Посох Мерлина (СИ)

— Опустите руку. Спасибо. Я одна из ваших директрис — миссис Миранда Брадберри. Сейчас я отведу вас в Церемониальный зал, где вы сможете поделиться на адраны для упрощения вашего обучения в будущем, так как у каждого адрана своё углублённое направление помимо общих уроков, которое складывается в связи с вашими сильными сторонами. Итак, выстраивайтесь парами и идите за мной.
Дети вошли в Церемониальный зал, ошарашенно оглядываясь по сторонам. За овальными деревянными столами, хаотично разбросанными по залу, сидели вперемешку ученики разных возрастов. На первогодок смотрели все, кто был в зале, и Брендон увидел много знакомых лиц, которые приветливо ему улыбались. Почти все его приятели хорошо с ним общались — должно быть, потому, что он со всеми держался наравне, будто некоторым из них было не семнадцать, а столько же, сколько ему. Брендон обладал достаточно хорошим жизненным опытом по его мнению: он умел определять, где «друг», а где «враг», хотя папа говорил, что мальчик страдал от небольшой предвзятости по отношению к определённым семьям.
Церемониальный зал был не менее завораживающим, чем холл. Окна зала выходили на лес, и снаружи, как заметил Брендон, нельзя было рассмотреть столы и три большие дубовые двери, но внутри, как оказалось, окна тянулись от самого пола до потолка, во всю стену. В некоторых местах было будто бы увеличительное стекло, и иногда отражение разных зверей, обитавших в лесу, самым волшебным образом материализовывалось в помещении. Потолок так же, как и холл, был разрисован изображениями разных исторических событий, магическими и неволшебными зверями, а на каких-то участках пятнами сияли звёзды.
Зал не освещался ни электричеством, ни свечами — весь свет шёл от этих ярких, необычайно красивых небесных светил. Наибольшее их скопление располагалось над учительским столом и полностью их освещало. Сейчас там сидели только классные руководители и те, кто жил в Гринчвилде, — большинство педагогов должны были приехать только в понедельник.
Помимо директрисы миссис Брадберри Брендона сильно впечатлил своей суровостью в лице и взгляде учитель истории — Сауней Коннолли. Это был высокий худой мужчина средних лет с пепельными волосами и тёмно-синими, почти чёрными, глазами. Он пристально осматривал первоклассников и совсем не разговаривал, лишь иногда наклонялся и слушал, не скрывая пренебрежительности, молодого мужчину, сидевшего рядом. Мистер Коннолли казался настоящим консерватором, но одет был в классические бежевые брюки, такую же жилетку и белоснежную рубашку.
Того другого мужчину, которого приходилось слушать Саунею, Брендон по имени не знал. В отличие от строгого историка и некоторых других учителей, он ему сразу понравился. Это был человек по виду лет тридцати и совершенно неподходящий для педагогики. Ему больше бы пошло стать телезвездой и знаменитостью. Он сидел, ослепительно улыбаясь всем вокруг, и сверкал глазами, пристально вглядываясь в присутствующих. Создавалось впечатление, что даже скучный официальный дресс-код не мог скрыть его достоинства. Синяя рубашка, расстёгнутая на две пуговицы сверху, красиво сидела на его атлетичном теле, обтягивая в меру накачанные мышцы. Когда в зал вошла директриса, он встал, как и все учителя, и улыбнулся миссис Брадберри.
В какой-то момент по его тёмно-каштановым волосам, зачёсанным наверх, таким мягким и послушным, скользнул звёздный свет. Он осветил молодое, дышащее жаром и силой красивое лицо. У мужчины были слегка впалые щеки, широкие скулы и немного заострённый подбородок. Он выглядел, как сэр Гавейн на иллюстрации в книжке Картера. И этому мужчине предстояло учить Брендона и остальных амддиффину.
Помимо Саунея и молодого преподавателя была из учителей ещё молоденькая мисс Маккензи Коллинз — новенькая учительница дэрвадэла. Ей было около двадцати пяти, она казалась стройной, но ссутулившиеся плечи и мешковатость её платья старили девушку лет на десять. Она всё время смотрела на свои руки, иногда поглядывая на директрису каким-то отсутствующим, напуганным взглядом. А ещё нередко наклонялась к полненькой улыбчивой миссис Сандерс.
 
Её Брендон давно знал — муж Евы Сандерс приходился мальчику двоюродным дядей, и семейство Картеров иногда навещало их в Норидже, однако около пяти лет назад, как раз после гибели Кассандры, умер и мистер Берни, после чего его жена перебралась жить в Гринчвилд. Брендон помнил, как иногда, приезжая во время каникул к своим бывшим ученикам, Ева учила его математике, постоянно приговаривая: «Учись, мальчик мой, вот вырастешь, помогать мне будешь. Дай Мерлин, отучу тебя, а то такого непоседу другой учитель, может, терпеть и не станет, а я-то вижу, что ты мальчишка одарённый». Конечно, это была необычная математика. В волшебном мире математика совмещала в себе не только квадратные корни, но и разные иероглифы, руны и много разных других вещей, о которых хабитал и не догадается, но Брендон весьма хорошо с ней справлялся.
Миссис Брадберри вышла в центр зала, приветливо окинув школьников взглядом и, подождав, пока все замолкнут, начала говорить своим хрипловатым голосом:
— Хочу поприветствовать вас ещё раз. Я Миранда Брадберри, одна из директрис атенеума Гринчвилд — сказала она с улыбкой. — Поздравляю вас с началом ещё одного учебного года. Я очень рада видеть столько юных лиц в нашем атенеуме. Надеюсь, вы, как и все наши прекрасные ученики, отличитесь своим умом. Ну, а перед церемонией хочу просветить новоиспечённых учеников и напомнить остальным учащимся о правилах атенеума. Отбой строго в десять вечера, и чтоб я вас не видела после этого времени болтающимися по коридорам. Учёба начинается в девять, завтрак с семи и до звонка. Уроки заканчиваются в три, с подробным расписанием вас ознакомит староста. Походы в лес разрешены в присутствии учителя, но на улице нельзя появляться после половины девятого, — тут Брадберри повысила голос и посмотрела на один из столов. — Что касается размещения. Вы, вероятно, знаете, что в Гринчвилде есть пять адранов, в который каждый из вас попадёт. Мистер Коннолли является классным руководителем мюридхау, мистер Эванс, — тут Миранда указала на того самого молодого мужчину, который понравился Брендону, — будет руководить у кайндаймха, миссис Клиффорд, — пожилая дама, сидящая по левую руку от места директора, галантно встала, слегка качнув седой головой в знак приветствия, и так же плавно села на свой стул, — вторая директриса и руководитель драммонда, мисс Рейд, — это была рыжеволосая женщина лет сорока, которая резко закивала головой, раскачивая копну огненных волос, — у сайлотака. Я же буду ответственна за алэйсдэйр. Наш третий директор, мистер Бойд, сегодня отсутствует. Дети, прошу вас, не пугайтесь при церемонии. Тот зверь, которого вы увидите, является символом вашего адрана и вас не укусит. Что ж, начнём!
Оставив возбуждённых первогодок с этим известием, миссис Брадберри попросила подать ей лист со списком учащихся и начала громко зачитывать имена детей:
— Мисс Джинни Макгарт! Подходите, милочка. Не бойся. Вот, вставай сюда.
Маленькая светловолосая девчушка со смешными косичками встала на непонятную небольшую платформу и боязливо зажмурила глаза.
— Хах, ну и трусишка, — шепнул какой-то мальчик за спиной у Брендона. Миранда строго посмотрела в толпу, но ничего не сказала.
Внезапно не пойми откуда, рассекая воздух гигантскими крыльями, к маленькой Джинни прилетел большой красивый ястреб, оставляя за собой голубой дым. Таких огромных ястребов Картер ещё не видел. Воздушный охотник немного покружил вокруг девочки, а потом приземлился рядом с ней. Птица подошла к девочке, клюнула её за юбку, а потом, резко взлетев, громко крикнула на прощание и исчезла так же внезапно, как и появилась.
— Алэйсдэйр! — крикнула директриса, и средний стол слева громко зааплодировал. — Мистер Колин Митчел!
Мальчик, который шептал про трусость Джинни, смело направился к платформе. Как только он зашёл на неё, откуда-то из-под учительского стола повалил клубящийся тёмно-синий туман, и оттуда выбежала росомаха. Грозно пошипев на окружающих, она бросилась к двери.