Ведомости Бульквариуса 3
– Не будет такого! Не верю!
– Будет!
– Спорим?
– Давай!
– На четыреста золотых монет! Ставлю на то, что Великий Навигатор и рядом с флагманом Неспов не появится!
– Спорим! Четыреста золотых монет. Великий Навигатор поведет армаду Неспов к затерянному материку! И я уверен: Великий Навигатор в прошлом был Озорным Ветерком. Но это в спор включать не будем.
– А че так?
– А как ты докажешь? – резонно возразил игрок. – Даже если спросишь – он просто рассмеется тебе в лицо.
– Ладно! Готовь четыреста монет!
– Ха! Платить тебе! Точно тебе! А учитывая ту подготовку, что провели Неспы… даже представить себе не могу, какой у них будет флагман армады! Наверняка, десятимачтовый дредноут на полтысячи игроков! Не меньше!
– Ты еще скажи, что Баронесса первой достигнет берега Нового Материка!
– Запросто!
– Ну все… ты уже заврался…. Иди еще в любви ей признайся.
– Да сто процентов, что она уже все продумала! И конечно, она хочет быть первой!
– Хотеть мало!
– Она своего добьется!
– Да ты ее фанатик!
– Я восторгаюсь сильными и целеустремленными! Что в этом плохого?
– Не будет она первой!
– Спорим? На тысячу золотых!
– А у тебя есть такая сумма?
– Платить тебе – тебе и волноваться.
– Спорим! Не быть ей первой, кто ступит на Затерянный Материк!
– Быть!
– Вот ты и стал моим рабом, пока долг в полторы тысячи золотых монет не отдашь! Округлим, кстати? Ставлю пятьсот монет на то, что Великий Нави не будет с Неспами. И еще тысячу на то, что Черная Баронесса не станет первой, кто ступит на берег Зар’граада! Уверена в каждом своем слове!
– Принимаю!
– Вот ты и обнищал!
– Я стал богаче!
– Да я налысо и перса, и себя в реале побрею, если ты спор выиграешь!
– Я тебя услышал!
– Ну и все!
– И все!
Еще пару минут они сидели, зло пыхтя и сверля друг друга суровыми взглядами, пока, наконец, фанат Черной Баронессы не спросил:
– Ну что? Беговые крабы отдохнули уже. Едем дальше?
– Погнали!
Оставив пустые кружки на столе, двойка спорщиков покинула трактир. Еще через пару минут перед окнами промчалась стремительная повозка, запряженная шестеркой небольших, но очень шустрых крабов.
– Тотализатор, блин, – рассмеялся я и, допив вкусное пивко, кивнул трактирщику и тоже покинул заведение.
Меня ждал водорослевый лес Тамура. Там я собирался отыскать не только свежайшее мясо лягушек, но и новый опыт, знания и умения.
Глава вторая
По пути в темный водорослевый лес, что медленно вырастал по мере моего приближения – хотя и до этого выглядел не маленьким – я начинал ощущать все большую радость. И без того высокое настроение стремительно росло – ведь я двигался навстречу битвам. Как ни крути, как ни верти, а уничтожение монстров, стремительные битвы, удары гарпуна о панцирь врага, содрогающийся в моих руках ростовой щит… это просто классно!
Единственное, что неприятно «зацепило» по пути – встреча с уже знакомым игроком.
Бормотулас.
На этот раз он был в длинном зеленом плаще с большим капюшоном. Ник мирно зеленый. Но я-то помнил, как этот типчик, подобно шустрой бесшумной крысе, вдруг появился рядом с «телами» поверженных игроков и явно нацеливался на их пожитки. На этот раз Бормотулас мог похвастать тридцать девятым уровнем. За плечами имелся посох темного дерева, в правой руке короткий костяной жезл. Его левую ладонь я сначала воспринял как пустую, но пригляделся пристальней и понял, что не почудилось: она была «украшена» тяжелым серым кастетом.
Интереснейший набор вооружения…. Жезл – это магия, скорей всего, атакующая, а может…
– Кадаврас! – рявкнул Бормотулас, взмахивая жезлом, и… метнувшая к нему небольшая оборотневая лягушка рухнула на дно и затихла.
Паралич!
– Каратос! – выдохнул игрок, нанося мощнейший удар левым кулаком по харе обездвиженной лягухи.
Следующие свои удары он озвучивать не стал, а их было всего два, после чего лягушка благополучно померла.
Я шагнул в сторону, уходя за выпученные из глинистого дна валуны и скрываясь за струями рвущихся к поверхности пузырей. Интересно…
А на игроков эта скверная магия действует так же безотказно? И не решил ли мирный игрок с мародерскими замашками перевоплотиться в алого игрока-агра?
Мне надо быть осторожней.
Проверив свою экипировку еще раз, я внес в блокнот пометки о Бормотуласе и неспешно зашагал дальше, спускаясь в узкую заросшую ложбину, что переходила в глубокий овраг, частично заполненный опасной жидкой грязью. Нырять в эту подводную трясину я не собирался, но во время своего осмотра Леса Тамура с высоты приметил это место сразу по двум причинам.
Первая: тут в изобилии водились оборотневые лягушки как раз подходящего мне уровня. Причем лягухи тут обитали либо по две, либо вообще одиночками. Трудно угадать, на скольких нарвешься. Хотя общую тенденцию их «социальной жизни» я мимо глаз не пропустил, давно заметив, что чем крупней лягушки – тем меньше их количество. Если самые мелкие иногда подобны волчьим стаям, остальные ведут более… уединенный образ жизни.
И вторая причина – возможно, главная: пометки на имеющейся у меня карте таинственного ДДФ. На обратной стороне этого хранящегося в моей ЛК документа было немало слов. И эти слова, честно говоря, чем-то походили на мерзких волосатых оборотневых лягушек – были непонятны, могли «тусить» группой, а некоторые располагались поодиночке или по два. Но я эти слова запомнил. А часть – самые трудные для запоминания – сохранил в блокноте. Имел я при себе и четкий качественный скриншот, к тому же постоянно бубнил эти слова про себя, пристально поглядывая по сторонам.
Первые пометки гласили следующее: «Любимый жабами язык глотуньи-грязи, что любит булькать, хлюпать и простофиль глотать».
Стоило спуститься пониже, и сразу стало ясно, что уж чего-чего, а хлюпанья и бульканья тут хватает. За простофилю, которому грозит участь быть проглоченным грязью-глотуньей, я принял себя и, не забывая об угрозе, пошел дальше.
Начало оврага проглотило меня с равнодушной легкостью. А я, медленно двигаясь по склону, цепляясь за корявые стволы водорослевых деревьев, игнорируя смутно знакомые после Мелководья травы, стараясь не давить крохотных блопов, затихших под корнями, и играя в гляделки с серыми невзрачными осьминогами, дающими затрещины надоедливым рыбешкам, продвигался вдоль этого грязевого пути. В моей голове уже крутилась вторая обведенная жирным красным подсказка:
«Зеленым головастикам сей путь вполне по силам.Но будь готов лягух ты колотить по рылам!А коли встретится вдруг синий краб,То ты не зря полез в густую хлябь!»Поймав себя на том, что уже хотел произнести все это вслух, сердито сжал губы поплотней.
Не надо глупостей, Бульк!
Пройдя еще десяток шагов, я оказался на опушке… овражной рощи? Как еще назвать это хаотичное переплетение корявых стволов и шипастых каменных пиков, накрывших овраг сумрачным пологом? Оттуда доносилось горловое урчание, странное бульканье, мне послышался чей-то тонкий ехидный смешок. Две остроносые рыбы вырвались из темноты и унеслись прочь, нехило меня перепугав.
Постояв завороженно у начала этого манящего сумрака, я уже хотел сделать следующий шаг и… услышал отчетливый хруст чуть выше и позади. Развернувшись, выдвинулся из-за булькающих зарослей и нос к носу столкнулся с… Бормотуласом.
После секундной паузы встретившийся игрок с какой-то холодящей недоброй задумчивостью поинтересовался:
– Ищешь друзей?
– Ты шел за мной? – подавшись вперед, я поднял щит, прикрывая себя от его костяного жезла. – Ты следил за мной, Бормотулас?
– Я двигался по течению…
– Не делай так больше, – вежливо попросил я.