Элиот Кровавый (СИ)

— Болячки это к Люпус. — без интереса ответил он.
— Мы уже направили ей образцы
По столу пошла вибрация, которую сопровождало гудение.
Грог потянул за полку в столе, та лёгко выехала показав глазам старика тридцать серебристых устройств связи. Они аккуратно лежали в выемках мягкого чехла, без верха.
Старик вытащил гудящие устройство с центра чехла и положил на стол.
— Я вроде пользовался таким пару сотен лет назад. Как оно там включается?
Секретарь немедленно ответил.
— Владыка, нажмите пальцем на центр, — учтиво сказал мужчина.
Грог ткнул пальцем в коробочку, она открылась лепестками тюльпана. С центра полился белый свет, который образовал форму круга.
Жнец увидел молодую женщину с тёмными связанными волосами в косичку. Кожа её ярко красная, а глаза карие, два маленьких рога торчали из под волос. Формы тела спортивные и сочные, хорошо просматриваемые через кожаную броню.
— Город Гирза в опасности, — спешно говорила она.
— Прошу помогите, нас собирается атаковать орда неизвестных тварей.
— Число тварей не ясно, но их очень много!
— Повторяю, город Гирза в опасности!
— Прощу немедленной помо....
Экран потух.
— Хм... — Задумчиво хмыкнул старик.
— Владыка, мне немедленно мобилизировать войска?
Грог посмотрел на карту, — Да, только они будут сильно долго добираться, — улыбнувшись сказал он, от чего по телу помощника пошла дрожь.
— Я пойду первый и посмотрим, что там за твари такие! — грог потёр руку об руку.
— Вас понял, — секретарь вежливо поклонился.
Грог резко поднялся со своего стула, его настроение резко улучшилось, а на лице появилась больная улыбка.
Жнец спокойно вышел из здания. За его спиной распустилась огромные чёрные крылья из плоти и костей. Один взмах! Он взлетел в небо подняв гору пыли, сорвав почти всю листву с окружающих деревьев.
«Стена» 
Сесилия стояла совершенно одна на городской стене. Её взор был устремлённый в даль, ветер не растрёпывал собранные волосы.
Девушка наблюдала как орда тварей приближается к городу. Их уже было видно невооружённым взглядом, пара мгновений и они накинутся на стены. А потом только вопрос времени когда всё умрут.
Сердце девушки сжимало скорбь, тут были её друзья и семья, они не должны так рано умирать.
— Деточка, что ты тут делаешь совсем одна?
Сесилия повернулась и увидела старенького дедушку с добрым лицо.
Он стоял сгорбленный опираясь на трость из куска простого дерева.
На нём надет старый военный бушлат, потрёпанные штаны и одна очень странная деталь. Ботинки, они явно дорогое и почти новые.
— Дедушка вам нужно в убежище! — по-доброму сказала Сесилия.
— Какое убежище?! Я старый солдат, и моё место на поле брани!
— Дедушка, а откуда у вас такие ботинки? — с интересом спросила она.
Старец грустно посмотрел на свои ботинки. — Мне дочка подарила в день кровавого пира.
— А ваша дочь, она жива? — с грустью спросила Сесилия.
— Типун тебе на язык, конечно жива! — твердо воскликнул старец.
— Вы просто так грустно на них посмотрели...
— Поссорились с дочкой, она совершенно меня не слушает! В прошлом повелась с бестолковым парнем, ещё и дочь ему родила!
— А теперь дерзит и не хочет выходить за него замуж.
— Разлюбила?
— Нет, просто ещё не полюбила.
Сесилия отвлекли звуки бегущей орды.
Чёрною ордою они бежали поднимая пыль, сплошное пылевое облако, ноги их выбивали землю и стаптывали траву.
— Помощь не придет... — потухши сказала Сесилия.
— Придет !Придет! Куда она денется, — бодро добавил старик.
— Дедушка, спасибо вам за утешение, — тихо ответила Сесилия, — Идите к дочери, мы сможем их задержать минут на двадцать, помиритесь перед смертью...
— Ох, как в твоём сердце пусто, ты смерти не желай, придет к вам зверь, он очнётся и начнёт рубить, — голос старика начал меняться, а за ним и выражение лица, взошла кровавая улыбка.
Он начал снимать свои ботинки.
— Как раз собирался пройтись! На подержи башмаки, девочка, — старик передал ботинки, а Сесилия взяла их в шоке, она невольно подумала, что дедушка старенький и наверное сумасшедший.
 
— Я человек простой, вижу голову сношу долой, — старик оторвал маннопушку от механизма передвижения закинув её на плече.
А потом... Он просто взял и спрыгнул с городской стены.
— Там же метров пятьдесят, не меньше! — воскликнула она.
Сесилия подбежала к самому краю стены, рука мигом сняла с пояса прибор слежения.
Возле стены мирно шел босоногий дед с пушкой на плече, с пушкой больше чем он сам...
Тело старика начало увеличиваться, одежда с треском разрывалась на нём показывая жуткие формы.
Через пару секунд хлипкий дедушка превратился в великана ростом под четыре метра с мощными когтистыми ручищами, а кончики ногтей пылали красным! С его локтей торчали острые наросты, а широкий бугристый позвоночник выпирал из покрытой мускулами спины. Всё его лицо приобрело уродливые морщинистые черты, из черепа выросла пара полукруглых рогов. Он открыл пасть полную длинных зубов, и полился хохот леденящий душу. Пасть всё больше и больше разверзалась, а зубы продолжали расти, сама земля не могла выдержать поступи тяжёлых ног.
У Сесилии бешено забилось сердце, она прикрыла рот рукой, а тело испытывало благоговейный трепет.
«Веселье Жнеца» 
Грог смотрел на бегущую орду, он радостно улыбался, ведь она выглядела чертовски опасно.
Сотни тысяч жадных тварей бегущие неотвратимой тучей из которой грянет гром, гром что испепелит всё живое на своём пути!
Они были, как налёт саранчи, которая должна сожрать и вытоптать всё живое.
Неизвестные существа, которые на вид ещё опасней полчища Орсов.
И это безумно радовало Жнеца!
Радовало до самого основания чёрного, как смоль сердца.
Грог попросту не мог сдержать своей улыбки, предвкушение хорошей битвы взывало к его естеству.
Он повертел пушку в руке, примерно метр в длину, и сантиметров тридцать пять в ширину. Из огневого отверстия торчит кристалл неясного материала.
Жнец нашёл с боку отверстие под маннокамень, камня у него нет. Но он, может сгустить свою кровь, а после наполнить её манной и превратить в кристалл.
— Выйдет даже смертоноснее, в два раза больше потех, по цене одно камня! — кровь напитанная манной потекла в руку.
Активация у пушки была как и всех артефактов, просто направить манну в корпус и она заработает.
Грог закинул пушку на плече.
— Начнём же карнавал, мои крошки, — сказал тиранический голос.
— БООООМ!!! — Выстрел густой плазмы разрезал ряды врагов испепелив их сотнями.
Но места падших моментально заняли другие. Не зная боли, не зная страха, продолжали наступление.
Пол лица Грога сожгло жаром выстрела оголяя миру рогатый череп и ряд острых зубов.
— Хороша игрушка. Потешная, — Грог медленно ступал на встречу врагу, кристалл на конце пушки ярко сверкал красным.
— БООООМ!!! 
— БООООМ!!! 
— БООООМ!!! 
Послышался громогласный вой орудия смерти.
Выстрелы, парадом смерти, проходили через ряды бегущей орды, стирая следы их существования из мира. Пушка делала своё кровавое дело, разрезая поток врага, не оставляя даже пепла, лишь горящие полосы кипятили землю.
Лицо Жнеца полностью сгорело, но он, продолжал улыбаться. Запах горящей плоти кружил голову, жаль без криков боли.
Оружие шипело в руках, на массивных ладонях Жнеца почти не осталось плоти. От череды беспрерывных залпов пушка раскололась докрасна, она вот-вот готовая взорваться!
Руки сгоревшие от жара пушки собирались выкинуть игрушку — Грог раскрутился на месте, а после кинул пушку с тираническим усилием — летя через ряды врага она то и дело сносила головы — расквашивала тела.
— БООООМ!!! — Засияло ослепительное зарево над полем битвы, зарево притащило за собою взрыв такой силы, что даже укреплённые стены города задрожали.