Моя вдова (СИ)

— Что вы имеете в виду?
— Он прекрасно нас слышит сейчас на подсознательном уровне, но никак не может проснуться. Ему нужен какой-то всплеск, превосходная новость, что-то неожиданное, приятное, понимаете? Может вы ждете от него ребенка?
— Нет, что вы… — я покачала головой. — Я вас поняла.
— И знаете что? — доктор замолчал и уставился на Руслана. — Мне кажется, что он не будет, таким как прежде. Это я говорю к тому, чтобы вы ждали лучшего, но готовились к худшему. Осколок был глубоко и есть вероятность повреждения нервных окончаний.
— Руслан сильный, он обязательно справится со всем.
— Будем на это надеяться. — после этого он ушел, оставляя меня полностью сломленной и разбитой.
Руслан лежал в платной палате, поэтому здесь имелся отдельный душ и все средства гигиены. Я привела себя в порядок по-быстрому и снова села к мужчине, переплетая наши пальцы. Но тут же мой телефон заиграл на всю палату. Я быстро приняла звонок, не взглянув на кран.
— Привет. — услышала голос Владимира.
— Привет. — поздоровалась, а сама виновато смотрела на Руслана.
— Ты где?
— Прости, мне пришлось срочно покинуть страну.
— В чем была такая срочность?
— Мне очень жаль, но нам нужно закончить всё.
— А что заканчивать-то, Ир? — усмехнулся мужчина в трубку. Я знала, что если бы Руслан не спал, слышал бы моего собеседника прекрасно. — Разве у нас были какие-то отношения? Взрослые люди, а дальше поцелуев не заходило ни разу.
— Я понимаю, но не могу переступить через себя.
— Ты у него?
— Руслан попал в больницу, я не могу его оставить в таком состоянии.
— Я знаю, Ир, только вот тебя не понимаю. Он ведь в коме находится, была серьезная авария. Если он станет овощем? Ты что будешь делать?
— Любить его буду, Вов. — повисло молчание. Мужчину шокировало моё признание, это факт.
— Удачи тебе. Я буду очень рад, если он поправится и сделает тебя счастливой. Мой номер у тебя есть, всегда можешь на меня рассчитывать.
— Ты знал?
— Знал, поэтому и позвонил.
— Спасибо тебе… — прошептала, глотая слезы.
— Береги себя. — он отключился, а я снова заплакала.
Через пол часа приехали родители Руслана. К этому времени я уже успела успокоиться и снова настроиться на хорошее.
Кристина Олеговна уговаривала меня поехать к ним и отоспаться, но я даже думать не хотела о том, чтобы разлучиться с Русланом. Тогда Эдуард Эдуардович договорился с врачом и в палату принесли еще одну кровать. Все понимали, что я уговаривать меня бесполезно. Через час привезли мои вещи, которым я была безумно рада. Находиться в брюках и рубашке было не очень удобно.
К вечеру я снова осталась одна с Русланом, родители уехали домой. Кровать мне не понадобилась, спала я сидя на стуле, держа его за руку.
Дни пролетали незаметно. Прошло уже восемь дней, как Руслан находился в коме. Никаких сдвигов не было, лишь писк аппаратов удостоверял в том, что он жив.
Я ночевала каждую ночь с ним, один раз оставалась со мной Кристина Олеговна. Сказать, что это была легкая неделя, значит солгать. Я почти ничего не ела, не хотела ни с кем разговаривать, кроме Руслана. Рассказывала ему о прошлом, о Саше иногда, о своем детстве и о том, как жить без него не могу. Плакала каждый день, молила Бога не забирать его у меня, снова успокаивалась и верила в лучшее.
Родители каждый день звонили, но я не могла разговаривать. Солгала о том, что в длительной командировке.
Затем пролетело еще десять дней, но так ничего и не изменилось. Руслан не реагировал ни на что. Кристина Олеговна стала маленькой девочкой, исхудав на нервной почве, я же почернела от переживаний и стресса.
На двадцатый день, в палате появились неожиданные гости. Причем неожиданные для всех, не только для меня…
  
Глава 33
 
Ирина
Наше время
— Мама? Папа? — я округлила глаза на своих родителей.
— Господи. — мама прикрыла рот рукой, взглянув на меня и на Руслана.
— Вы как здесь? — спросила я, обнимая их по очереди.
— По телевизору увидели Руслана и сразу догадались о твоей командировке. — ответил папа и поцеловал меня в макушку, направился к Эдуарду Эдуардовичу.
 
— Простите? — пробормотала я, пряча глаза от мамы.
— Ира, почему ты сразу не сказала? Он ведь копия наш Сашка. — заплакала мама.
— Это его брат, мам. Не хотела вас пугать, да и все как-то неожиданно случилось.
Пока родители знакомились с родителями Руслана, я наблюдала за ними. Когда-то Саша мечтал об этом, чтобы наши родители сдружились. Но к сожалению, его мечты не сбылись, родных у него не было.
Мама гладила Руслана по руке, причитая, что он копия их Сашка. Плакала, что не хочет терять такого зятя, наплевав на мои замечания. Затем Кристина Олеговна забрала их к себе, отдохнуть с дороги, а Эдуард Эдуардович уехал на работу.
Свою работу я оставила на Алексея Петровича. По сообщениям поняла, что они справляются неплохо и без меня.
Вечером приняв наскоро душ, я пододвинула наши кровати вплотную и легла, переплетая наши пальцы с Русланом. Бессонные ночи за долгие дни дали о себе знать. Я уснула сразу же, не отпуская его руки.
Проснулась от чьего-то пристального взгляда. Подскочила на кровати и ничего не понимая, начала смотреть по сторонам. В палате не было никого. Я повернула голову в сторону Руслана и замерла. Он пристально смотрел мне в глаза.
— Руслан… — прошептала я дрожащим голосом. — Господи… — я соскочила с кровати и встала перед ним на колени, хватаясь за руку. — Руслан… наконец-то…я сейчас доктора позову…хорошо? — меня трясло так, что я думала даже встать не смогу. А он молчал. Просто смотрел на меня и молчал.
Я выбежала в коридор и начала кричать, как сумасшедшая. Просила, чтобы пригласили доктора. Через пару минут в палату вошли несколько докторов. Они окружили Руслана, что-то спрашивали, но самое страшное, что я не слышала что он им отвечал. Он молчал.
Около получаса они осматривали его, пока я звонила его родителям, которые уже ехали сюда. Они тоже накинулись на него с расспросами, после докторов, а я стояла в сторонке и не могла даже пошевелиться. Его убийственный взгляд в мою сторону, не давал мне смелости подойти.
Через час ему поставили укол и он заснул. Только тогда я смогла выдохнуть и немного расслабиться.
— Господи, Ира, ты вся бледная. — причитала Кристина Олеговна, усаживая меня на кровать. — Радоваться надо, а ты чего вся трясешься?
— Почему он молчит? — пролепетала я.
— Мы пока не знаем, ему нужно немного времени. Доктор сказал, что скорее всего он пока не отошел от шока.
— Где мои родители?
— Они на первом этаже, их не впустили сюда.
— У них сегодня самолет, мне нужно их проводить. — я попыталась встать, но не смогла. Стресс сказался на мне так, что я была абсолютно без сил.
— Куда ты в таком состоянии? Мы сами их проводим, а ты побудь с Русланом. Думаю когда он очнется, вам будет о чем поговорить. Я вечером тебе позвоню, хорошо? — я лишь кивнула.
Попрощалась со своими родителями, пообещав звонить каждый день с отчетом и вернулась в палату. Снова плакала, понимая, что он не рад был меня видеть. Впервые за эти дни, захотелось покурить. Я накинула свое пальто и вышла на улицу. Я ни разу не выходила на улицу за эти дни, не было желания.
Села на лавочку и закурила сигарету, наплевав на то, что курить здесь запрещено. От первой затяжки голова тут же закружилась. Выкурив одну сигарету, тут же закурила следующую. В голове было столько вопросов, что казалось она сейчас взорвется.
Вернулась в палату, умылась и села на стул. Брать за руку не решилась, вдруг оттолкнет. Любовалась им, не замечая никаких ссадин и синяков. Они к слову уже почти сошли.
Руслан открыл глаза и мы встретились взглядом. Его испепеляющий и мой, пустой и обреченный.
— Привет. — прошептала, стараясь не выдать своего волнения. Он молчал. — Я рада, что ты пришел в себя. — снова тишина. — Ты не можешь говорить? — но он лишь прикрыл глаза.