Госпожа проводница эфира

И столько тоски было в ее голосе…
– Не только Феликс, – ответила я ей. – Ты тоже можешь. Ты же сильфида, дух воздуха. Забыла?
– Ой! А…как?
– Ты меня спрашиваешь? – Я полюбовалась ее растерянным лицом. – Просто принимай свою воздушную форму и лети.
– Да-а-а? А так можно? – протянула она, прислушиваясь к себе.
– Эх, я бы тоже полетал! – лежа на животе и болтая согнутыми в коленях и поднятыми вверх ногами, звонко сказал Ориэль.
– Да-а-а… – протянула я, оглядывая бесконечные небеса, расстилавшиеся перед нами.
– Позвольте, – вперед принялся пробираться филиур.
Чтобы пропустить его, волку пришлось выбраться на крыльцо вместе со мной. Я так и продолжала сидеть на нем, как на лошади.
Наш пернатый и крылатый вышел, осторожно спустился по ступенькам. Оглянулся на нас и полупал глазищами.
– Я ух-ху?
– Угу, – со смешком разрешила я.
– Ух! – И он просто взял и прыгнул вниз.
С курлыканьем провалился сквозь слой облаков и скрылся из виду.
– Ой! – пискнул цейлин.
– Мамочки! – воскликнула я и попыталась соскочить с волка, но он мне не позволил.
– Феликс! – испуганно вскрикнула Леслия, привязавшаяся к нашему милейшему портье.
И вдруг ее тело стало совсем прозрачным и словно нематериальным. А потом она легко выскользнула из платья через ворот…
В мультфильмах так рисуют воздушных существ: прозрачная струя уплотненного газа. Эдакая длинная прозрачная газовая змея с головой человека.
– Феликс, я с тобой! – крикнула сильфида, принявшая свой воздушный облик, и рванула вниз.
– Я в шоке! – задумчиво обронила я, покосившись на оставшиеся на крыльце туфельки и платье Леслии. – Рауль, дай мне сойти. Хочу потрогать эту субстанцию, которая типа облако.
Отпускать меня волку ужасно не хотелось. Я каким-то десятым чувством ощущала его эмоции. А еще я вдруг начала потихоньку понимать мир, в который мы перенеслись.
Его эфир был скудный на информацию, делиться ею не хотел. Но крупинки все же просачивались, и я примерно понимала уже, чего, точнее, кого нам ждать. И, конечно же, это будут существа с перьями. Такими, какими неведомым образом чихал наш призрак.
Как такое возможно – даже вообразить не могу. Моей убогой фантазии на такое не хватает.
Я все же соскользнула со спины своего мохнатого «скакуна», подошла к Ориэлю, разулась и, присев рядом, свесила босые ноги вниз, чтобы хотя бы ступнями потрогать облака.
Мягкие и прохладные. Но не как пар или туман, а словно мягкий пух.
Тут, заставив нас вздрогнуть, снизу прорвались к небу Феликс и Леслия. Филиур махал крыльями и парил, а сильфида нарезала круги, спирали или просто струилась, будто длинная толстая паутинка на ветру. Им явно было весело вдвоем там, наверху. Два летучих существа наслаждались полетом.
Я повернулась к волку, усевшемуся рядом со мной.
– Если ты станешь бесплотным призраком, сможешь присоединиться к ним и побегать по этому… мягкому. Не провалишься, в отличие от нас с Ориэлем.
В зеленых глазах волка мелькнул явный интерес, он даже подался вперед, но потом замер. Лизнул меня в щеку, ткнулся носом в ухо, обдав горячим дыханием, и остался сидеть.
Следующие полчаса мы трое с крыльца наблюдали за тем, как резвятся в небесах филиур и сильфида, дышали свежим воздухом, любовались невероятными видами и ждали.
– Гнездо-ш-ш? – услышала я тихий шепот.
Рауль чутко повел ушами и прислушался.
– Гнездо-ш-ш. Безопас-с-с-снош-ш… Хищ-щ-щник… – продолжал шипяще кто-то комментировать.
Этот пока невидимый некто становился ближе, но пока что я не видела его. Ориэль никак не реагировал, а вот волк поднялся на лапы и с интересом уставился на облачную массу слева от крыльца. Именно оттуда доносился шепот.
И вдруг сквозь пар вынырнула голова некоего существа. Это была явно рептилия, только почему-то покрытая не чешуей, а маленькими перышками. Как птица.
Мы с этим… пернатым уставились друг на друга.
 
– Ой! – испуганно подскочил Ориэль и перебрался к открытой двери в отель.
Я продолжала сидеть, понимая своим странным даром, что это как раз тот, кого мы ждали. Новый гость отеля. Точнее, гостья. Я знала, что это самка. Правда, об остальном эфир молчал, больше никакой информации не поступало.
– Приветствую вас, – обратилась я к ней. – Я управляющая этого… гм… гостевого гнезда для тех, кто нуждается в передышке, находится в трудной жизненной ситуации, попал в беду и ему нужно где-то пережить этот тяжелый период. Для гостей здесь множество комфортных и уютных зон. Имеются песочный пляж и море. Болото. Свободна пустыня с жарким песком, палящим солнцем и оазисом. Еще тропический лес. Космос и мрак я не предлагаю, уверена, они вам не подойдут. Оплата за проживание и питание принимается различная, можем обсудить. Вам что-то из предложенного подойдет?
– Пес-сок? – в глазах покрытой перьями змеи мелькнула искра заинтересованности.
– Агата, ты чего шипишь? – спросил вдруг цейлин. – Оно не испугается. Ты не агрессивно шипишь.
– Что? – Я отвлеклась от своей дивной собеседницы и оглянулась на Ориэля. – Ты о чем? Почему шиплю?
– Вот я и спрашиваю. Вы зачем-то шипите друг на друга.
Я похлопала глазами. Спросила у Рауля:
– Ты тоже слышишь шипение? – Волк кивнул. – А слов не понимаешь? – в ответ отрицательный жест.
Хм. Очень интересно. Ладно, разберемся.
– Так что вы выбираете? – вернулась я к разговору с неведомой пернатой зверушкой.
– Пес-с-сок. Ж-ж-жаркое солнце. Оазис-с-с. Веди, раз-з-зумное.
И тут эта новая постоялица начала вытягиваться из облака и вползать на крыльцо. И вот ее тело ползет, ползет, ползет, свивается кольцом, а я все офигеваю, офигеваю и офигеваю.
Представьте себе змею. Или лучше даже пузатую гусеницу. Толщиной с бочку, длиной… ну… много метров. Не знаю сколько. Возможно, пятьдесят. Но это не точно. И все ее тело покрыто перьями, даже голова. И все они разных цветов. Черные, белые, рыжие, бежевые, крапчатые.
Такой пернатый пестрый змеедракон. Потому что еще имелось много маленьких крылышек. И множество маленьких лапок, как у ящерки или, скорее уж, как у сороконожки. А на кончике хвоста перья длинные и остевые, как у птиц.
Это дивное создание втянулось, свернулось кольцами, прижало лапки к груди, крылышки сложило и уставилось на меня в ожидании.
– Кха… М-да… – отмерла я от ступора. – Так, значит, пустыня с оазисом, жарким солнцем и горячим песком. К оплате принимаются: телесные жидкости или наросты – слюна, кровь, слизь, яд, волосы, перья, когти, чешуя, скинутая шкура. Главное, чтобы их можно было как-то использовать. Также можно оплатить магической энергией, если таковая имеется. Или иными волшебными… мм-м… субстанциями и веществами.
– Агата, – снова позвал меня Ориэль. – Ты с этим существом общаешься?
– Да. Только это она, самка.
– Я вижу, она беременная.
Я подавилась фразой, которую хотела произнести. Вот только беременных пернатых змеедракониц у нас еще не было. Надеюсь, она не вздумает родить прямо сейчас.
– Вы ждете дитя? – все же осторожно спросила я у потенциальной постоялицы.
– Детей-с-с-с, – скользнул из пасти длинный раздвоенный язык, и повеяло опасностью. – Как уз-з-нала?
– Он лекарь, – указала я за спину. – Целитель. Нужна его помощь?
– Нуж-ж-жна… Рож-ж-жать… Помощ-щ-щь… Без-зопас-с-снос-с-сть…
– Хорошо, – медленно кивнула я, начиная понимать, что происходит.
– Плата-с-с – перья-с… Много-с… Пос-сле родов… Сброш-ш-шу… Ц-ценные… Маги з-з-знают… Ох-х-хотятс-с-ся на них-х-х…
Кивнув, я положила руку на спину призрачного волка, внимательно прислушивающегося к нашей беседе. Но он явно не понимал слов. А я уже осознала, что мы общаемся на змеином языке.
Вот и пригодился дар нагайны. Кто бы мог предположить: когда и как! Очень хотелось прикрыть глаза ладонью в типичном фейспалме.