– Протри ноги, заживет быстро. Вилли сам варил.
Когда пациент забирал лекарство, коснулась его руки, посылая импульс восстанавливающей магии. Остановилась кровь, ссадины затянулись, кожа стала гладкой.
 
– Вот это да! Вот это Вилли! Спасибо ему и вам, госпожа!
Уолтер крутил и щупал свои ноги, не веря глазам. А мы бочком отошли дальше к основной группе. Вилли поможет Хью и с ногами, и с рассечённым плетью плечом.