Магистр бессильных слов (СИ)

— А я не думал, что квалифицированный охранный маг не может справиться с такой ситуацией! — заявил уязвленный Иштван.
— Моя основная стихия — огонь, — напомнила магичка. — Хотите чтобы я расплавила наручники? Заодно поджарив вас на этом стуле.
— Просто выгляните за дверь. Там наверняка кто-нибудь подслушивает. Возможно, у него найдутся ключи.
— Вообще-то я сразу навесила сферу тишины, — заметила магичка, подходя к двери.
— Людям свойственно не терять надежды, — вздохнул Иштван.
И действительно магичка сразу выловила за дверью одного из арестовывавших Иштвана полицейских, вероятно подосланного поручиком Кираем шпионить. У него оказались ключи от наручников, правда, не было желания их отдавать. Госпоже Вессне пришлось демонстрировать свой магический жетон, чтобы подтвердить полномочия и добиться послушания.
Освобожденный наконец от стула Иштван тряс руками, чувствуя как тысячи мелких колючек изнутри кусают онемевшие нервы, и косился на перебирающую содержимое кираевской папки магичку. Если бы она предложила сейчас еще “подуть”, он бы согласился? Впрочем, конечно, если бы ей захотелось это сделать, она бы не предлагала, а просто подошла и…
— Действуйте щипками, щипками, — не отрываясь от папки, порекомендовала магичка и, продемонстрировала технику, сомкнув и разомкнув аккуратные розовые ногти большого и указательного пальцев.
Слегка разочарованный Иштван пару раз щипнул себя и решил, что лучше подождать, пока само пройдет.
— И как мы с вами будем искать Аннель? — задал Иштван наиболее всего волнующий его вопрос.
— А как вы собирались это делать без меня?
Иштван пожал плечами. Никакого плана у него не было. Разве что срочно созвать Ложу и посоветоваться с трубадурами. Пусть и не очень достойно учителя перекладывать ответственность на учеников, но хоть разделить немного. Сейчас он теоретически делил ее с квалифицированным магом, но легче от этого почему-то не делалось.
— Может, для начала выберемся отсюда? — предложил он. — Мне здесь не нравится. Грязь, паутина…
— А я, напротив, думаю, что стоит задержать вас здесь подольше.
— За что? — напрягся Иштван.
— Следовало спросить “зачем”, - усмехнулась магичка. — Ваша ученица влюблена в вас, учитель Йонаш?
— Эээээ… Ммммм… — поперхнулся Иштван. — С чего вы взяли?
— Она сбежала из дома, потому что вас уволили. И направлялась именно к вам.
— Аннель сбежала, потому что поссорилась с отцом! Граф Шекай — человек холодный и эгоистичный, а матери у девочки нет. И ко мне она направилась, поскольку доверяет мне.
— То есть влюбленности точно нет? Подумайте, это важно.
— Ммммм… Не знаю! — простонал Иштван в отчаянии. — Наедине со мной Аннель иногда дразнила меня… Ну, там строила умоляющие глазки, твердила, как соскучилась, спрашивала, когда новое свидание. Ей нравилось играть в романтичную la belle dame…
— А вы?
— Что я?
— Как реагировали на эти игры?
— Не обращал внимания, — пожал плечами Иштван и поправился: — Ну, то есть делал вид, что не обращаю.
— Отличная стратегия, чтобы подогреть к себе интерес! — усмехнулась магичка.
— Простите, не знал! — рассердился Иштван. — Девочке всего пятнадцать. Как я по-вашему должен был реагировать? Да и нечасто мы оставались вдвоем. На заседаниях Ложи трубадуров всегда бывали и другие ученики, а на уроках в городском доме обычно присутствовала домоправительница графа Шекая. И как гипотетическая влюбленность Аннели может помочь нам отыскать ее?
— Слухи о вашем аресте наверняка уже распространились в городе, — сказала магичка. — Когда ваша Аннель узнает, что вас обвиняют в ее похищении, неужели романтичначная девушка не захочет спасти возлюбленного так же страстно, как вы рветесь искать ее? Думаю, если она истинно ваша ученица, она может решить пожертвовать собой и вернется сама. Или же ее мотивом будет не жертвенность, а мысль, что теперь вам придется на ней жениться.
— Не стал бы рассчитывать на слухи в таком важном деле, — возразил Иштван, — тем более, что официально меня обвинили всего лишь в каких-то беспорядках. Вот если назначить мою публичную казнь, и чтобы глашатаи громко объявляли ее на всех перекрестках…
 
— Отличная идея! — одобрила магичка.
Иштван покосился на нее с сомнением:
— Вообще-то это была гипербола, призванная подчеркнуть, что нельзя ждать, пока Аннель вернется сама. Нужно что-то делать!
— Давайте что-то делать, — легко согласилась магичка, подошла к двери и распахнула ее настежь.
  
Глава 9. Обвинители и защитники
 
Мужскою гордостью упрямо
Не поступлюсь, конечно, я,
И если мой защитник — дама,
То дама быть должна моя!
Й.
В дверном проеме возвышался граф Шекай, как опять-таки в картинной раме, только на этот раз дешево-облезлой. И данное полотно больше тянуло на жанровое. Граф был безукоризненно элегантен и как всегда при звезде ордена Большого креста, но с слегка перекошенным от гнева ртом и грозно воздетой рукой, которой он как раз колотил в дверь. Стучал он, скорее всего, давно и безответно, так как сфера тишины работала в обе стороны, и сейчас очень походил на невовремя вернувшегося мужа, заставшего жену запершейся с любовником в семейной спальне.
Дополнительный трагизм ситуации придавало наличие свидетелей из числа подчиненных рогатого супруга — за спиной графа маячили силуэты изнывающих от неловкости поручика Кирая и давешних конвоиров.
— Вы что-то хотели, господа? — безмятежно поинтересовалась магичка.
— Его! — не счел нужным притворяться граф и ткнул в неверную половину, то есть в Иштвана. — Мне он нужен!
— Мне тоже. Господин Йонаш — как персона, владеющая важной информацией по делу о проклятиях — находится под надзором департамента магического контроля в лице старшего инспектора Мии Вессне, то есть моем. Так что этого важного свидетеля я забираю.
— Не имеете права! — зашипел граф.
— Имею, имею, — утешила магичка, помахав своим жетоном.
— Имеет, — хмуро подтвердил поручик Кирай.
— Вы не можете забрать отсюда Йонаша, потому что он главный подозреваемый в деле о похищении человека! — повысил голос граф. — А это дело к вашему магконтролю никак не относится!
— А вы кто вообще такой? — ледяным тоном поинтересовалась Мия.
— Я граф Агостон Шекай! — выкрикнул граф, явно не ожидавший, что кому-то может быть неизвестно кто он.
— Вы гражданское лицо, и обсуждать с вами полицейские вопросы я не стану, потому расслабьтесь и помолчите пока. Поручик Кирай, что еще за похищение? Когда было открыто дело?
— Сегодня, — буркнул Кирай безрадостно, формальные правила делопроизводства он знал. — Похищена несовершеннолетняя девушка.
— А постановление об изъятии дела о проклятиях подписано вчера, — пожала плечами магичка. — Ничем не могу помочь. Идемте, учитель Йонаш.
Граф, потрясенный тем, что кто-то смеет ему указывать, беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь что-то выдавить, но лишь багровея от натуги, и наконец в бессильной ярости топнул ногой. Но старший инспектор Вессне на него даже не посмотрела.
— Когда было совершено похищение? — обратилась она по-прежнему к Кираю.
— Прошлой ночью.
— Тогда могу вас обрадовать, господа, у учителя Йонаша неопровержимое алиби на это время.
— Какое?! — воскликнули все трое, Иштван, к счастью, мысленно, а граф беззвучно.
— Как я и сказала — неопровержимое, — магичка мило улыбнулась. — Всю прошлую ночь господин Йонаш провел со мной и, уверяю вас, ни в какой несовершеннолетней девушке мы не нуждались и никого не похищали. И, кстати, поручик Кирай, имейте в виду, на вас зафиксирована жалоба за превышение полномочий и применение силовых методов в ходе ведения допроса.
 
— Эээээ… Мммм… — сказал поручик. Иштван то же самое думал уже некоторое время.
— Перенаправлю ли я эту жалобу в вышестоящие инстанции, будет зависеть от пожеланий и хм… состояния господина Йонаша. А сейчас позвольте нам пройти. Мне пора и делом наконец заняться!