Падшие (ЛП)

«Лучше его поставить». Я как можно аккуратнее опустила его на пол, затем пересекла комнату.
Пока я шагала по половицам, одна из них издала глухой звук, как будто под ней было пусто. Я присела, хмуро глядя на слегка приподнятую доску. Я медленно подняла её и поразилась, обнаружив под ней пистолет. Вау, Финн. Похоже, у моего друга детства имелась и тёмная сторона.
Я опустила доску обратно.
Вздохнув, я забралась на постель Финна и взяла его альбом для набросков. Открыв его, я обнаружила детально прорисованное изображение воробья.
Я пролистывала страницы одну за другой, пытаясь заблокировать ужас, таившийся под поверхностью.
Потому что буквально через несколько часов я пойду на самую опасную тайную миссию в своей жизни. Я вкладывала всю свою суеверную веру в призраков убитых волков Доврена и в мёртвого Вороньего Короля.
Возможно, я совершенно выжила из ума.
  
Глава 42
 
Лила
 
Я стояла в тени у основания башни, и моё тело чуть ли не вибрировало от волнения.
Строя планы с Финном, я не учла одну вещь: что я буду карабкаться по стенам крепости с чемоданчиком, а ведь для карабканья мне нужны обе руки. Уже собираясь покидать квартиру Финна, я осознала, какую это вызовет проблему.
Перед уходом я пошарилась в квартире, пока не нашла то, что могло мне пригодиться — один из кожаных ремней Финна. Я проколола там новую дырочку, чтобы как можно крепче пристегнуть к себе чемоданчик.
В тенях я прижала чемоданчик к груди, и моё сердце пропустило удар. Что, если я слишком туго затяну ремень? Что, если я активирую переключатель?
А теперь мне предстояло действительно пристегнуть чемоданчик к груди.
Я уже не чувствовала себя уверенной в этом плане. Закрыв глаза, я вызвала в памяти ту фотографию — изображение, которое привело меня сюда.
Я делала это для Элис.
Я наклонилась вперёд и постучала по каменной стене на удачу.
— Ладно, Вороний Король, — прошептала я. — Я могу это сделать.
Я подняла чемоданчик к груди, затем придавила его подбородком, чтобы удержать на месте. Мне казалось, что мои колени вот-вот подкосятся.
«Ох бл*дь, ох бл*дь».
В моём сознании промелькнули образы того, как чемоданчик падает, и взрывчатка разрывает моё тело на куски. Моя кровь и кости смешаются со старыми Довренскими камнями и похоронят меня под обломками. Каскады страха на мгновение завладели моими мыслями, и я едва не выронила чемоданчик.
«Соберись, Лила».
Это ради Элис и всех будущих «Элис», которых я могла спасти.
Всё ещё придерживая чемоданчик подбородком, я обернула кожаный ремень вокруг своей талии, захватив в эту петлю и чемоданчик, и всё это время шепча про Вороньего Короля. Сумев подхватить рукой чемоданчик, я прерывисто и протяжно выдохнула. Теперь я могла удерживать его не только подбородком. Но не слишком крепко, ибо «слишком крепко» означало смерть.
Наконец, я продела кончик ремня в пряжку и застегнула. Я посмотрела на возвышавшуюся передо мной стену. Сколько раз я карабкалась по стенам Доврена? Как минимум сотни. И всё же с бомбой, пристёгнутой ко мне, стена как будто тянулась вечно, уходя в ночное небо.
Лучше приступать к делу.
Я стиснула зубы и начала впиваться пальцами в зазубрины между камнями, подтягиваясь выше. Я выбрала самую скрытую стену башни, в северо-западном углу. Здесь я полностью находилась в тени.
С каждым вздохом, с каждым ударом сердца мне казалось, что лишь секунды отделяют меня от соскальзывания и удара о стену. Когда мои бёдра меняли положение, они задевали и слегка подбрасывали чемоданчик. «Осторожно, Лила».
Когда я подобралась ближе к вершине, передо мной встала новая проблема: перемахнуть через верх стены будет чрезвычайно сложно, ведь нужно не ударить чемоданчиком о камень.
В моём сознании замелькали образы: Элис ведёт меня на крышу, показывает на звёзды и произносит их названия. В ночи, когда мама работала допоздна, мы с Элис оставались вдвоём, и тогда были бесконечные истории о прошлом Альбии — легенды, исторические рассказы, некоторые наши выдумки.
 
Когда Самаэль рассёк своим клинком её шею, он наверняка вообще ничего о ней не знал. Ему было наплевать. Элис всегда была свойственна некоторая безжалостность, но она оставалась верной близким ей людям. Когда мы были детьми, и два мальчика покрупнее, жившие по соседству, угрожали утопить меня в Тёмной Реке, она сломала им руки. А когда старый сосед-извращенец зажал меня в углу, она шарахнула его по голове железной сковородкой. А потом рассказала его жене.
Самаэлю не было никакого дела до того, что она пела во всё горло. Самаэлю было всё равно, что Элис хохотала так сильно, что аж хрюкала, и что она могла так точно пародировать мистера Вентворта, что как-то раз я даже описалась со смеху.
Я всегда думала, что увижу её вновь. Даже когда нашла её подвеску в комнате с засохшей кровью на окне. Почему-то я всё равно думала, что она жива.
Потому что её смерть была немыслимой. И как она могла умереть так, что я не почувствовала и не узнала? Мы всегда были двумя сторонами одной монеты. Элис — на свету, в свирепом центре внимания. Я — в её тени и рада быть там. И нас объединяла одна любовь к этому старому городу и истории, погребённой под землёй.
Как-то раз она сказала мне, что будет королевой, и во взрослом возрасте я осознала, что вроде как поверила в это. Ей суждено быть королевой.
Самаэль видел лишь смертную, хаос людей. Он рождён убивать, и это всё, что имело для него значение.
Здесь, в этот момент тишины, это ранило меня так, будто зарубили меня саму. Её потеря ощущалась как утрата собственной конечности.
Мои руки и ноги снова затряслись, но я почти добралась до вершины.
Страх, курсировавший по моим нервным окончаниям, ощущался как какой-то яд, разъедавший изнутри. А с ним приходило и пронизывающее одиночество. Что бы ни случилось дальше, я оставлю позади привычную мне жизнь.
Добравшись до вершины парапета, я использовала всю силу своих рук, чтобы держать тело на расстоянии от стены, и медленно приподнялась. Наконец, я сумела забросить ногу на край зубца стены. Ветер трепал мои волосы, но я аккуратно перебралась через край парапета.
Как только обе мои ноги прочно встали на пол, я сделала паузу, чтоб перевести дыхание и собраться. Моё тело гудело, наэлектризовавшись от нервозности. Мне отчаянно хотелось снять с себя чёртов чемоданчик, но время ещё не пришло. Пока я ещё не очутилась в самом замке. Большинство наружных стен соединялось парапетом, так что я могла передвигаться здесь и добраться к башне, которая находилась ближе всего к окну оружейной.
Держась поближе к стене и пригнув голову, я быстро пошла по парапету. К счастью, наверху не было патрулей солдат. Меня сопровождал лишь свист ветра.
Оказавшись ближе к реке, я смогу спуститься по лестнице к земле. Затем я пойду по самой короткой дороге к замку. Я была немного неуклюжей из-за чемоданчика, пристёгнутого к груди, но всё равно могла двигаться достаточно быстро, скользя вдоль стены высоко над землёй.
Но пока я продвигалась на юг, движение внизу привлекло моё внимание — солдаты. Пятеро, в пространстве между двумя стенами. Их оружие блестело в темноте.
«Вот чёрт». Мне придётся быть очень осторожной, чтобы остаться незамеченной.
Наконец, я добралась до одной из башен поближе к реке, недалеко от Башни Костей. Я тихо вошла внутрь и прижалась ухом к камню. Я прислушивалась к звукам движения, но всё здесь казалось заброшенным и неподвижным как могила. Когда здесь жили ангелы, замок и его окружающие территории казались лишь наполовину живыми по сравнению с тем оживлением, которое царило здесь ранее.
 
Я ничего не слышала, не улавливала вибраций в камне, так что начала спускаться. Шагая по ступеням, я всматривалась в узкие окна и поглядывала на дорожку, вымощенную между двумя возвышающимися стенами.
Там по-прежнему было больше движения, чем мне хотелось бы, но если я стану ждать, лучше не станет.