Единственная для Хранителя Закона (СИ)

Темная фигура пошла рябью и исчезла. Оглушительная тишина сменилась гомоном, который, впрочем, быстро захлебнулся.
На помосте оказалась рыжекосая красавица — Нольвен. Она, хищно улыбаясь, пояснила:
— Проклятье спадет с ваших голосовых связок через три минуты. А сейчас слушайте внимательно: опуститесь на землю, примите удобную позу. И говорю сразу: тот, кто откроет портал и тем самым разобьет этот щит… О, ребят, фирменное проклятье рода Лавант перейдет на вас, вашу семью, друзей, возлюбленных, домашних питомцев.
— Держите спину, квэнни Эйлин, — шепнул Дориан. — До возвращения…
Вы понимаете кого, всего сорок минут. Мы должны потянуть время.
— Почему они не убьют всех нас? — недоуменно спросила я. — Если удалось заманить под купол, то…
— Хранитель Теней здесь, — сказала услышавшая меня Лиарет. — В прошлом духам Разлома удавалось дойти до столицы Срединной Империи. Хранитель Теней нужен им живым и скованным по рукам и ногам.
— Кстати, Лиа, — позвала ее Маэлин, — ты можешь уйти тропой теней?
Или отослать кого-нибудь?
— Они знали, что делали, — грустно произнесла Лиарет, — любое прикосновение к изнанке разрушит купол.
А на куполе так и оставалось изображение детских лиц. И, судя по горестному плачу, здесь находились их родители.
Стало душно. На лицо будто опустилась тяжелая подушка.
— Держите спину, квэнни Эйлин, — хрипло произнес Дориан. — Держите спину. Север не покорится.
— Север не покорится, — эхом откликнулась я.
Перед глазами плясали темные мушки. Тело сходило с ума от отсутствия воздуха, а разум… Разум корчился в ужасе от осознания: квэнни, которая «подсказала идею», — я. Это я прикрылась увечным щитом!
Прикрылась, да еще и радовалась: ух, какая потрясающая затея. Тело содрогалось в спазмах. Я пыталась держать спину, но получалось лишь запрокидывать голову и надсадно хрипеть, пытаясь втянуть хоть немного воздуха!
Не представляю, сколько прошло времени, но воздух, живительный, восхитительный, необходимый воздух начал возвращаться!
Окончательно придя в себя, я дернулась и тут же болезненно зашипела: в период беспамятства я так вцепилась в подлокотники стула, что сейчас не сразу смогла разжать пальцы.
— Кто бы мог подумать, что самое важное на свете — это то, что мы не замечаем в повседневной жизни, — хрипло произнесла Лиарет, и я, разлепив слипшиеся от слез ресницы, согласно угукнула.
Дориан все еще был без сознания, как, впрочем, и все, кто изображал Хранителей. Почему?
«Потому что никакие ритуалы даром не проходят, — напомнила я сама себе. — И на пользу не идут».
Протянув руку, я коснулась шеи Дориана и выдохнула: пульс есть. От моего прикосновения боец вздрогнул и открыл глаза:
— Я много пропустил?
— Мы все только-только глаза открыли, — сказала я и кивнула на купол, — он еще не начал светлеть. Но вряд ли у нас много времени.
Поднявшись на ноги, я чуть потянулась, разминая затекшее тело. Дориан же, посмотрев на купол, поежился и мрачно произнес:
— Нам нужно дождаться прихода Хранителей.
— Вера в королей Сагерта прекрасна, — Маэлин гневно сдула с лица золотую прядку, — вот только они не на пикнике. И вернутся без сил. Все, что они смогут, — героически сдохнуть рядом с нами.
Мы замолчали. Мне было страшно стыдно, ведь уж кто-кто, а я-то должна была понять это первой! Ритуал был рассчитан именно мной и… Мать-Магия, там идет такой расход сил, что жизни Хранителей под вопросом! Куда уж им сражаться еще.
— А если подписать? — предложила я. — Они потом могут этими подписями только подтереться.
— Спорно, — покачала головой Лиарет. — Это затянется на много-много лет, да еще и реакция Матери-Магии неизвестна. Все же мы все ее дети. Она не делит нас на хороших северян и плохих имперцев. Тем более что как минимум двое из здесь присутствующих из Империи. Я, к слову, уроженка Онхельстера.
Последнее было сказано явно для меня.
Онхельстер, Онхельстер… Ох и дивное местечко! В самом плохом смысле. Там у женщин прав гораздо меньше, ведь все нововведения доходят с опозданием в пару лет.
 
— А вы чего сидите-то? — раздался ворчливый голос Меровиг. — Ждете, пока вас кто-нибудь спасет? В чем проблема послать Теней на спасение детей? О, рифма.
Она, помятая и потрепанная, медленно поднималась к нам по ступеням. Остальные горожане пока не спешили шевелиться.
— Есть проблема, — грустно улыбнулась Лиарет.
— Этот жалкий купол не мог оборвать твою связь с Зеркалом, — нахмурилась Меровиг, глядя на того, кто заменял Хранителя Теней. — Или мимо меня прошла потрясающая интрига?
— Прошла, — голос Маэлин звучал очень виновато. — Хранителям и их женам пришлось дать клятву неразглашения.
— О как, — Меровиг сложила на груди руки, — а что, расширить список доверенных лиц нельзя было? Лиарет, тебя горожане любят больше всех — скажи им что-нибудь воодушевляющее.
Жена Хранителя Теней вскинула на Меровиг глаза и тихо спросила:
— Что именно? Что мы умрем, но наши потомки скажут нам спасибо?
— Как минимум, — не смутилась Меровиг, — и обязательно добавь, что их семьи получат гарантированное довольствие от магистрата. А дети смогут бесплатно отучиться в любой из академий. Эйлин, это у тебя нервное?
В ее голосе звенело раздражение, но я продолжала ковыряться в волосах, где барахталось что-то живое. Может, жук, а может, что-то хуже!
— Н-нет, у меня в прическе что-то шевелится.
— Ой, это ж малышка из третьего поколения, — умилилась Маэлин и поднялась со своего кресла. — Любопытная прелесть, сейчас я ее выпутаю.
Мне, если честно, стало стыдно. Я напрочь забыла о подобранном Деми цветке. Утешало только то, что моя девочка никогда не бывала жестокой, а значит, у малыша была и еда, и вода. Или что надо магическому растению?
— Ты еще не привыкла к этому ощущению? — Маэлин выпутала у меня из волос стрекочущий цветок и посадила к себе на плечо. — Я оставила своих любимцев дома: там уж больно «вкусную» книгу им принесли.
— Я не поняла ни слова, — честно сказала я. — А цветок не мой, он Деми выбрал. Я про него забыла, если честно.
— Купол светлеет, — мрачно произнесла Меровиг.
— А что у него с листиками? — нахмурилась вдруг Маэлин. — Неужели отравился чем-то?
И в этот момент цветок распустил свои свернутые в трубочку листья и… На ладонь к жене Хранителя Мудрости высыпалось с десяток красных ягод.
— Нам нужна вода, — резко произнесла я, опознав эту не-землянику. — Мы откроем телепорт!
— И убьем детей? — светски осведомилась Меровиг. — Это не сделает тебя популярной на Севере.
— Нет, — усмехнулась я. — Никто не умрет, если все сделать правильно. Этот щит мною изучен вдоль и поперек. То, что для других ошибка, — для меня преимущество. Преимущество с небольшим недостатком. Я всегда размещала щит под верхним слоем кожи, чтобы создать эффект непрерывности. Ведь нижняя часть ступни полностью открыта и беззащитна.
— И к чему ты клонишь? — поторопила меня Меровиг.
— К тому, что можно поднырнуть под купол. Если мы начнем подкоп, то это, во-первых, увидят, а во-вторых, щит сам собой перестроится и перекроет подкоп. Но телепорт, если провести нить перемещения под щитом… Это возможно.
— Это прорва силы, — с сомнением произнесла Маэлин. — Гарт меня, конечно, выучил идеально, его в свое время страшно заело мое неумение строить порталы, но… Здесь около тысячи человек! Я не потяну столько, ведь каждый переход отнимает крошку силы.
— А это не земляника, — выразительно произнесла я и кивнула на ягоды, так и лежащие на ладони жены Хранителя Мудрости.
К чести Маэлин, других подсказок ей не понадобилось!
— Ты ж наша умница, — восхитилась та и погладила цветок. — В одной такой ягодке прорва магии, только есть их нельзя. Ох, я знаю столько способов использования! А придется раздавить и смешать с водой!
— Лиарет, убеди людей продолжать лежать, — сказала я и пояснила: — Моим хобби были иллюзии, а щит, когда они откачивают воздух и возвращают его назад, становится мутным. Никто ничего не заметит.