Элиот Кровавый (СИ)
— А потом, они начали стремительно меняться. Я помню, как маленький мальчик выколол себе глаза вилкой, а после накинулся на свою мать... Его маленькие зубики вгрызались в плоть и отрывали куски. Всё это вспыхнуло, словно яростный пожар, каждый день подобное происходило вновь и вновь, — Амаша плакала изумрудными слезами.
— Я питалась зашить людей, но всё тщетно. Они постепенно сходили с ума, пока весь город не наполнился чудовищами.
— Проклятие обрело разум! Оно извратило свою суть, превратило всех жителей в голодных чудовищ, у которых вместо плоти и крови, песок и труха, теперь они бояться только дождя.
— Проклятые став частью города восстают каждый цикл из безжизненных полей, а после умираю, когда идёт дождь. Ну, если не разбегутся по домам.
— Сколько времени ты тут пробыла?
— Вечность...
— Первые четыреста лет я надеялась что отец, или мои сестры с матерью выжили и придут за мной.
— Когда прошла тысяча лет надежда угасла.
— Если и выжили, то давно умерли от старости.
— В моей голове кружились мысли, я просто бродила по городу, тысячи лет безустанно говоря слова, сходя с ума и возвращаясь в норму.
— Спустя пять тысяч лет.само время тут исказилось, и теперь идёт по-другому. Насколько? Я без понятия.
— Но почему ты не пробовала выйти из этого места? — спросил Элиот слабым голосом.
— По нескольким причинам, — тяжело вздохнула девушка.
— Чтобы открыть свиток нужно читать заклинание. Оно большое и долгое, мне нужно около десяти минут. Но, как только я перестану петь проклятым, они накинутся на меня и сожрут. Мне нужно направлять голос на свою цель, злая шутка судьбы.
— Я просто боялась смерти, но сейчас и этот страх начал уходит. В моей смерти только пустота и холод, это ещё более страшное, чем жить вот так, — девушка обняла Элиота, — Это сложно объяснить.
Она подышала и продолжила.
— Если всё-таки случиться чудо, и я смогла бы открыть свиток, то что ждёт там? Наш мир замерзал и наверное навечно замёрз... Выйдя от сюда, меня сковали бы льды, просто оставив застывшей навечно...
— Это ещё страшнее смерти! Всё понимать, и вечность терзать себя мыслями...
Амаша увидела, что губы Элиота открываются, Ты наверное спросишь — почему не открыть свиток пока идёт дождь ?
— Это самый уязвимый момент этого мира, проклятие занято созданием дождя и восстановлением зданий. Мы наложили запрет, который запрещает открывать свиток в этот период.
— Свиток можно разрушить изнутри, повредив строки формулы, которые мы расположили высоко в небе. А после этого, наложили запрет на полеты, нельзя подниматься вверх. Мы и подумать не могли, что проклятия исказиться создав почти неуязвимую ловушку...
— Возможно невероятно сильное проклятие, или существо, могли бы обойти запреты и сломать свиток, но тут таких не водится.
Глаз Элиота загорелся.
— С твоей помощью смогу восстановить свое тело, а после попробовать защищать тебя в течении десяти минут.
— Разве такие раны можно окончательно излечить? — с искренним удивлением спросила девушка
— Можно, но мне нужна твоя кровь, много крови, — сипло добавил Элиот.
— Хорошо, я отдам тебе сколько захочешь. И даже больше.
В комнате повисло молчание, силуэты тихо лежали думая о своем.
Глава 49 Ковка Испивающего кровь.
Элиот медленно и уверенно восстанавливался. Тело наполнялось силой, которая постепенно перерастала в уверенность. Теперь он мог твёрдо встать на ноги и смотреть опасности в глаза.
Хоть плоть стремительно заживает, но раны души так быстро не исцелить. Изранена она потрясениями рекой.
Амаша трепетно ухаживала за Элиотом и поила своей кровью, так часто, как только могла. Реки её крови проливались по смертной утвари, наверное всё в этом мире перепачкано ею.
Время текло медленнее тихого ручья, не холодная вода, а тёплая и приятная. Амаше нужен был собеседник, а Элиоту отвлечение от собственных тяжёлых мыслей.
С каждым новым днём они сближались, и сопряжение их сфер являлось неизбежным фактом. Ведь два живых существа запертые в пустом и безжизненном мире стремятся к теплу. Доброе чудовище и одинокая дева.
Они не стали любовниками, или влюблёнными, скорее семьёй и близкими друзьями.
Их дни проходили в рутине, да и в разговорах. Элиот сухо рассказывал сотни историй, что успел пережить за две жизни, а Амаша говорила о проклятиях, своей родине. Этом месте в целом.
Всегда приятно узнавать иные миры.
Им было интересно вдвоём, даже воздух и непрерывный дождь становились теплей. Души стремительно переплетались, согревались, познавали иное прикосновение.
В один из дождливых вечеров Элиот вдохновился историями о проклятых предметах, он решил попробовать создать подобный, но Амаша объяснила, что это почти невозможно.
Нужен прочный материал напитанный манной, а тут такого не найти.
Система подкинула идею.
Глаза Элиота блеснули, и он нашёл решение этой ситуации, пошла активная подготовка к ковке!
Так прошёл почти год.
Элиот мирно спал в своей постели на втором этаже, его веки дёргались.
Пустота, словно по мановению волшебной палочки сменилась пейзажем, и Элиот уже стоял посреди древнего склепа. Густой туман наполнял пространство помещения, черты усыпальницы не разглядеть. Из больших и высоких окон склепа начал пробиваться свет, позволяя видеть всю картину.
Рядом с ним стояла старинная могила, она была примерно три метра высотой и два шириной, украшенная невидимыми существами, их силуэты изрядно пожрало время, черты стёрты. Над могилой возвышалась арка с сотнями непонятных существ изображённых на ней. В склепе находилось одно большое окно по центру, и два средних от него по бокам. Окна украшали извилистые узоры из металла, служа украшением и защитой.
Общий вид очень древний.
Элиот вздохнул спёртый воздух, он только хотел произнести мысль на свет, но свет померк.
Настал мрак.
Сзади воссиял голубой свет. Словно крошечная звезда.
— Мы снова встретились, вечный.
Элиот сразу узнал этот голос, тот день хорошо врезался в память, — Ты та старуха с картами? Твой голос сложно забыть, — сказал Элиот не оборачиваясь.
— Случайности не случайны, но, я зла тебе не причиню! И гадала на совесть, почти без утайки! Можешь поверить тому пророчеству, иначе не явилась бы. Знаешь? Подобные свидания жрут огромное количество энергии, даже больше, чем овладение дряхлым телом, — сухо говорила, без каких-либо эмоций.
Элиот обернулся.
Перед ним стояло существо, которое похоже на женщину или самку, пасть вот-вот готова разорваться, под скулами свежая рана от непропорционального открытия. Губы сжаты, подбородок острый, глаза прикрыты чёрной маской с серебряной короной, что-то сияет из-под маски светло-синим. Уши длинные и красные, как клинок, уши словно продолжение того, что находится в пасти.
''Совсем не хочется видеть её оскал, уж больно жуткая'', — мимолётом подумалось Элиоту
Голову украшают рога из самой тьмы, и волосы им под стать, сплошная сгущённая тень, которая яростно развивается и рисует картину ночи.
Её грудная клетка кажется пустой, внешний скелет из костей торчащий наружу, а внутри, как-будто пустота. Кости плотно прилегают к друг другу, они острые, серебристые и растут к центру грудины.
Большие массивные руки растут из плечей. Вторая пара из талии, третья, из бёдер. На пальцах острые когти, сами руки и тело покрыто естественной бронёй, с которой торчат длинные шипы.
Бёдра похожи на человеческие, в тазу виднелась вагина, или что-то подобное, ноги массивные, покрытые бронёй, на коленях острые шипы, ступни походили на человеческие, только четыре пальца и на каждом острые когти.
