Создатель иллюзий. Начало (СИ)
Последний пират из отряда штурмующих чуть замешкался на палубе, и уже намеревался вскочить на сходни. Рейс тут же выскочил из инвиза сбоку от него, перехватил за лапу с топором и сильно врезав коленом по ребрам, отправил за борт, одновременно вырывая из разжавшихся пальцев топор.
Если кто-то на фелюге и заметил, что тело боцмана внезапно исчезло, то в сутолоке штурма просто не успел бы об этом поразмыслить. Волна оборотней толкаясь и топоча разбегалась по всему судну; часть абордажников уже вскрывала двери в надстройку, другие ломали вход в трюм.
"Еще пара минут, и они упрутся в ловушки, организованные Карачуном, нужно поторопиться", — плюнув на осторожность, Рейс не стал уходить в невидимость и начал подниматься на крышу надстройки, наметив для себя первостепенной целью, троицу, наблюдавшую оттуда за штурмом, и рулевого.
— Эй вы, засранцы! Кто тут из вас, самый главный обосрыш? — весело проорал маг, поднимаясь по ступенькам.
Двое из трех бабуинов, находившихся на надстройке, вместо ответа, молча выхватили свои здоровенные сабли и прыгнули ему на встречу. Тот, что был резвее, сдох еще в полете; Рейс просто обоими руками швырнул ему навстречу топор, который глубоко воткнулся в обезьянью грудь — под ноги мага скатилось уже бездыханное тело. Подхватив клинок погибшего, Рэйс принял на него первый удар подскочившего пирата. Следующий удар, мгновенно уйдя в инвиз, маг пропустил сквозь себя, что вынудило нападавшего потерять равновесие и застыть на миг с вытянутой лапой. Еле уловимый глазом взмах клинка — и отрубленная лапа вместе с саблей валятся на лестницу. Вольт, с проходом за спину, и на следующем взмахе сабли тело покатилось по ступенькам вниз, на метр отставая от собственной головы.
Словно шестым чувством ощутив опасность и мгновенно уйдя в инвиз, Рэйс увидел, как сквозь него пролетело и с диким треском впилось в настил палубы, ледяное копье.
Для капитана пиратского корабля это выглядело, как будто тело человека на мгновение "моргнуло" и его заклинание прошло, не причинив незнакомцу никакого вреда. Осознав, что его магия не приносит эффекта, капитан выхватил из ножен здоровенный эспадрон и кинулся в атаку.
Здраво расценив, что на ритуальные пляски с главой местного отребья времени уже нет, маг создал иллюзию рыси позади бабуина. Разогнавшись, она что было сил толкнула капитана пиратов в спину, из-за чего тот отправился в короткий, совсем не долгий полет. Материализовавшийся Рэйс картинно развернулся спиной к противнику и, словно находясь на уроке фехтования, сделал эффектный укол саблей себе за спину. Полет капитана окончился нанизыванием его груди на острый клинок мага.
* * *— Плывут, голубчики! — пробасил гризли и подобрался с места.
Что там можно было разглядеть в такой темноте Карачун решил не спрашивать, капитану виднее. Через минуту он и сам услышал тихие всплески множества весел, а еще через несколько секунд показался совершенно черный силуэт чужого корабля.
Когда суда поравнялись, и послышался треск борта о борт, шлюпка уже уткнулась носом в противоположный борт корабля противника, а капитан раскручивал здоровенный крюк на длинном канате.
После первой, неудачной попытки, когда дракона чуть не убило падающем сверху крюком, кошка все же зацепилась за борт пиратского корабля и Карачун тут же начал карабкаться по канату на борт. Перевалившись на палубу, он осмотрелся. В паре метров впереди от него находился матрос, который с интересом наблюдал за абордажем фелюги. Ледяная иголка, скастованная из влаги воздуха, мгновенно пробила тому череп, а енот отыскал взглядом вход в трюм и ужом скользнул внутрь.
* * *Рысь, сорвавшись с места и прыгнув с надстройки корабля, повалила ближайшего к ней пирата и вцепилась клыками в его горло. Маг, сбежавший за это время по ступеням, выскочил из инвиза и добив хрипящего врага, метнулся к бортам, рубя на ходу канаты абордажных крючьев. Где-то на середине палубы на него кинулись сразу четверо. То исчезая, то появляясь у противников за спиной или вообще на противоположном конце палубы, он последовательно зарезал всех четверых и вернулся к канатам. Верхняя половина головы подскочившего к пушке пирата медленно съехала вбок и с мерзким шлепком ударилась о дощатый настил палубы. Перерезав последний канат, маг в нерешительности замер, не зная, что делать дальше. Нужно было как-то разъединить два корабля, но вот как это сделать, он не имел ни малейшего понятия. Оглядываясь по сторонам, он услышал позади себя тяжелые шаги, но едва подняв саблю, услышал знакомый голос:
— Свои, свои. Помоги, нужно оттолкнуться.
На палубе стоял медведь-гризли со здоровенным длинным багром в лапах.
Острие багра он упер в борт фелюги, набычился и начал с видимым усилием давить на багровище. Доски под его задними лапами затрещали, багор изогнулся дугой, но произошло невероятное — два корабля стали медленно отделяться друг от друга. Рейс подскочил к медведю и стал помогать давить на багор. Когда мостки, соединяющие корабли с громким всплеском, стали падать в воду, на "захваченном" корабле поняли, что происходит что-то неладное. Некоторые оборотни кинулись обратно, но было уже слишком поздно; перепрыгнуть разделявшее корабли расстояние стало невозможно. Те, кто все же решился на прыжок, попросту падали в воду.
* * *— Эй, джентльмены! — Карачун, стоящий на палубе пиратского судна, обратился к угрюмо топтавшимся на палубе "Белой морячки" пиратам, — Как ваши делишки? А то тут к вам ваши подельники в гости просятся!
И добавил уже потише медведю:
— Отправляй гостинцы.
Головы капитана, старпома и оставшихся во время абордажа на шебеке пиратов по очереди полетели на палубу фелюги, до которой теперь было больше десяти метров. Пираты, от такой бомбардировки сначала шарахнулись в стороны, но спустя мгновенье снова сбились в плотную кучку и ощетинились оружием. За последний десяток минут, Рэйс трижды создавал иллюзию рыси, которая всякий раз, неожиданно возникая за спинами незадачливых абордажников, уносила по три-пять жизней за одно свое появление. От такого "веселья" часть нападающих успела забаррикадироваться в трюме фелюги, остальные же, сбившись в плотное стадо, вертели своими головами по сторонам, ожидая нового нападения. Какое-либо сопротивление или попытки что-нибудь предпринять, были решительно невозможны в данной ситуации — по кораблю шнырял бешенный котолак и резал пиратов, как баранов, бесследно исчезая в ночном сумраке.
— Кажись одолели, иродов, — поработавший воздушным почтальоном медведь, подошел к остальному экипажу, вытирая окровавленные лапы.
— Да мы их просто в тряпки порвали! — пропищал сорвавшимся голосом дракончик, который нарушил запрет енота покидать шлюпку до особого разрешения, и теперь стоял позади Карачуна.
— Надо их корабль к фелюге привязать, да так и тащить в порт, — протянул Рэйс, у которого в глазах туман наживы начал гасить огонь боя, — Сколько сможем сторговать за захваченный корабль пиратов?
— А ты кораблями управлять умеешь? — ехидно поинтересовался Карачун, — Запасных матросов у нас нет, вот как-то забыли захватить с собой пару десятков в суматохе.
На несколько долгих секунд над палубой повисла тишина. Внезапное осознание, что они находятся в ничуть не лучшем положении, чем захваченные пираты, сильно уменьшило радость от победы.
— Так это… я ж научу! — просиял капитан. — Идти-то нам по спокойному морю. Пойдем на их корабле, у них же двигатель есть, и топлива у них должно хватить. Это же не с парусной оснасткой, много матросов и не нужно. Кто-то следит за двигателем, кто-то прокладывает курс и рулит!
— Мда, это будет интересное путешествие… — протянул енот, — Рэйс, я сейчас этим олухам град небесный устрою, а ты готовь рысь. Еще пару-тройку раз их пощипаем, и будем принимать капитуляцию.
Глава 6
Ой, а где же моя бумажка?!! Ведь без неё — и не человек ведь!