Ловцы снов (СИ)

По квартире я скучала.
Открыв глаза, даже выполнила упражнения из дыхательных практик, чтобы смириться. Это не мое жилье. Не мой мир.
Прийти в себя оказалось просто. Эмоции будто притупились, в голове было светло и ясно. На стуле напротив кровати, придавленную мобильным телефоном, я нашла записку от Егора: «Не опоздай на пары». Как всегда, лаконично. Будильник на телефоне разрывался противным писком. Восемь утра, чтоб тебя!..
В горле образовалась противная сухость, но голова не болела, несмотря на количество выпитого накануне. Еще одна особенность донора? Правильно, должны же быть хоть какие-то плюсы.
Кухня встретила меня стерильной чистотой. Посуда была вымыта, остатки еды заботливо убраны в холодильник, в кофеварке подогревался ароматный кофе. Хм, а дикие, оказывается, полезный народ. Нужно было раньше завести себе парочку. Я вспомнила Ольгу, и теория сокрушительно пала под обломками собственных же постулатов.
Я вышла на балкон, как была, во вчерашней одежде и босиком, жмурясь от ослепительного апрельского солнца. Кофе согревал, в голове царили покой и гармония. Плавно текли мысли, обеспокоенность как ветром сдуло.
Хорошо. Приятно почувствовать себя прежней, пусть и ненадолго. Во всяком случае, я могу думать, а не только бегать кругами, выкрикивая нечленораздельные звуки, отвлекаясь на выпады в сторону людей, которые решили со мной заговорить. Все же душевное спокойствие – гарант верно принятых решений.
Теория Егора не была лишена логики. В принципе, если бы я находилась в описываемой им ситуации, и жизнь моя зависела от такого сложного лишь на первый взгляд решения, не задумалась бы, хотя бы на секунду, что своя рубашка ближе к телу? Что мне какой-то незнакомый донор, когда приходится спасать собственную шкуру?
Да, мотив выходил прочным, однако… При чем тут я? Я-то как раз была полностью довольна собственной жизнью. Даже если меня каким-то образом принудили отведать вкусную рыжеволосую тихушку, то точно никто не смог бы уговорить на подобную авантюру. Если я была в здравом уме.
А если нет?
Личность того, кто все это затеял, все еще оставалась покрытой тайной. Я согласилась с Егором, что факты, якобы обличающие Виктора, смотрелись как-то очень выпукло, ярко, словно на них специально акцентировали внимание. Но ведь в вечер перед гибелью Алисы я ездила именно в его квартиру. В его логово, о котором не знал никто, даже я.
Кто звонил мне в тот вечер?
Я еще раз прокрутила в голове два смертельно опасных сна. Общего в них было – незнакомец в капюшоне и монетка. Монетка! Она явно там неспроста, ее используют то ли для гипноза, то ли для контроля сознания иным способом. И рисунок я помню отлично. Нужно поискать в сети, возможно, и получится что-либо нарыть.
Звонить Лесе в такую рань я не решилась, помнила, как она отреагировала на подобный звонок в прошлый раз. Потому я написала ей смс, где уточнила, встречаемся ли мы сегодня. Ответ пришел через пару минут, лаконичный. Он гласил: «Заеду сегодня в восемь».
Жаль. Вечер хотелось бы провести с Егором, мало ли, когда организм Алисы снова переклинит, и эмоциональный фон вспыхнет с прежней силой. Не мешало бы перестраховаться, но… что уж есть. К тому же не думаю, что ему понравится перспектива проводить со мной все свои вечера, нужно давать дикому отдохнуть от раздражающей Яны. А то еще сбежит. Жена-то, небось, не в восторге, что ее муженек по ночам где-то шляется.
Позавтракав и наспех собравшись, я все же отправилась в университет. По адресу, который дал мне Егор, располагалось четырехэтажное серое здание с панорамными окнами, через которые виднелись просторные комнаты аудиторий. Вокруг здания толпились студенты. Кое-кто просиживал штаны на лавочках у входа в корпус, другие стайками кружили вокруг урн, выпуская в небо облачка табачного дыма. Вокруг кипела жизнь – непривычная, громкая и суетливая.
Я посмотрела на часы – до пары оставалось пятнадцать минут.
– Лиса! – услышала я громкий крик откуда-то слева. Повернулась на звук, навстречу на всех парах, закутанная в ярко-лимонный шарф неслась Мышь.
 
– А ты что тут делаешь? – удивленно спросила, когда она поравнялась со мной и остановилась, тяжело дыша и приглаживая торчащую челку.
– Ты чего? – опешила Леся. – Я тут учусь вообще-то.
Вот черт! Прокол за проколом. Меньше говори и больше слушай, Яна.
– Да, я в курсе, – попыталась я сгладить ситуацию. – Просто думала, проспишь. Всю ночь небось общалась со своим… как его там зовут? Постоянно забываю.
– Диггер семь семь семь, – с упоением повторила Мышь. Придумают же такое имечко… – В миру Димон.
Дима, значит. Это уже проще запомнить.
– А ты чего явилась? Я уж, грешным делом, решила, ты бросишь эту экономику. Родители не похвалят, конечно, но ты вроде как с Егором, и у вас все серьезно. Я, конечно, против всякого рода проституции, но еще сильнее не люблю, когда насильно заставляют заниматься нелюбимым делом.
– Решила дать экономике второй шанс, – улыбнулась я.
– Идем, нам все равно в одну сторону. – Леся настойчиво взяла меня под руку и потянула в сторону входа. – По дороге вкратце расскажу, что мы нарыли.
– Вы уже «мы», – весело поддела я.
– Исключительно как команда!
По пути к моей аудитории Мышь трещала без умолку. По ее сбивчивой речи я поняла не очень много, что-то про какие-то оффшоры, скачки акций на биржах и нестабильную ситуацию в строительном бизнесе. Наверное, Алиса во всем этом хоть что-то разобрала бы, но я, увы, была далека от глобальных экономических проблем. Мне хватало малого бизнеса, который приносил неплохую прибыль и, что немаловажно, удовольствие. Мысли о том, что теперь станет с моим выпестованным салоном, я решительно отогнала – не время.
– А еще в конце недели Алмазов летит за границу, – закончила Мышь у высокой, под самый потолок, узкой двери аудитории. Скорее всего, сюда мне и нужно.
– Что-нибудь о клубе Андрея?
– Ни слова. Но вечером сама глянешь.
– Хорошо.
На самом деле, ничего хорошего. В этой истории сложно найти позитив. Разве что… желейные мишки. Вот уж не думала, что они бывают такими вкусными.
Аудитория встретила меня гомоном студентов, суматохой и шелестом тетрадных страниц. С третьего ряда мне отчаянно замахала полненькая блондинка, наверное, знакомая Алисы. Я дружелюбно улыбнулась и стала пропихиваться к ней. Как там говорил Егор? Показаться на глаза, перекинуться парой фраз, дать понять, что в жизни у меня сейчас все слишком бурно, чтобы хватало времени на занятия.
До начала пары оставалось около пяти минут, я присела рядом с фонтанирующей любопытством барышней и приготовилась следовать намеченному плану. Надеюсь, формулу расчета зависимости спроса от предложения она у меня не спросит.
Блондинка ошарашила меня первым же вопросом. На мои вялые попытки узнать, что случилось в университете за время моего отсутствия, она ответила резким взмахом руки.
– Да какая разница! Лучше скажи, твой брат… он женат? У него есть девушка?
Эээ… На такие вопросы отвечать я явно не готовилась. У Алисы есть брат? Вот это новость. Впрочем, блондиночка ответа не особо не ждала, продолжала тараторить, одновременно и выпытывая у меня подробности из жизни пресловутого брата Алисы, и самостоятельно придумывая ответы на свои каверзные вопросы.
– Ой, а он, наверное, большая шишка в вашем городе, да? А девушки, говоришь, нет… Хм… Подозрительно! – Она засмеялась и погрозила мне наманикюренным пальчиком. – Он точно гетеро?
Вот это вопросы, прямо с ходу и в лоб! На месте брата Алисы при виде этой настойчивой девицы я бы точно прикинулась гомо. От греха подальше.
 
– А когда он приедет в гости в следующий раз, позовешь на чай?
Я отвернулась от нее, чтобы перевести дух, и заметила, что на меня с интересом смотрит с десяток восторженных студенток, наверняка измученных теми же вопросами. Может, у брата Алисы тут тайный фан-клуб, а я не знала?
Отвечать не пришлось – меня спас телефонный звонок. Разразился противной трелью откуда-то из глубин сумочки. Вытащив телефон на свет, я застыла, глядя на экран. Черт, как не вовремя-то. Впрочем, для таких звонков не бывает подходящего времени.