В теле бойца (СИ)

Гномиха, ничего не ответив, развернулась на пятках на девяносто градусов и, злобно пыхтя, зашагала, чеканя шаг металлическими набойками. А пол-то каменный. Как это я умудрился его поджечь?
Я снова поднялся на ноги и посмотрел в коридор, однако не разглядел ни огня, ни следов от него.
В следующий миг обзор пропал за плавно закрывшимися дверями.
— Мистер Томпсон, боюсь даже предположить, что за новость заставила вас так торопиться, — произнёс директор Багратион.
  
Глава 20. Вампирские причуды
 
Я пытался отдышаться, а также собраться с мыслями.
Информация, безусловно, важная, но предназначена явно не для всех ушей. Не то чтобы я не доверял Долорес, но новости о том, что скоро весь город может быть стёрт с лица страны, вполне может вызвать панику даже у директора Багратиона.
— Вы так и будете молчать? — нахмурился Директор.
Долорес и вовсе не сводила с меня взгляда.
— Боюсь, вопрос может оказаться очень острым, — произнёс я.
— Если это касается преподавательского состава или ваших взаимоотношений с другими учениками, думаю, здесь посторонних нет, — спокойно произнёс директор.
— Всё несколько глобальнее, — ответил я, всё ещё сомневаясь, что стоит вот так вываливать правду.
— Вам стало известно что-то, что может бросить тень на Шрёдгер? Вы можете говорить прямо. Я доверяю мисс Долорес, а её родители — уважаемые эрки и мои давние друзья.
— Это касается всего города, — посмотрев в упор на директора произнёс я. — Меня к вам послал один вампир по фамилии Гроуфакс.
Взгляд директора вдруг стал очень жёстким. Он сверлил меня глазами, будто пытался извлечь из меня послание и вообще всё, что хранится в моей голове. Было очевидно, что Гроуфакса он знал и был о нём не лучшего мнения.
— И каким же образом судьба свела вас с уважаемым господином Гоуфаксом?.. — вопрос явно был риторический и, не дожидаясь моеф реакции, он повернулся к эрчихе. — Мисс Долорес, вы позволите?
Девушка кивнула. Я ожидал, что она сейчас поднимется с места и направится к выходу, но Долорес осталась на месте. Директор тоже не двинулся.
Я вопросительно посмотрел на директора, однако в следующий момент заметил полупрозрачный воздушный купол, что уплотнялся с каждым мгновением, становясь матовым. Пара секунд, и я уже плохо различал эрчиху, которая находилась в паре метров от меня.
— Скажу честно, Эльфин, — я едва не подпрыгнул от сухого голоса директора, что в ограниченном пространстве прозвучал как выстрел, — я искренне рекомендовал бы вам держаться как можно дальше от господина Гроуфакса. Для многих моих друзей личное знакомство с ним закончилось большим горем.
Я не решился перебивать Багратиона, однако он сам вдруг замолчал. По его лицу было видно, что он хочет сказать что-то ещё, но не решается. Причём это что-то очень важно для меня. Я даже на миг забыл о том, зачем пришёл сюда.
— Что там у вас за послание? — наконец спросил директор.
Мою руку вдруг обожгло резким уколом боли. Я посмотрел на ладонь и увидел на пальце чёрное кольцо. Я не сразу вспомнил, откуда оно… Точно! Его ведь мне дал Гроуфакс и поручил передать Вацлавне.
Глядя на перстень, я сам не заметил, как начал говорить.
— Эльфы хотят послать в Третьегорск Разрушителя, — произнёс я не своим холодным голосом. — У нас есть три дня на оспаривание. Рекомендую подключить свои связи. Надеюсь на ваше содействе, Багратион.
В ушах стал нарастать звон, а пространство вокруг вдруг начало темнеть. Я не сразу понял, что это не комната становится тёмной, а мои глаза отказывают мне. Через секунду всё прекратилось. Мне показалось, что я ещё что-то сказал, но что именно я уже не расслышал.
Тряхнув головой, я посмотрел на Багратиона и встретился с его сосредоточенным взглядом.
— И для кого это кольцо? — наконец спросил он.
— Для Ванессы Вацлавны, — ответил я осипшим голосом.
— Думаю, она разберётся, — хмыкнув произнёс он. — У вас есть ещё какие-то дела ко мне?
 
— Вроде нет, — ответил я, продолжая потряхивать головой, пытаясь избавиться от звона в ушах.
Купол рассеялся, а я снова обнаружил себя стоящим посреди кабинета директора.
Эрчиха, видимо, успела привести себя в порядок. Её глаза больше не были на мокром месте, а размазанная тушь таинственным образом приобрела аккуратный вид.
— Мисс Долорес, боюсь наш с вами разговор придётся отложить, — директор бросил взгляд на девушку. — Однако я подумаю, что можно будет сделать для мисс Гарди. А сейчас мне необходимо сделать кое-какие дела. Проследите, пожалуйста, чтобы мистер Томпсон попал на урок.
Долорес покивала, осторожно взглянув на меня.
— Я прослежу, — произнела она, поднимаясь со своего места. — Вы идёте? — спросила меня Долорес, подойдя к двери.
— Да, — ответил я, поспешив к выходу.
Когда мы вышли из кабинета, Долорес держалась отстранённо и почти не смотрела в мою сторону, однако я заметил, что шла она медленно, будто нарочно сдерживая шаг. Я же пытался избавиться от дурноты и звона в ушах, которые отступали, но слишком уж неохотно. Однако близость этой красавицы и запах, исходивший от её волос, заставил меня позабыть о дискомфорте.
— Как поживаете, мисс Долорес? — спросил я наконец.
— Спасибо, хорошо, — ответила она всхлипнув. — Как поживаете вы?
— Я то нормально, что у вас стряслось? Почему вы расстроены?
— Я не расстроена, — ответила она, — просто в глаз попала соринка.
— Я слышал, что директор говорил про Гарди, это из-за неё? У неё ухудшения? — предположил я.
— Нет, ей лучше, — ответила эрчиха. — Пожалуйста, не нужно меня расспрашивать, я не должна обсуждать это с учениками.
— Ладно, — пожал я плечами. — Кстати, вы ведь слышали, что произошло с Гринландами? Понимаю, что это не повод для радости, но эта семейка получила по заслугам.
На глазах у эрчихи снова стали наворачиваться слёзы.
— Что за глупости вы говорите, — произнесла она. Раньше у бедной девочки был хоть какой-то шанс вернуться к нормальной жизни. А теперь их семья не получит никакой компенсации. Она на всю жизнь останется со страшным шрамом и с ненавистью к эльфам.
А об этом я как-то и не подумал.
— Я уверен, решение найдётся, — произнёс я.
— Да, оно всегда есть: просто ничего не делать. Не замечать происходящего и продолжать жить дальше. Вот только для Дареи Гарди теперь ничего не изменится.
Так, Дарея это, кажется, имя той девочки.
— Думаю, директор Багратион сможет помочь, и не только он.
— Это просто слова. На деле, обычно всё происходит иначе, — ответила Долорес.
Ну да, особенно если учесть, что в ближайшие дни от города, возможно, вообще ничего не останется.
Я заступил дорогу Долорес, отчего она застыла на месте.
— Мистер Томпсон, что вы делаете? — прошептала она испуганным голосом. Она огляделась, чтобы убедиться, что мы одни в коридоре.
Я уверенно посмотрел ей прямо в глаза. Признаюсь честно, мне нравится вот такое общение с ней. Сам процесс ухаживания доставляет удовольствие. Все эти мистер Томпсон и обращение на вы, её реакции на мои действия… Она пытается казаться беззащитной, хотя я то помню, что она вполне может размазать меня по полу.
— Долорес, всё будет хорошо, поверьте мне, — произнёс я уверенным тоном.
— Я очень хочу верить, мистер Томпсон, — я стоял довольно близко к ней, и она вдруг взяла меня за руку. — Спасибо за вашу поддержку. А теперь идёмте, мне нужно вас проводить.
— Не переживайте, — усмехнулся я, — я обязательно дойду. Мне очень нужно попасть к Ванессе Вацлавне на урок, однако я бы с удовольствием проводил вас до вашего кабинета.
Губы Долорес тронула лёгкая улыбка.
— Мне было бы очень приятно, но в этом нет никакой необходимости. К тому же мы почти пришли, у вас ведь сейчас история Троезамья?
— А откуда вы знаете? — с улыбкой спросил я.