Повесть об Остролистном холме

Беатрикс вздохнула. Завтра же ей предстоит разговор с мистером Бидлом. Она должна заставить его ускорить работу над домом и, главное, принять особые меры против крыс. А еще надо будет найти Табису Дергунью и сделать несколько набросков для новой книжки — простенькой истории о трех котятах, потерявших свои курточки, и семействе уток, которые эти курточки нашли. Несмотря на простоту сюжета, рисунки требовали времени и внимания, а тут этот мистер Бидл, хлопоты со стройкой, да еще пропавшие овцы, да еще…
Однако внизу миссис Крук уже накрывала ужин. Беатрикс поднялась с колен, подошла к зеркалу, вынула заколки из вьющихся каштановых волос и взяла в руки гребень, не переставая при этом думать. Ее зверюшки несказанно облегчали ей жизнь, утешали, и она знала, что для внучки леди Лонгфорд — а девочка наверняка чувствует себя очень одинокой в огромном мрачном особняке — было бы очень славно получить в компаньоны спокойное и любящее существо. Например, Грошика — он был хорошо воспитанным и жизнерадостным. Завтра на пути к Остролистному холму она будет проезжать мимо Тидмарш-Мэнора. Вряд ли леди Лонгфорд станет возражать, если Беатрикс подойдет к дверям ее светлости с Грошиком в руках и предложит Кэролайн взять себе свинку на несколько дней.
Вообще говоря, появляться на пороге дома без приглашения и вручать хозяевам морскую свинку, как будто это белье из стирки или свежая треска от торговца рыбой, было не в ее правилах. Однако Беатрикс знала, что имеет неплохую репутацию в округе («та самая дама из Лондона, которая пишет все эти милые детские книжки»), и полагала причину достаточной, чтобы этой репутацией воспользоваться. Леди Лонгфорд слыла весьма несдержанной особой, которая не терпела вмешательства в свои дела, но не будет же она настолько низкой и мелочной, что откажет своей внучке в радости общения с ласковым и чистоплотным зверьком в клетке — в особенности если его предлагает хорошо известная детская писательница.
Наконец последняя шпилька оказалась на своем месте, и Беатрикс отошла от зеркала. Решение было принято.
— Ешь, Грошик, ешь. Завтра тебя ожидает приключение. Одна девочка нуждается в помощи, и ты — как раз то самое существо, которое сможет эту помощь ей оказать.
— То самое существо? — Грошик не отличался смелостью, да и жизненного опыта у него было маловато, поэтому заявление мисс Поттер прозвучало для него зловеще. — Как ты думаешь, — встревоженно зашептал он, обращаясь к Джози, которая была поглощена свежим листом салата, а точнее — сама его поглощала, — как ты думаешь, что она имеет в виду, когда говорит, что меня «ожидает приключение»? И кто эта девочка? Какая ей нужна помощь? Куда мне придется ехать?
Джози, которая терпеть не могла, когда ей задают дурацкие вопросы, тем более во время обеда, раздраженно повела ушами.
— Даже не рискну предположить.
— Видишь ли, Грошик, — очень серьезно сказала Мопси, — приключение — это такая вещь, которую ищут.
— А кто и зачем ее ищет? — спросил Грошик, стремясь добраться до чего-нибудь понятного.
— Обычно ее ищет какой-нибудь рыцарь, чтобы совершать подвиги, ну, скажем, убивать драконов или спасать юных дев из рук злодеев.
— Убивать драконов? — в ужасе повторил Грошик. — Неужто тех, которые дышат огнем? Но это опасно!
— Не исключено, — сказала Мопси спокойным тоном. — Что ж, опасность надо встречать без колебаний. Собери все свое мужество и действуй сообразно обстановке. Видишь ли, мы сейчас в деревне, здесь далеко не все цивилизованны, поэтому надо быть готовым ко всему.
— Ко всему, ко всему! — залопотал Мальчик-с-пальчик, который отличался повышенной чувствительностью и был готов впасть в истерику по любому поводу. — К горностаям, хорькам, барсукам, куницам, ко всему-всему ужасно страшному и свирепому! — Он воздел к небу передние лапки и забегал по клетке кругами. — Мы обречены, говорю вам, обречены! О, если бы снова оказаться в Лондоне, вдали от опасностей, в благословенном роскошном Лондоне, где моя несчастная душа находит отдохновение на концертах, в музеях, на балах, за ужином с шампанским. А здесь — хорьки и барсуки, барсуки и горностаи!
 
— Горностаи? — переспросил Грошик, подергивая носом. — Кто они такие? А кто такой барсук? Это с ними мне предстоит сражаться? — Нос Грошика задергался сильнее, и тут его страх уступил место воображаемой картине грандиозной битвы: он, Грошик — Отважная Морская Свинка, — вступает в противоборство с целой оравой барсуков и горностаев (кем бы они ни оказались), а вдали маячит огромная фигура огнедышащего дракона. — А горностая возьмешь голыми лапами? — спросил он. — Чем бы мне ему наподдать? — Внезапно Грошик просиял. — Мне нужен меч, вот что я вам скажу! Нельзя идти на дракона без доброго меча.
Мальчик-с-пальчик прекратил нарезать круги по клетке и уставился на Грошика.
— Наподдать горностаю? — в его голосе прозвучала издевка. — Хотел бы я посмотреть, как ты наподдашь горностаю. Да ты ему на один зуб! А что толку в мече, когда перед тобой дракон? Он просто дохнет на тебя, и ты превратишься в головешку.
Услышав это, Джози рассмеялась. Но Мопси бросила на мышь сердитый взгляд.
— Мальчик тебя просто пугает, Грошик Драконов вообще не бывает, это воображаемые существа. А горностаи, хорьки и куницы в этих местах не водятся.
Грошик, конечно, не был самой храброй (или самой умной) морской свинкой в Англии, но он отличался врожденным оптимизмом, а потому преисполнился решимости не падать духом, сколько бы хорьков и барсуков ни встало на его пути. Он отогнал страх, сел на задние лапы и принялся приглаживать шкурку передними, наполняясь радостью от сознания того, как мягка и блестяща его оранжевая шкурка — именно такая должна быть у Отважной Морской Свинки, когда та отправляется на поиски приключений.
— Ну что ж, — размышлял Грошик, — пусть меня ждут опасности, и дикие звери, и даже пара драконов. Ничего страшного. Морская свинка все преодолеет, особенно когда речь идет о спасении юных дев из рук злодеев. — Он почесал ухо и нахмурился. — Мопси, — спросил он, — а что такое «дева»?
 13 
 Несчастный случай? 
 
Вернувшись с мисс Поттер в Сорей, капитан Вудкок решил не ставить свой автомобиль в конюшню Береговой Башни, а сразу же отправился в Хоксхед к доктору Баттерсу — врачу, который лечил всю округу. Высокий и худой, со впалыми щеками, рыжими волосами и еще более рыжими усами, доктор выслушал рассказ капитана, пару раз кивнул и сказал:
— Я пойду запрягу свою лошадку, но до вас доберусь не сразу. Придется заехать к миссис Райс, она на сносях, мы ждем родов со дня на день.
— Тут нет спешки, — сказал Майлс. — Похоже, несчастный случай. — Он сосредоточенно помолчал. — Правда, с трубкой не все ясно. У жертвы в руках была трубка.
Доктор взялся за свой саквояж.
— Бен с трубкой? Странно. Он бросил курить довольно давно, причем по моему совету. Вряд ли он снова вернулся к этой привычке. — Баттерс вздохнул. — Ну что ж, до встречи на месте.
«Местом» был просторный каменный сарай за конюшней капитана, куда констебль Брейтуэйт и мистер Дженнингс отнесли тело Бена Хорнби. К тому времени, когда приехал доктор, уже стемнело, из конюшни выпархивали летучие мыши, а над лугами прокатывался зловещий крик козодоя (суеверные жители деревни считали его недобрым предзнаменованием). Внутри сарая горело несколько фонарей и с полдюжины мерцающих свечей. Тело старика, покрытое простыней из бельевого шкафа Димити, покоилось на дощатом столе.
 
Доктор снял куртку, закатал рукава и приступил к осмотру тела усопшего с исключительным тщанием, напевая что-то вполголоса и делая время от времени замечания, которые констебль аккуратно записывал в специальный блокнот. Капитан наблюдал за процедурой, а мистер Дженнингс отправился к себе домой ужинать сразу после того, как тело Бена Хорнби было благополучно доставлено в Сорей.