Ловцы снов (СИ)

Виктор вздохнул и ответил мне кивком.
– Посмотрим, что смогу сделать для него. Но ничего не обещаю.
– Нет, – покачала я головой. – Так не пойдет. Мне нужны гарантии. И жену его пусть оставят в покое, ей недолго осталось.
– Варвара Довлатова мертва. Сердце не выдержало прошлой ночью.
– Ты…
– Я ничего не делал, – покачал он головой. – Сама сказала, она была больна.
Отчего-то стало душно, я встала и подошла к открытому на проветривание окну. Распахнула занавески, уткнулась носом в кристально-чистое стекло. Ослепительно светило солнце, по улице сновали по-весеннему одетые прохожие, блестели округлыми боками проезжающие по дороге автомобили и одуряюще пахло весной. Будто с поимкой убийцы холода отступили, дали дорогу желанному теплу.
И мне бы радоваться, только вот… Тошно. И ощущение неправильности не покидает ни на секунду.
– Я не способен повлиять на расследование, Яна, – как-то слишком тихо и будто бы оправдываясь, произнес Виктор.
– На дело Светы однажды повлиял, – усмехнулась я. Прикрыла глаза, подавляя тошноту и головокружение. Накатила апатия и желание забраться под одеяло и проспать неделю. А лучше две. Не думать о том, что потеряла. Жизнь, Егора, работу…
Черт, я ведь в салоне не появлялась с того самого дня, как… Я развернулась к Виктору, сжимая кулаки. У Альбины все-таки получилось лишить меня работы. Вот дрянь!
– Сколько я здесь?
– Два дня, – бесцветно сообщил он. – Тебя выжали, как губку, даже у стрикса не получилось бы лучше. Мне жаль, что тебе пришлось…
– Мне нужно позвонить, – перебила я. – Где мой телефон?
– Когда дикий вынес тебя из здания клуба, при тебе не было вещей. Ты потеряла сознание, потому спросить не представлялось возможным.
– Егор, – поправила я резко. – Его зовут Егор.
– Конечно, – примирительно кивнул Виктор. Вздохнул, поднялся и приблизился ко мне. Осторожно, будто боялся напугать. Остановился где-то в шаге от меня и странно покосился на окно, будто боялся, что я выпрыгну от одного неосторожного движения. Фигушки. Теперь только я до конца осознала, насколько хочу жить. Не просто избежать смерти, а жить. Дышать, ощущать на коже поцелуи солнечных лучей, смотреть на просыпающийся после зимней спячки мир. Ловить улыбки прохожих. Верить в то, что…
– Все будет хорошо, – произнес Виктор, будто прочитав мои мысли. – Я действительно постараюсь помочь Егору. – Поймав мой подозрительный взгляд, добавил: – Мне не все равно, Яна.
Хорошо, если так. Помощь мне сейчас не помешает.
– Я смогу сделать больше, если буду знать все, до мельчайших подробностей. А то твои ди… друзья молчат, как партизаны, – усмехнулся он.
Я неохотно кивнула, пытаясь высмотреть на его лице отголоски лжи. Не получилось. Все же жаль, что я теперь не стрикс. Был бы Егор рядом…
– Только сначала мне нужно позвонить Руслану. Я работу прогуляла, а ведь только так могла вернуть «Фрейю». Теперь он точно меня пошлет…
– Не пошлет, – уверенно возразил Виктор. – «Фрейя» твоя.
– То есть как… моя? – опешила я.
Вместо ответа Виктор подошел к сумке, потянул молнию и, выудив папку с документами, протянул мне. Я недоверчиво раскрыла, вчиталась в ряды ровных буковок. Подняла на него удивленный взгляд.
– Перед приездом сюда заскочили с Русланом к нотариусу, уладили детали.
– Ты… купил салон, что ли?! – возмутилась я. – Купил «Фрейю»?
Виктор кивнул.
– Для тебя.
– Какого черта?! Кто тебя просил? Я хотела сама его выкупить. У нас был договор с Русланом, я…
– Верю, – кивнул Виктор и усмехнулся, ничуть не раскаявшись. – Выкупила бы. Года через два-три работы без выходных и полного отказа от жизни.
– Жизни меня и без этого лишили. Я впервые хотела все сделать сама, а ты…
– Ну так сделай, – пожал плечами Виктор. – Оставь бизнес на плаву, подними на новый уровень качества, подумай о расширении и создании сети салонов. Все в твоих руках.
В моих ли? Сомнительно. Особенно рядом с Виктором, который стремится во всем меня контролировать.
– Я не буду лезть в твои дела, – без труда прочтя мои эмоции, обиженно сказал он. – Как никогда не лез. Этим, – он кивнул на бумаги, – я лишь хотел показать, что ты не одна. Мне, знаешь ли, тоже неплохо было бы это понимать. Особенно в свете последних событий…
 
– Я хотела пойти в совет, – сказала я устало, положила документы на барную стойку и опустилась на стул. – Сказать им, что у нас с тобой в тот вечер все было добровольно. Игорь отговорил.
– И ты поступила мудро, что послушалась. Как и Игорь. Вы меня не подвели. А теперь расскажи-ка мне о Варваре, желательно все, что знаешь. Мне нужны факты, которыми я смогу апеллировать в суде, потому что Довлатов твой встрял еще похлеще, чем в прошлый раз. Смирнову получится вытащить, думаю, без особых проблем, несмотря на ее… кхм… прошлое, а вот с Егором придется повозиться.
Я вздохнула и сдалась. В конце концов, Виктор прав, моя горячность может лишь навредить Егору, себя подставлю, а ему не помогу. Запрут еще вместе с ним – за соучастие. Только хуже сделаю.
Виктор может многое, если захочет. Буду надеяться, он действительно хочет помочь.
Я рассказала все в подробностях, начиная со дня, когда Егор нашел меня в своей спальне в теле Алисы, и заканчивая моей попыткой убиться, сбросившись с крыши многоэтажки. Разговор вымотал меня окончательно, потому я с радостью приняла ромашковый чай, заботливо принесенный Игорем, и отключилась, как только голова коснулась подушки.
Ближе к вечеру пришел доктор, уверил, что мой организм не сильно пострадал от вливаемых лекарств, выписал кучу препаратов, чтобы вывести остатки дряни и пожелал скорого выздоровления. Несмотря на заверения врача, я была, как в тумане, еще несколько дней. Несколько часов бодрствования выматывали так, что я еле добиралась до кровати.
На следующий день после передачи мне документов на салон я съездила во «Фрейю» убедиться, что без меня работа не остановилась, и девочки старательно выполняют обязанности. Вера уверила, что все в порядке, вместе мы посмотрели отчеты, и я пришла к выводу, что пора бы повысить ее с должности офис-менеджера до HR-директора. Пока меня не было, именно она держала девчонок в узде, а преданность я научилась ценить.
Через несколько дней я съехала обратно на квартиру Алисы и постаралась войти в привычное русло. Виктор не возражал и ограничился редкими визитами в мое убогое жилище, и то лишь ради того, чтобы поделиться сведениями о деле Егора. Спецгруппа из Штатов взялась за дело маньяка-сновидца основательно, ее члены выводами делились неохотно, а наших вообще не считали в праве заниматься расследованием. Логично, все же именно Виктор упустил убийцу. Однако, у Виктора в совете Нью-Йорка были связи, и приезжие отмахнуться от него так не смогли.
Виктор сильно сдал, но держался. Даже если в начале я злилась и даже пыталась уколоть, то через пару дней это желание сошло на нет. Жизнь и так достаточно его наказала. Кто я такая, чтобы добивать?
Несмотря на совершенное Альбиной, она все еще была его женой. В отличие от приемного сына, ее он действительно любил. Наверное, именно из-за Альбины Виктор тогда и согласился усыновить ребенка. Он рассказывал мне когда-то. Гоше было пять, когда его взяли. Альбине поставили какой-то мудреный диагноз, четко обозначающий, что ребенка она ни зачать, ни выносить не сможет. Тогда-то и возникла идея с усыновлением. Виктор тогда пробовался как политический деятель, ребенок из детдома дал бы значительный скачок в рейтингах. Ему тогда понравилась девочка – темноволосая, боевая, острая на язык, а Альбина приметила мальчика, забитого в угол и тихо играющего в кубики. Я не верила в судьбу, однако, следовало признать, сложившаяся ситуация была весьма ироничной. Впору было бы посмеяться, если бы она не завершилась трагично.
 
Я лелеяла в себе надежду, что у Виктора получится. Старалась не думать, как там Егор – один, без поддержки и совершенно истощенный. Без веры в то, что выйдет избежать наказания. С пониманием, что ничем не может помочь жене. Виктор упомянул, что о смерти Вари ему не сообщили…