Апгрейд (СИ)

Потрошитель шипит. Под ним хлюпает кровь.
— Ну?
Не знаю, что он увидел в моих глазах. Решимость? Жестокость? Безразличие? Но хирург неожиданно кивает. Хрипит:
— Ска… жу… Только, сначала, надо… остановить кровь.
— Валяй! — я убираю ногу с руки твари.
Потрошитель переворачивается на бок. С трудом подползает к тумбочке возле хирургического стола.
— Дай… мне жгут. Там… Сверху.
Я кидаю ему свёрнутую в виде ремня резиновую полосу.
— Ещё… — потрошитель скашивает глаза в сторону подвесного шкафчика. — Открой его. На второй полке… есть инъектор с промедолом.
Пока я ищу обезболивающее, человек пытается затянуть жгут на руке, чтобы остановить кровь.
— Помоги…
— Обойдёшься! — отвечаю я. — На! — я кидаю хирургу под ноги шприц-тюбик и ещё один жгут. — Живее!
Потрошитель перетягивает ногу и, сняв колпачок с инъектора, втыкает иглу сквозь одежду в бедро. Нажимает на кнопку сверху шприц-тюбика.
Его глаза на секунду закатываются. Дыхание учащается, затем успокаивается. Через несколько секунд человек приходит в себя. Смотрит на меня. Я обращаю внимание на его лицо. На вид, хирургу лет пятьдесят. У него прямой, чуть с горбинкой нос. Впалые щёки и, неприятные глаза. Я сначала не понимаю, что с ними не так. Затем, до меня доходит, он не мигает. Жуткий взгляд, как у мертвеца.
— Твоих здесь нет, — говорит потрошитель. — Их увезли в центральную лабораторию.
— Зачем? — спрашиваю я, чувствуя, как во мне клокочет ярость.
— Что будет с твоей женой, мне не сказали. Нестору нужна твоя дочь. Точнее, её глаза. Их заказали.
— Кто?! — взрываюсь я. — Кто?! Говори тварь!
Я приставляю дуло оружия к голове хирурга.
— Какой-то очень богатый мудила, для своей дочери, — тихо отвечает потрошитель. — У неё же глаза-хамелеоны? Она меняет цвет, как захочет, да?
Я киваю.
Хирург цокает языком.
— Представляешь, сколько они могут стоить? Такая пара, может быть одна на весь мир. Редчайшая аномалия.
— К чему такие сложности? — я стараюсь успокоиться. — Не проще ли сделать бионические, с такой же функцией.
— Ты что, совсем не шаришь? — хирург лыбится. — В этом же и фишка! Натуральные глаза, которые круче любых искусственных! Я даже не представляю, сколько они могут стоить на чёрном рынке!
Его слова лупят меня по голове не хуже удара кувалдой. Вот он — новый мир, где всё перевернулось с ног на голову.
— Как мне найти жену и дочь! — кричу я.
— А толку? — удивляется потрошитель. — Считай, что они уже мертвы. Даже если ты попытаешься их отбить, тебя убьют задолго до того, как ты проникнешь в лабораторию. У Нестора целая армия, и, не совсем людей, не то, что здесь, на отшибе, всего три мудака, которые не справились с таким дохляком, как ты!
Я давлю в себе желание прострелить голову этого еблана здесь и сейчас.
— А почему меня не убили, а привезли сюда?
— Запчасти, — равнодушно отвечает хирург, — если начинать такую операцию, по зачистке целой семьи, то, зачем добру пропадать? Твои бионические руки. Сердце, легкие, печень, почки, хрусталики глаз, спинно-мозговая жидкость. Мясо с костей для собак. Да ты, блять, ходячий Клондайк!
Мне уже порядком надоел этот треп. Я с ненавистью смотрю в глаза этой твари.
— Сколько у меня времени до операции над дочерью?
— Точно, не знаю, — хирург пожимает плечами, — не больше сорока восьми часов. Это — не простая пересадка. Нужна подготовка, как донора, так и реципиента. А ещё придётся синхронизировать зрительные функции мозга нового владельца глаз. Дохера всего.
— Где мне искать Нестора и, где находится эта лаборатория?
Потрошитель, как-то странно смотрит на меня.
— Если я скажу тебе, обещаешь, что ты не убьешь меня?
Я, нехотя киваю. Чуть нагибаюсь, чтобы получше разобрать его шепот.
— Тогда, — я вижу, как вспыхивают АРовские линзы в его глазах, — идёшь на хуй и там ищешь.
Хирург глухо смеётся. Его смех пронзает меня, как удар электрически током. Я отшатываюсь. Вскидываю ружьё. Перезаряжаю его и нажимаю на спуск.
Бах!
Выстрел сносит половину черепа потрошителя. Мозги забрызгивают керамическую плитку. У хирурга шевелятся ноги и руки. Со стороны кажется, что его кто-то дёргает за ниточки. Из развороченной головы фонтанчиком выплёскивается кровь.
 
«Значит, у него стоит турбо-бустер», — думаю я.
Опускаю ствол вниз и стреляю хирургу в область груди.
Бах!
— Сдохни тварь! — ору я до разрыва связок.
Перезарядка.
Бах!
— Сдохни!
Я продолжаю расстреливать тело, пока не опустошаю весь магазин помпы. В этот момент, передо мной выскакивает сообщение.
Поздравляем!
Вы получили…
— Иди в жопу! — я смахиваю строчку рукой.
Перед глазами словно бегут цифры обратного отсчёта.
48 часов
47 часов и 55 минут
47 часов и 54 минуты
Теперь от них зависит жизнь моей семьи. Я заглядываю в ноутбук хирурга. Пролистываю открытый список вниз. Перед глазами мелькают лица, имена, фамилии с пометками, какие органы нужно извлечь.
Десятки имён. Вижу в списке себя. Напротив имени стоит сноска: «Выпотрошить по максимуму». Имени жены и дочери нет. Листаю список дальше. Открываю новую папку с названиями «Приоритет».
Пытаюсь её открыть. Не получается. Всплывает окно: «Введите пароль».
«Ах ты блять! Хотя, не факт, что там есть моя семья. Нет времени возиться с ней. Черти! Умно придумано. Никакого подключения к Виралу. Старый ноут с данными. Назад в прошлое».
В этот момент, в голову приходит одна идея. Я выбегаю из лаборатории. Мчусь по коридору, скользя окровавленными подошвами ботинок по полу. Подбегаю к каталке, к которой я привязал девушку. Быстро заряжаю ружьё.
Медсестра уже пришла в себя. Она дёргается, орёт, пытаясь ослабить путы. Смотрит на меня широко раскрытыми глазами, будто видит меня первый раз в жизни. Значит, подмена образа завершена и, теперь, я для неё — вооружённый незнакомец. Я задаю ей вопрос:
— Тот громила наверху, его зовут Кир?
Девушка кивает.
— Кто он тебе? Ёбарь?
Глаза девушки округляются ещё больше.
— Да, — выдавливает она.
Я наставляю на неё ствол помпы.
— Хирурга я грохнул. Ты следующая, но я оставлю тебя в живых, если будешь вести себя паинькой.
Девушка снова кивает.
— Ты знаешь, как проникнуть в центральную лабораторию?
Медсестра мотает головой.
— А Кир?
— Да.
— Ради тебя, он расскажет мне, как туда попасть?
Девушка задумывается. Снова кивает. Я понимаю, что, ради выживания, пойдёшь на всё, и она могла мне наврать, но у меня нет выхода. Она — мой шанс. Решаю довериться своему чутью или, голосу, который поселился у меня в голове?..
  
Эпизод 17
 
— Рыпнешься! — я тычу стволом дробовика в лицо девушки. — Убью! Поговорим?
— Угу, — девушка шмыгает разбитым носом.
— Отсюда есть другой выход?
— Да, — едва слышно отвечает медсестра.
— Где?
— Там! — девушка приподнимает голову и мотает ей в сторону лаборатории.
— Лестница? — спрашиваю я.
— Нет, электрический подъёмник. Там шахта. Она идёт наверх. Мы по ней, — брюнетка на секунду задумывается, — «запчасти» наверх поднимаем, а оттуда нам грузят тела.
Меня передёргивает от слова «запчасти». Девка, уже на автомате, называет людей, как бездушный скот. Я давлю в себе желание размозжить ей череп прикладом дробовика.
— Что над подъёмником?
— Навес, чтобы сюда дождь и снег не попадали, — отвечает девушка, — а ещё что-то типа ставней, ну… — поясняет она, видя мой недоумённый взгляд, — листы металла, которые закрывают шахту.
 
Я прокручиваю в голове план дальнейших действий.
«Иди обратно и прорываться через гермоворота — так себе решение. Зверь, если он там, посечёт меня из пулемёта, да в и узком коридоре нет манёвра. Я даже толком не смогу прикрыться девкой. Нужно, какое-то необычное решение. Какое блять?!»