Подари мне надежду (СИ)
Ростислав крепко сжал кулаки на столе.
– Злишься… Правильно, злись, потому что я обошёл тебя везде, даже в вопросах с женщинами.
– Что? Что ты мелешь? – Полонский поднял голову и посмотрел на него.
– Помнишь нашу общую знакомую Камиллу? Вернее, не знакомую, а нашу любовницу. Одну на двоих. Ты спал с этой женщиной и привёл её в свой дом, потому что так захотел я. Я подложил её под тебя. И она делала всё, что говорил ей я. А в моменты твоего отсутствия, я обрабатывал её сам везде и всюду, где только мог, под самым твоим носом.
– Значит, тогда в офисе, в архиве с ней был ты?
– Конечно. И не только в офисе. Мы занимались с ней сексом и в твоём доме. Когда ты утром уезжал рано на работу. В твоём кабинете, прямо на твоём рабочем столе.
Ростислав сорвался с места и схватил Куликова за шею, пытаясь его задушить.
Ворвавшийся в комнату Воропаев, крепко схватил друга за руки, пытаясь оттащить его от Даниила.
– Слава, не надо, оставь! Не усугубляй своё положение. Пусть мелет, что хочет. Держи себя в руках.
Полонский разжал пальцы и отошёл в сторону.
Куликов потёр руками шею и усмехнулся.
– Противно понимаю. А мне это доставляло необыкновенное удовольствие, наставлять тебе рога с твоей же собственной любовницей и в твоём доме.
– Может, ты уже заткнёшься? – крикнул на него Воропаев. – Скоро тебе доставят другое удовольствие в тюрьме.
– Пусть говорит, – Полонский снова присел за столом.
– Да, только жаль, что эта идиотка не справилась до конца со своей миссией. Да, и ты так не вовремя всё узнал про контракты. Кстати, как тебе это удалось?
Ростислав усмехнулся.
– Твой дружок Иверский дал наводку.
– Кто? Степан? Нет! Он бы не смог, ведь он…
– Он не только смог это сделать однажды, он сдал тебя и во второй раз, когда ты уже скрывался от полиции.
– Не может быть! Я ведь ему хорошо платил и…
– Видимо не очень хорошо, раз ты теперь здесь. Кстати, скоро вы сможете встретиться на одном общем судебном заседании. Он активно сотрудничает со следствием в отношении ваших махинаций в сфере строительства, так что тебя ждут приятные моменты встречи со своим подельником, – закончил говорить Воропаев и поднялся на ноги. – Да, и ещё, забыл тебе сказать. Господин Старовойтов, ты его, конечно же, знаешь. Хозяин «Дункана» обещал быть на слушании по вашему делу всенепременно и очень жаждет поговорить с тобой по душам.
– А при чём тут я? Хозяин «Ризалита» Полонский, пусть с ним и разговаривает.
– Мы с ним уже поговорили и, учитывая новые возникшие подробности по этому делу, он очень хочет увидеть именно тебя. Так что удачного разговора! – Полонский поднялся на ноги и, развернувшись, направился на выход.
– Плевал я на Старовойтова! Здесь меня он не достанет. А ты уничтожен, и я ликую! Потому что главное, чего я хотел, добился и ты теперь такой же, как и все. О тебе все забыли. Твоего громкого имени больше нет.
Но Ростислав уже его не слушал, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
Куликов тяжело дышал и, поднявшись на ноги, опёрся руками о край стола. Заметив приближающегося к нему Воропаева, он поднял голову.
– А тебе ещё чего нужно? Беги, догоняй своего дружка.
– Непременно. Только хотел сказать тебе кое-что напоследок.
– Что?
Воропаев резко занёс руку в воздухе и ударил Даниила в лицо.
Куликов упал на пол.
– Только это… и ничего больше, – Александр развернулся и пошёл на выход.
– Ты за это ответишь, козёл! И на тебя найдётся управа, – Даниил с трудом поднялся на ноги, сплёвывая кровь на пол.
– Отвечу, непременно, – Воропаев покинул комнату и вышел в коридор.
Полонский ожидал его у машины. Заметив сбитую руку друга, внимательно посмотрел на него.
– Зачем ты сделал это? Мне не позволил, а сам.
– Мне можно, я не под следствием. Ну что ты на меня так смотришь? Ну не удержался.
Ростислав рассмеялся и открыл двери машины.
Сев за руль, Воропаев внимательно на него посмотрел.
– Ну, куда? На работу?
– Нет, – Ростислав улыбнулся. – Я отпросился у прораба до конца дня.
– Тогда куда? Может в кабак? Отметим, как это было прежде? – Александр потёр пальцами кончик носа.
– Непременно, только в выходной. Завтра на работу.
– Тогда куда, домой?
– Нет, сначала в цветочный магазин.
Воропаев улыбнулся.
– Хочешь обрадовать Машку хорошими новостями?
– Да, думаю, сегодня мы заслужили с ней семейный праздник.
– А уж я и подавно. Кстати, цветы – это хорошая мысль. Конечно, моя Маргошка не привыкла их от меня получать часто, но думаю, сегодня есть повод всё исправить. Я надеюсь, что сегодня меня ждёт чудесная ночь… – Воропаев блаженно прикрыл глаза.
– Поехали в цветочный магазин. Ночь… Чем быстрее оттуда уедем, тем быстрее окажешься в своей квартире с Марго.
– Слушай Полонский, ты мог бы и не иронизировать по этому поводу, а хотя бы спасибо сказать за оказанные услуги.
Полонский коснулся рукой плеча друга.
– Спасибо тебе будет слишком мало. Я всю жизнь буду у тебя в неоплатном долгу за то, что ты сделал для меня, для нас с Машей. Спасибо, дружище! Спасибо тебе огромное!
– Да, ладно тебе. Жизнь длинная, сочтёмся… – Воропаев рассмеялся и, взглянув в боковое зеркало, покинул парковку следственного изолятора.
****
Маша ходила из угла в угол по кухне. Периодически подходила к окну, в надежде, что машина Ростислава вот-вот появится во дворе дома, но после его звонка прошло два часа, а он так и не приехал.
Она приготовила вкусный ужин, накрыла красивый стол и с нетерпением ожидала его, чтобы сообщить ему новость, которую пока не знала, как он воспримет. Щёлкнувший замок входной двери, заставил её сердце быстро забиться в груди. Урбенина стремительно направилась в прихожую и резко остановилась на пороге.
Полонский стоял с огромным букетом белоснежных роз и бутылкой шампанского в руках. Он ослепительно улыбался.
– Слава, что случилось? Почему ты так долго ехал домой?
Он подошёл к ней ближе, и нежно коснувшись её губ своими, водрузил в её руки букет цветов.
Она слегка недоумённо посмотрела на роскошное белоснежное великолепие, заполнившее своим нежным сладким ароматом всю прихожую.
– Что-то случилось? У нас праздник?
– У нас праздник, Машуня, большой праздник. Неси бокалы.
Мария не спеша направилась на кухню и, не выпуская из рук цветы, вернулась, протягивая ему лишь один бокал.
Ростислав уже с шумом открыл бутылку.
– Сегодня задержали Куликова. Я только что был у него в следственном изоляторе. Сашка его всё-таки выследил. Теперь ход дела примет совсем другой оборот, – он с улыбкой посмотрел на её сияющее лицо.
– Господи! Я так рада! Славик, ты не представляешь, как я рада! – она вскрикнула и обхватила его за шею руками. – Я ведь каждый день думала и молилась об этом. Я ведь верила, что рано или поздно этот человек окажется в тюрьме и с тебя, наконец, снимут все обвинения.
– А я в последнее время уже отчаялся, что это когда-нибудь станет реальностью, но сегодня удивительный день, неожиданный и самый счастливый в моей жизни. Мы преодолели с тобой всё это и сегодня заслужили праздник, – он взял из её рук бокал и наполнил его вином доверху. Сделав глоток, он посмотрел на Машу. – А почему только один бокал? Или мы будем пить сегодня из одного? – он склонился, и крепко прижав её к себе, накрыл её губы своими.
– Слава, я хотела сказать тебе… Я…
– Что случилось, Машунь? – он провёл пальцами по её щеке.
Она поспешно передала цветы в его руки.
Ростислав слегка недоумённо на неё посмотрел.
– Что-то случилось, Машенька? – он подошёл к ней ближе.
– Слава, я понимаю, что сегодня такое важное событие. И возможно для моей новости сейчас не самое подходящее время. Я сама поначалу растерялась и не знаю, как ты это воспримешь.
– Маша, да что случилось? Ты можешь мне сказать сразу? Ты пугаешь меня!