Дикие Фейри (СИ)

Я неуверенно опустилась в его пространство и провела пальцами по прохладным простыням. Были ли это те простыни, на которых он спал в ночь перед смертью? Или кровать была разобрана и застелена заново, как будто его здесь вообще никогда не было?
Матрас прогибался подо мной и я продолжала медленно водить руками по простыне, откидываясь назад, пока не оказалась на его месте.
Я издала дрожащий вздох, одна слезинка выскользнула из уголка моего глаза и сбежала по щеке, чтобы впитаться в его подушку.
Что с тобой случилось? Как ты докатился до жизни такой, медведь Гэр? Ты ведь знаешь, что забрал с собой самое лучшее, когда умер, не так ли? Потому что я оставалась лучшей частью себя только тогда, когда ты был рядом и пробуждал во мне свет. Посмотри на меня сейчас, посмотри, что осталось без тебя…
Я обхватила себя руками за грудь, повернулась и прижалась лицом к его подушке, надеясь почувствовать себя ближе к нему. Но его тут не было. Не было ни запаха, ни чувства, ни ощущения его присутствия. Это была просто пустая кровать. Это место уже забыло о нем.
Боль поднялась внутри меня, словно она только и ждала этого момента, желая поглотить меня целиком.
На какое-то время я отдалась бездне, давая волю слезам и желая о многих вещах, которых у меня больше никогда не будет.
Например, когда он всегда обнимал меня одной рукой, но сжимал вдвое сильнее, чтобы компенсировать это. Или то, как он забирался в мою кровать и обнимал меня, когда мы были маленькими, а мама работала в клубе. Он всегда говорил, что это для того, чтобы убедиться, что я не боюсь. Но мы оба знали, что правда в том, что именно он не любил темноту. А теперь он навсегда потерялся в темноте. И я не могла быть рядом, чтобы обнять его.
Моя душа жаждала хоть чего-то от него, хоть чего-то, хоть малейшего ощущения его присутствия, чтобы напомнить мне, что он был здесь. Моя магия выскользнула из моего тела, охотясь, ища, ища его. И на краю моих чувств появилось покалывание.
Я взволнованно вздохнула и перевернулась на спину.
Покалывание все еще было там, прямо передо мной. Я инстинктивно потянулась вверх, ощущая знакомый след его силы. Кончики пальцев коснулись пружин кровати над моей, где спала Эми и я почти отбросил эту мысль, так как ничего там не обнаружил.
Но ноющее чувство в моем нутре заставило меня провести пальцами взад-вперед по пружинам, снова ища… что-то.
Слезы перестали капать, когда я сосредоточилась на слабой магической вибрации, которая звала меня и затихла, когда ее эхо покалывало кончики моих пальцев. Я сосредоточенно нахмурилась, вливая свою силу в ладонь, ища признаки магического сокрытия. Мое внимание привлек малейший намек на силу и я ухватилась за него, грубо дергая своей магией.
В последний момент я почувствовала сигнализацию, вплетенную в магию, но это не имело значения. Только тот, кто наложил это заклинание, почувствует сигнал тревоги, когда оно сработает, и я достаточно хорошо узнала магию, с которой работала, чтобы понять, что это магия Гарета. Если бы он мог услышать это в загробном мире, то, возможно, он знал бы, что я все еще работаю, чтобы отомстить за него. Но я в этом сомневалась. Он оставил здесь свою магию так же, как оставил меня. Забытой и одинокой.
Это заклинание было намного сложнее того, которое он наложил на свой тайник в стене, но с решительным рывком моя магия разорвала его и в матрасе надо мной появилась маленькая щель.
Я просунула в нее пальцы, стараясь не потревожить Эми, хотя, если все Львиные перевертыши спят так же крепко, как Леон, вряд ли мне есть о чем беспокоиться.
Что-то упало мне в руку и я удивленно посмотрела на одноразовый телефон, перевернув его на ладони.
Я перевернула его назад и нажала большим пальцем на кнопку включения, струйка адреналина хлынула через меня, когда он включился.
Это был простой девайс, предназначенный только для звонков и сообщений, я быстро открыла окно сообщений, чтобы посмотреть, что там скрывается.
Мои губы приоткрылись, а сердце выстукивало дикую мелодию, когда я обнаружила след сообщений от этого телефона к Габриэля Нокса. Я пролистала до самого верха и нашла сообщение, наполненное изображениями. Я нахмурилась, увидев список альтернативных личностей с прикрепленной к ним фотографией Габриэля. Он сказал, что за ним кто-то охотится… возможно, это часть его планов побега вместе с той квартирой, куда он меня привел. Но почему кто-то должен был его искать? И как мой брат догадался об этом?
 
Я прочла следующие сообщения, пожевав внутреннюю сторону щеки, когда прочитала требования Гарета о деньгах. Неужели именно здесь он получал деньги, которые отправлял домой? Но тогда почему он торговал и Киллблейзом?
Похоже, Гарет начал с того, что потребовал все содержимое банковского счета Габриэля, но в конце концов согласился на выплату в размере тысячи аур в месяц. Как только они договорились об этом, в месяц приходило всего два сообщения. Одно от Гарета, напоминающее Габриэлю о необходимости заплатить. И каждое из этих сообщений сопровождалось обещаниями, что в один прекрасный день он узнает, кто его шантажирует и сделает с ним всевозможные болезненные и творческие вещи.
Мое нутро сжалось. Неужели это то, что случилось с Гаретом? Выяснил ли Габриэль, кто его шантажировал и выполнил ли свои угрозы?
Последние сообщения были отправлены чуть больше двух месяцев назад. За несколько дней до смерти Гарета. Габриэль подтвердил, что его последний платеж прошел и поклялся выбить Гарету все зубы, когда найдет его, а затем насильно скормить их ему, пока он не подавится ими.
Какого черта тебе понадобилось шантажировать кого-то столь могущественного, как Габриэль Нокс, Гарет?
Я с трудом могла смириться с мыслью, что мой беззаботный брат вообще кого-то шантажирует. Зачем ему понадобились эти деньги? Он не стал бы делать это просто из жадности. Здесь была какая-то более веская причина и мы точно не получали тысячу аур каждый месяц в дополнение к маминой зарплате. У самого Гарета не было ничего особенно дорогого. Значит, эти деньги должны были на что-то пойти. Но на что?
Мои мысли вихрились и я не знала, что делать. У меня был телефон, но какая от него польза?
Я крутила его в пальцах, пытаясь придумать план. Мне нужно было узнать, выяснил ли Габриэль, кто его шантажирует, или нет. Меня начало трясти, когда я подумала об ужасной возможности того, что я переспала с убийцей своего брата. Но я выдернула эту мысль за волосы, не позволяя себе делать поспешные выводы. Сначала я должна была получить доказательства.
Мой взгляд задержался на телефоне, который я держала в руке и тут меня осенила идея.
Я встала с кровати на одном дыхании, схватила свой Атлас и школьную сумку и направилась к выходу.
Я взглянула на Леона, когда уходила, но он все еще спал, поэтому я просто закрыла за собой дверь и направилась по темному коридору к своей комнате.
Я остановилась у входа, прислушиваясь, чтобы убедиться, что за дверью раздалось три удара сердца, прежде чем проскользнуть внутрь.
Я тихо закрыла дверь и забралась на свою кровать, прислушиваясь к тяжелому дыханию вокруг меня, чтобы убедиться, что никто из моих соседей по комнате не заметил моего появления. Я расположилась так, чтобы одеяла были натянуты вокруг меня, а мои глаза были устремлены на Габриэля.
Я уже не знала, как к нему относиться. В одну минуту он спасал мне жизнь, в другую — лгал обо всем, чему я была свидетелем, представляя меня как бредового наркомана. А теперь у меня был этот телефон… Может быть, ответ все это время был у меня перед глазами. Может быть, он не хотел помогать мне найти человека в лесу, потому что был как-то связан с ним. Возможно, они работали вместе в секте серийных убийц и он просто спас меня, потому что действительно верил, что я могу быть его Элизианской Парой. Он сказал, что искал меня, потому что почувствовал, что я в беде, но что, если правда в том, что он был там все это время? Прятался под одним из этих плащей вместе с другими уродами?