Вперёд, купим счастье за деньги! (СИ)
— И что ты ей сказала? — спрашивает отец.
— Правду, что я могла еще ей сказать? — вот теперь голос матушки слегка раздражен. — Наша малышка хоть и потеряла память, но не глупа.
— Ты права.
— Насчет южных земель, они же одни из самых дорогих, — мама обескуражена. — Какой же там минус получился?!
— Огромный, — вздыхает отец.
— Сколько же ты вложил туда?
— Много, — сокрушается отец. — Я ведь был уверен все окупиться. Ведь даже маркиз Ласферанта вложился в это дело. А он всегда чует, когда дело прибыльное. Но вот в этот раз, что-то пошло не так.
Похоже отца обманули посулив большую прибыль, а в итоге он еще и должен остался. Плохо дело. Эвреника уже пытается обанкротить мою семью.
— Думаю если мы продадим южные земли и летний особняк в Перанте, то погасим не только долг, но и сможем вложить деньги в другой проект. Тогда у Селены будет время поправиться. Вчера заезжал барон Лейн, он предложил мне еще кое-что…
Хм, почему этот барон Лейн не кажется отцу подозрительным. Уже второй раз его на какую-то сомнительную инвестицию подговаривает. Надо в этом разобраться. Отговорить папу и позаботиться о том, чтобы наши финансы не пели романсы. И продавать южные земли ни в коем случае нельзя. Там есть парочка старых законсервированных угольных шахт, в которых в будущем по сюжету книги найдут алмазную руду.
Кардейн после моей смерти и падения семьи Брукхайм выкупил их и подарил Святой, а она как раз-таки и нашла залежи алмазов. Нет, такую полезную землю точно нельзя продавать. Но и организовать добычу алмазов прямо сейчас не получится.
Во-первых, вряд ли отец поверит мне, если я пойду к нему и скажу, что там закопаны несметные сокровища…
Последнее слово натолкнуло меня на одну мысль. А ведь я знаю одно местечко, где по сюжету книги и правда спрятаны невероятные сокровища. Я радостно хлопаю в ладоши и тут же осекаюсь. Вдруг меня кто-то услышит. Надо выйти отсюда и идти в гостиную, ждать герцога. Встречусь с ним, а потом составлю план по собственному обогащению. Довольная своей идеей я приоткрываю дверь кладовки, осматриваюсь по сторонам и выхожу. Поправляю платье, вдруг где-то складочка расправилась и бодрым шагом иду в гостиную. Сажусь у окна и воодушевленно смотрю на голубое небо. Если достану сокровища, смогу не только выплатить долги семьи, но и хватит припеваючи жить до самой глубокой старости, а может быть и на внуков хватит.
— Ты улыбаешься, — предаваясь своим мечтам, я совсем не заметила, как дверь гостиной открылась и сюда вошел герцог Кардейн. Я слегка вздрагиваю от неожиданности и тут же прячу улыбку. Встаю с маленького диванчика и со всем почтением приветствую гостя.
— Добро пожаловать Ваше Сиятельство.
— Я просил называть меня Габриэлем, — герцог преодолевает расстояние от двери до меня.
— Простите, но я еще не…
— Я знаю, — Кардейн не дает мне договорить. — Графиня любезно сообщает мне о твоем самочувствии. И ты еще не вспомнила меня.
— Мне жаль, — я смотрю ему прямо в глаза. Они у него очень красивые. Помню, в нашу первую встречу я сравнила их голубой цвет с топазами, из любимого гарнитура, что носит моя матушка по праздникам. Герцог долго смеялся. И я, ведь мне так понравился его смех. В груди предательски кольнуло. Вспомнив прошлую жизнь, я подумала что мои чувства к Кардейну не что иное, как прописанное событие из книги. Но что если я ошиблась?
— Вижу ты поправляешься, — произносит он медленно, глядя на меня сверху вниз. Мне всегда нравилось это. Ведь я выше большинства девушек, и даже некоторых мужчин. — У тебя румянец появился на щеках…
Я чувствую, как кончики пальцев Кардейна касаются моей щеки и обжигают кожу. Ой нет, только не это! Неужели я все-таки испытываю к нему какие-то чувства? Это плохо! Очень плохо. Я же не хочу умирать! Эвреника не даст мне спокойно жить, а мне с ней не справиться. Только Святая может это сделать с помощью своих очищающих сил…
Спасибо за ваши оценки, комментарии и добавления в библиотеку. Вы помогаете моему вдохновению работать усерднее.
3.3 Как избавиться от герцога
— Что вы делаете? — осипшим голосом спрашиваю герцога и пытаюсь отстраниться от него. Кардейн с улыбкой наблюдает за мной, будто считает мое поведение ужасно милым.
— Я так соскучился, Селена, — он пытается взять меня за руку, но я отдергиваю ее.
— Ваше Сиятельство, так нельзя, — я хмуро сажусь на свой маленький диван. Какое счастье, что рядом со мной нельзя сесть и герцогу придется… Да, что он творит?!
Я вылупив глаза смотрю, как этот сумасшедший садится на пол у моих ног. Подскочив словно ошпаренная, я отскакиваю от него подальше.
— Что вы делаете? — кажется я повторяюсь. Или этот чокнутый все время творит какую-то дичь? Раньше я такого за ним не замечала. Или живя в розовых очках влюбленности и правда перестаешь нормально думать головой?
— Я лишь хотел быть поближе к тебе, Селена, — произнеся мое имя с придыханием, он виновато склоняет голову, словно ждет что я его накажу.
— Ведите себя прилично Ваша Светлость! — я возмущенно отхожу от диванчика и косо поглядывая на герцога, сажусь на просторный бархатный диван, на котором обычно сидит моя мать встречаясь с подругами.
Кардейн поднимается на ноги, отряхивает несуществующие пылинки и идет ко мне, садится рядом и едва слышно хмыкает, когда я отодвигаюсь от него.
— Ты меня боишься?
— Я соблюдаю приличия, — сердито отвечаю и удостоверившись, что между нами находится диванная подушка, облегченно вздыхаю. Почему герцог так странно себя ведет? Не помню чтобы он был таким в книге со Святой. Да и в принципе раньше он тоже производил впечатление адекватного человека. — Ваше поведение… Вы всегда такой?
— Какой? — он так невинно смотрит на меня, словно я что-то себе напридумывала. Я решаю проигнорировать его вопрос и перевести тему разговора.
— Не хотите ли чая? — предлагаю ему. — Моя матушка недавно получила прекрасный набор чая из Карти. Он очень вкусный.
— Когда ты говоришь со мной, у меня ощущение будто ты вовсе и не теряла память, — Кардейн не отвечает на мое предложение. Вместо этого он сверлит меня взглядом. Это немного раздражает.
— Ваша Светлость, — я старательно улыбаюсь, чтобы скрыть свое раздражение, — даже если я потеряла память, это не значит, что я стала глупой или не могу предложить человеку чай.
— Ты злишься, — подмечает он.
— И вовсе нет, — моя натянутая улыбка становится чуть шире.
— У тебя морщинка появилась, — Кардейн указывает на свою переносицу. Я сдерживаюсь, хотя так и хочется высказать ему, что у меня из-за него не только морщины появляются, но седые волосы!
— Так вы будете пить чай? — снова предлагаю ему. Но Кардейн вновь игнорирует мое предложение.
— Ты изменилась, — неожиданно заявляет он. Я задумчиво кусаю уголок губы. Это правда? Вспомнив прошлую жизнь я стала другой? Возможно ли это?
Ведь я родилась и выросла в этой книге, ничего не помня о том, кем была раньше. Получила воспитание соответствующее своему статусу и лишь сейчас вспомнила свою первую жизнь. Неужели моя прежняя личность наложилась на нынешнюю. Может ли вообще такое быть?
— С тобой все хорошо Селена? — Кардейн беспокоится обо мне. Чтобы сейчас не делала. Как бы не поступала, он будет обо мне беспокоиться. Потому что любит меня. Так написано в книге. И его любовь не пройдет, пока разбитое сердце не вылечит Святая.
Но сейчас его сердце не разбито. Я смотрю на обаятельного, красивого и милого мужчину. Чтобы выжить я должна расстаться с ним. Он встретит Святую, избавится от Эвреники и заживет счастливой жизнью. Мне нет места в его будущем. И если я останусь в нем, я погибну.
— Я не люблю вас, — произношу медленно и четко. — Я не знаю вас. Сколько бы не смотрела на вас, вы не выглядите тем, кого я могла бы полюбить. Вы вообще уверены, что я хотела за вас замуж потому что влюблена? Вдруг я делала это из-за того, что моя семья на грани банкротства?
— Селена!? — сразу два голоса, один возмущенный, а другой ошарашенный произнесли мое имя. Графиня Брукхайм, с серебряным подносом полным угощений в руках, застыла у дверей. Я вскочила испуганно глядя на нее.