Клан Пепельного Шторма: Изгой (СИ)

Ночь слилась в череду коротких атак и бега на износ. Рэм лавировал среди развалин, пока не заметил остатки большого дома с почти сохранившейся крышей и первым этажом. В его голове родился план. Рэм замер всего на миг, пробудил водную точку силы и, скрипнув зубами, вытянул побольше резерва. Сплошной поток воды сбил стаю тварей с ног. В это время юноша развернулся и припустил к большому дому. Вихрем промчался по коридору, перепрыгивая остатки перегородок между комнатами, пока не оказался в круглом зале примерно по центру дома. В потолке зияла огромная дыра, и это было ему на руку.
Рэм встал прямо под ней и замер на несколько мгновений, примеряясь и рассчитывая, куда лучше направить удар. В тот момент, когда мокрые и злые твари влетели в зал следом за ним, он уже пробудил две точки силы одновременно. Огромный вихрь водоворота вращался вокруг юноши. Рэм подождал, пока как можно больше теней соберутся вокруг него, а затем ударил несколькими молниями в места на потолке, которые показались ему самыми слабыми. Балки треснули и рухнули вниз, погребая под собой мстительные тени. Рэм, не медля, помчался к выходу, прыгая по неустойчивым обломкам, лавируя между гнилыми досками и камнем.
После этого на какое-то время его оставили в покое. Он пошел быстрым шагом, чтобы сберечь силы и оценить оставшийся резерв. Пленка, отделяющая его от точек силы снова стала толще. В следующий раз пробудить точки силы и создать заклинание станет еще труднее. Рэм почесал шрам и мысленно выругался. Перед глазами снова стояло лицо дяди. Деги Хенсо выжигал татуировку племяннику с видимым удовольствием. Взгляд, в котором не было ни капли сожаления, он запомнил навсегда. Тот, с которым дядя Деги убил его отца. Тот, с которым он выжег татуировку Рэма. Эта память подстегнула его. Он должен выжить и подняться наверх. Стать лучшим. Сильнейшим. А для этого нужно поступить.
С этого момента Рэм стал прятаться. Он шел медленно, постоянно прислушиваясь. Старался не выходить на открытые места и держаться в тени покрытых мхом стен. Две тени ему все же пришлось убить. Одна вылезла из щели прямо у него под носом. Вторая атаковала сверху, когда он выбирался из убежища. Водоворот разорвал обоих.
На этот раз никакой точки сбора не было. Как только небо на востоке окрасилось в розовый, дома закончились. Впереди простиралась покрытая холмами равнина. Прятаться там было негде. Все было сделано для того, чтобы будущие адепты смогли увидеть друг друга и сразиться.
Действие стимулятора заканчивалось. Он не спал уже сутки. Понятия не имел, где его друг Игу. И пользоваться магией с каждый разом становилось все труднее. Нужно было спешить.
Рэм нащупал за пазухой зеленый медальон, который им выдали еще перед стартом. Теперь его задача — забрать еще два подобных. Оставалось молиться, чтобы ему не встретились сильные противники. Сразу вспомнился тот парень с огненным мечом. Вот кого он хотел встретить здесь меньше всего.
Чуть в стороне за холмами Рэм увидел рыжие и голубоватые всполохи. Кто-то уже сражался. Юноша направился в ту сторону. Сначала ему нужно было выбить еще два медальона.
К тому моменту, как Рэм вывернул из-за холма, вспышки почти прекратились. Похоже, исход боя решен. Юноша взобрался на вершину одного из холмов и увидел внизу выжженную плешь. Земля дымилась. Посреди пустоши в полубессознательном состоянии лежал рослый светловолосый юноша. На его фоне Кан казался задохликом. Но именно он стоял на ногах и сжимал зеленый медальон. Рэм не успел удивиться, когда юноша вскинул голову. Их взгляды встретились. В воздухе разлилось напряжение.
Кан пошатнулся и повернулся к новому противнику. В его взгляде проскользнула обреченность. Его магия тоже на исходе. С водной точкой силы побить слабую огненную будет просто. Кажется, Кан тоже понимал это. Он спрятал медальон за пазуху и посмотрел на Рэма уже с вызовом. Но тот медленно покачал головой и сказал:
— За мной долг. Я не буду отбирать твою добычу, но и свой медальон не отдам. Разойдемся с миром?
 
Ответом ему был подозрительный взгляд. С минуту Кан молчал, а затем медленно кивнул. Прежде чем он развернулся и ушел, Рэм шагнул вперед и спросил:
— Почему ты помог мне? Я изгой, и не могу принести твоему клану пользу.
Кан дернул уголком рта и ответил:
— Не могу видеть, как нападают из-за спины. Дед учил меня, что в этом нет чести. А польза… Мне достаточно того, что сейчас мы не будем сражаться.
После этого юноша развернулся и ушел. Рэм спустился с холма и направился в другую сторону, забирая к югу. Небо все больше светлело. Сначала он вертел головой, выискивая вспышки магии тех, кто недавно покинул город, как и он. Но затем ему в голову пришла другая идея, и юноша перешел на бег. За одним из холмов он услышал знакомое пение стали и ускорился. Не хотелось встречаться с Мастером Стихийного Меча.
Отбежав на достаточное расстояние, Рэм сверился с компасом и стал забирать к северу. Начали попадаться небольшие рощицы. Он заметил яростную битву за одной из них, добежал до деревьев и стал осторожно пробираться между ними.
Вспышки магии и не думали становиться слабее. Поэтому Рэм был крайне удивлен, когда из кустов ему навстречу вылез человек.
Рубашки на юноше просто не было. Его левая рука оказалась плотно примотанной к телу. “Похоже, сломана,” — отметил Рэм. На лбу юноши была болезненная испарина, на щеках горел лихорадочный румянец, а блеск серых глаз был нездоровым. Он не выглядел сильным или способным дать достойный отпор. А из здоровой руки незнакомца — о, чудо! — свисали сразу два зеленых медальона. Рэм впился в них алчным взглядом. Поэтому не сразу заметил, что в глазах его противника появилось торжество.
Незнакомец вдруг приложил ладонь к груди и ласково произнес:
— Иди сюда.
Удивиться Рэм не успел — от этого голоса закружилась голова, а остатки сил будто покидали его. Только тогда он заметил клановую татуировку на шее юноши. Белая змея в круге. Клан Хатт, Голос Забвения. Для применения магии им не нужно соединять руки. Точка силы пробуждалась от прикосновения к груди.
Рэм почувствовал, что сознание начинает уплывать. Деревья закружились перед глазами, звуки доносились словно через вату:
— Отдай мне свой медальон, — также ласково произнес незнакомец, и Рэм с ужасом понял, что рука сама тянется за пазуху.
Невероятным, нечеловеческим усилием он заставил пальцы замереть. Его противник усмехнулся:
— Упорный? Тем интереснее будет тебя сломать. Отдай мне свой медальон.
Пальцы Рэма снова дрогнули, но остались на своем месте. Кажется, это разозлило Хатта, и он сказал уже с напором:
— Дай мне свой медальон!
Голова кружилась еще сильнее, Рэм почувствовал, что сознание соскальзывает в темноту…
В чувство его привело жжение на плечах. Казалось, что от правой ключицы до лопатки к коже приложили раскаленный жгут. И эта боль прогоняла дурноту, вызванную колдовским голосом. Рэм ощутил, что его пальцы уже сомкнулись на медальоне. Увидел, с каким жадным ожиданием смотрит на него противник. А затем медленно разжал руку. Жжение не утихало ни на миг, заставляя шевелиться. Резким движением он соединил ладони, пробуждая воздушную точку силы. Собрал магию в одну точку, а затем ударил. Плотный поток воздуха сбил его противника с ног. Тот сел на землю, хлопая глазами от удивления. Рэм подскочил к нему, вызывая магический доспех. Юноша намеревался ударить Хатта кулаком, чтобы перекрыть точку силы, но поток чужой магии отбросил его назад. Еще один незнакомец вышел из-за дерева. На нем был коричневатый магический доспех, а каждый кулак усилен дополнительными слоями магии.
Теперь Рэму приходилось уворачиваться. Хатт снова попытался подчинить его повторяя:
— Остановись. Остановись. Остановись!
Но жжение на плече не давало голосу одурманить изгоя. Из последних сил он сражался с парнем в коричневом доспехе. Похоже, у того была сильная точка земли — всего искусства Рэма хватало только на защиту. Магия утекала неумолимо. Рунный щит воздуха, рунный щит воды. Молния врезалась в огромный кулак, не причинив ему вреда. На следующий удар кулака Рэм ответил стеной воды — пробудить точки силы одновременно у него уже не выходило. С пятой или шестой попытки ему удалось пробудить две воздушные точки сразу, и ощерившийся молниями смерч отбросил здоровяка в сторону. Тот влетел спиной в дерево. Рэм не терял ни минуты. Одним прыжком он подлетел к Хатту, который все еще сидел на земле, и выхватил из его руки оба медальона.