Подари мне надежду (СИ)

Появившийся через несколько минут в кабинете начальник службы безопасности предстал перед ним с таким лицом, что Самойлов понял, что ничего хорошего из уст этого человека он не услышит.
– Как же так? Как же он мог так поступить с Полонским? Ведь почти три года он был его правой рукой и так подставить в итоге, – сокрушался Самойлов вслух.
– Я сам до сих пор пребываю в шоке после того, как увидел видео и поговорил с охранником, дежурившим в ночь поджога. И что будем теперь делать? Звонить Ростиславу? Вызывать полицию?
– Нет. Полонскому звонить мы не будем. Такое по телефону сообщать нельзя. Он появится здесь уже через два дня. Мы заявим в полицию о поджоге жилого комплекса, потому что факт имеет место быть. Со всем остальным пусть Ростислав Андреевич разбирается сам, как только вернётся из отпуска.
– Но ведь Куликов наверняка ещё появится на работе. Пусть не сегодня, завтра и мы сможем задержать его и передать в руки полиции, инкриминируя ему хотя бы поджог, который он устроил.
– Я сомневаюсь, что он появится теперь здесь, раз ты ему сам рассказал и о поджоге здания, и о системе видеонаблюдения.
– Но ведь я и предположить не мог, что он и есть поджигатель. Ведь Куликов не первый день работает на предприятии, к тому же является верхушкой руководства компании. Разве можно так сразу рассмотреть волка в овечьей шкуре?
– Знаешь, я полагаю, что Ростислав ему уже не доверял. Потому что меня очень удивило, что он оставил именно меня исполнять его обязанности. Я ведь никогда не работал в офисе.
– Ты прав. Ростислав скрытен. Несколько недель назад он заставил нас устроить тотальную проверку всех контрагентов предприятия, и мы выявили ряд подозрительных. Так вот контракты с ними заключал Куликов лично, в момент длительного отсутствия Полонского на предприятии год назад. Значит Ростислав наверняка, уже начал его подозревать.
– Вот поэтому нам и не нужно никуда соваться самим. Просто вызови полицию и передай плёнку с записью поджога. Пусть ищут Куликова, а я дождусь, когда Ростислав появится, и тогда уже спокойно всё ему расскажу.
– Ну, хорошо. Тогда я поехал в полицию.
– Давай. И сохраняй строгую конфиденциальность до приезда Полонского.
– Можешь мне не напоминать об этом. Я всегда это помню.
– Ну, хорошо, иди.
Семендеев поднялся на ноги и медленно направился на выход из кабинета, а Самойлов встал с кресла и подошёл к окну. Он работал в сфере строительства тридцать лет. Но впервые столкнулся с такой хитро спланированной аферой и чётко понимал, что ничем хорошим это не закончится для всех них, работающих на предприятии в случае проверки, а для Полонского тем более.
****
Ростислав крепко сжимал руку Маши и увлекал её за собой.
– Слава, куда мы идём? – улыбнулась она. – Мы уже и так с тобой кажется, обошли весь город за эти дни.
– Я забыл ещё об одном месте, которое не показал тебе. И думаю, что оно понравится тебе гораздо больше, чем все остальные.
– Ну, хорошо. Только ненадолго. Я устала.
– Конечно ненадолго, – он повернул за угол и через несколько шагов резко остановился перед деревянной дверью с декоративными элементами и яркой большой вывеской.
Маша повернула голову и удивлённо на него посмотрела.
– Дом куклы?
– Да.
– Но ведь мы…
– Хочешь сказать мы давно не дети?
– Ну да.
– Ну, один из нас я думаю, всё ещё остался ребёнком в душе, и ему здесь просто непременно нужно побывать, – он поцеловал её в кончик носа. – Ведь наверняка ты любила кукол в детстве?
– Я их и сейчас люблю. Всегда не могу спокойно проходить мимо витрин с фарфоровыми куколками. Милые мордашки, красивые платьица и, кажется на лице каждой, отражён её характер и своё собственное настроение.
– Ну, здесь если и будут фарфоровые, то крайне мало. Здесь почти все куклы авторской работы и представлены в различных направлениях декоративно прикладного искусства. Но думаю, от этого тебе будет не менее интересно, – Ростислав настойчиво потянул её за собой, слегка приоткрывая входную дверь.
Маша больше не задавала вопросов и пошла за ним следом. Когда она оказалась внутри неприглядного с виду помещения, ей показалось, что перешагнув порог, она неожиданно попала в сказку.
 
Расставленные повсюду деревья из папье-маше и расположившиеся под ними сказочные персонажи, навеяли ей ассоциацию загадочного Берендеева царства. Пока Ростислав приобретал билеты, она медленно прошла по залу, и присела на деревянной скамеечке, с улыбкой осматриваясь по сторонам. Потрескивающий импровизированный камин прямо перед ней, мурлыкающий кот и фигура Бабы-Яги, неожиданно произносившая слова, заставили её улыбнуться и почувствовать себя маленькой девчонкой.
Ростислав присел рядом и взглянул на неё с улыбкой.
– Ну что, тебе нравится здесь?
– Очень нравится. Никогда не видела и не ощущала столь удивительной атмосферы погружения в детство.
– Ну, пойдём, – он протянул ей руку. – Нас ждут ещё два зала.
– А ты не будешь смотреть здесь?
– Я ведь это уже всё видел. Был здесь и не один раз. Пришёл сюда только ради тебя. Пойдём, – он снова настойчиво протянул ей руку.
Маша поднялась на ноги и направилась вместе с ним в соседний зал. Многочисленная вереница стендов с куклами замелькала перед ними разнообразными красками. Коллекционные и сувенирные, марионетки и куклы для спектаклей. Каждая со своим характером и переменчивым настроением. Мир человеческих подобий, на который смотришь словно со стороны как на отражение своей собственной жизни. Мир непростой со своими порядками и устоями, где тесно переплелись сказка, реальность и мистика. В каждой из кукол ощущалась частичка души, вложенная её автором. Атмосфера, царившая в этих стенах, показалась Маше по-настоящему домашней с нотками добра, любви и безграничного уюта.
Они чуть дольше задержались у помещения, где проводился мастер класс для маленьких детей по изготовлению кукол. Умелые руки мастера и внимательные взгляды ребятишек, их упорство, искренние улыбки и первые не совсем удавшиеся шедевры их мастерства в крошечных пальчиках, заставили Ростислава и Машу невольно улыбнуться.
Время, отведённое для просмотра экспозиции, пролетело так незаметно, что Маша даже немножко расстроилась, когда они покидали это удивительное место. Она долго стояла у витрины магазинчика, чтобы выбрать сувенир для родителей. Остановила свой выбор на фигурке домовёнка в нарядной красной рубашке, расшитой шёлковыми разноцветными нитями. Убрав его в сумку, она с улыбкой посмотрела на Ростислава, который долго о чём-то разговаривал с продавцом. Она не стала его дожидаться и вышла на улицу.
Остановившись на ступенях, Маша ещё долго стояла с улыбкой на губах, не желая хотя бы мысленно покидать своё удивительное душевное состояние. Подобное этому, она в последний раз испытывала только лишь в детстве.
– Машунь, я тебя потерял. Куда ты пропала? – раздался за её спиной тихий голос Полонского.
Она обернулась.
– Ты был так увлечён разговором с продавцом, что я не захотела тебе мешать.
– Конечно, увлечён. Думаешь, выбор подарка, это так просто?
– Ты выбирал его для Максимки?
– Для Максимки? Нет. Я ему лучше, как только вернёмся, приобрету новую модель скоростного автомобиля. Это его порадует гораздо больше. Этот подарок для тебя, – он подал ей картонный пакет.
Маша нерешительно протянула руку и, передав ему свою сумочку, заглянула внутрь.
– Достань, тебе понравится, – снова обратился к ней Ростислав.
Маша улыбнулась и, запустив руку внутрь пакета, извлекла на свет керамическую фигурку маленькой девочки.
Нежное румяное личико, покрытое золотистыми веснушками, слегка удивлённо приподнятые бровки, маленький носик, пухлые губки и невероятно большие, глубокие и ослепительно голубые глаза, взирающие на неё с оттенком лёгкого удивления. Роскошные рыжие волосы были прихвачены с одной стороны, белой шёлковой ленточкой, а выпавшая волнистая прядь делала её личико удивительно нежным. Роскошное платьице нежного фисташкового оттенка с цветочным принтом и кружевным украшением по низу юбки, батистовая сорочка и ажурные панталончики на ножках.