Снежинка для бандита (СИ)

- То есть ничего не разрешилось?
- Лер, береженого Бог бережет. Не нужно рисковать.
- Понятно, - мой голос звучал безрадостно.
- Бояться тоже не нужно. Это просто мера предосторожности.
Можно было конечно продемонстрировать ослиное упрямство и уехать в Москву, но я решила прислушаться, ведь мужчина явно знал, о чем говорит.
Лето было спокойным. Мы с Ольгой неплохо проводили время. И хоть я ждала, что Демид вернется, но он не возвращался.
В середине августа Ольга родила сына - Владислава. Дом наполнился детскими криками. Я впервые попробовала запеленать малыша. Получилось отвратительно. У Ольги получилось тоже не очень. Как ни странно лучше всех с этой задачей справился Роман. Чем он откровенно гордился.
25 августа я должна была возвращаться в Москву.
Утром Рома подвел ко мне рослого, крепкого мужчину, одетого в строгий деловой костюм.
- Лер, познакомься - это Степан Витальевич. Он будет заниматься твоей охраной.
Мужчина был взрослый, лет 40, может даже старше. Светлые волосы были коротко пострижены, голубые глаза смотрели цепко.
Я робко поздоровалась:
- Здравствуйте!
- Валерия Ильинична, к поездке все готово. Когда будем выезжать?
Мне было тревожно покидать гостеприимный дом Власовых, но нужно было в университет. Да и каждый из нас должен жить своей жизнью.
- Через час, - ответила я.
Затем Рома и я прошли в кабинет. Я терялась в догадках, что он хочет мне сообщить.
Я внимательно смотрела на Власова и ждала, что он скажет.
- Лер, мне хотелось бы, чтобы ты во всем слушалась Степана. Я понимаю, жизнь продолжается. Тебе нужно учиться. Но об осторожности не стоит забывать.
Пока шла за ним, я ждала, что разговор зайдет о Демиде. Однако о нем не было сказано ни слова.
Не выдержав, спросила сама:
- Ты ничего не знаешь про Демида?
- Нет. Тело не нашли. Объявляться он не объявлялся. Но даже если выжил, на это у него  есть серьезные причины.
- Понятно, - протянула я, не пытаясь скрыть разочарование в голосе, - А те люди, которых мне надо опасаться, кто они?
- Лер, я не хочу об этом рассказывать. Тебе это ни к чему. Но ты должна понимать, что твоя жизнь и жизни твоих будущих детей будут зависеть от того, насколько вы сработаетесь со Степаном. Его рекомендации - это не прихоть. Я ему вполне доверяю. Что бы ни случилось, ты должна рассказать ему. При возникновении каких-то подозрительных ситуаций звони мне. И будь осторожна.
Такое напутствие способно было скорее напугать, чем успокоить. Но и отсиживаться здесь больше возможности не было. Я попрощалась с Власовыми, чмокнула в лобик Владика и села в одну из больших черных машин. Нас сопровождали еще две, в них находились крепкие мужчины, очевидно вооруженные. 
Я возвращалась  в Москву.
  
Глава 17
 
Демид
Я жив. Это поразительное открытие удивило меня, как только я очнулся в небольшой местной больнице. Меня спасло то, что в момент столкновения я не был пристегнут, и меня выбросило через лобовое стекло. А еще речка, протекавшая под местом аварии, и мужики, ловившие недалеко рыбу. 
Я хорошо помню, склонившееся надо мной бородатое лицо, и его шок, когда я прохрипел:
- Телефон дай.
Боль была адской. Хотелось орать, но я четко осознавал - нельзя. Мужик оказался понятливым и набрал номер, который я ему продиктовал. Я позвонил Максу. Он согласился приехать. Мужиков удалось убедить не вызывать скорую, а привезти меня в больницу.
Собственно, первым кого я увидел, придя в сознание, и был Макс. Он разглядывал меня, как какую-то редкую диковинку.
- Здорово! - выговорил он.
Голова кружилась, перед глазами мелькали черные мушки, однако надо понять размеры катастрофы.
- Здорово, - еще и голос не слушался
Я еле разобрал, что сам сказал.
- Насколько все хреново? - вторая фраза получилась лучше.
- Левая нога сломана в нескольких местах. Переломы ребер, одно из них проткнуло легкое. Твое счастье, что слегка. Правая рука тоже сломана. Ну и сотряс, Барс. А вообще, такое впечатление, что тебе дали пинка и из ада. Не прижился ты там.
 
- Помирать мне рано. Сколько я без сознания?
- Неделю.
- Кто я?
- Абрамов  Лев Николаевич. Документы я им привез, все проплатил. И они тут нелюбопытные. Сказал, что мы с тобой на охоте были, и ты с обрыва упал. Пришел участковый, но он тоже... нелюбопытный. Только, сука, жадный.
- Власов, Лерка?
- А тот тоже везучий. До дома доехал. Зазнобу твою спрятал. И каким-то образом, чеченов разогнал. Связаться с ним?
Я обдумывал такую возможность, но если Гоев грохнул Севастьянова и считает, что убил меня, мне лучше побыть мертвым. Очевидно, что с такими повреждениями, реабилитация займет много времени, а мне очень хотелось встретиться с Кайсом лично. Ему мне хотелось вырезать сердце. Оставлять его в живых нельзя. Он не успокоится, я, впрочем, тоже. Из нас на этом свете должен будет остаться кто-то один.
Лерка только будет думать, что я мертв. Хотя... вряд ли она расстроится. Мне бы очень хотелось, чтобы она расстроилась. Чтобы поняла, наконец, что я не досадная помеха ее счастливой жизни, а человек, который о ней заботился. Или это ничего не значит? Но возвращаться сейчас, чтобы выяснять отношения, нельзя. В таком виде я только подвергну ее жизнь опасности, чем помогу хоть чем. Власов ее не бросит.
- Нет, Макс. Ты же понимаешь, что, если я воскресну, на  меня сразу набросятся. И будут давить на самые слабые места. Лучше мне пока побыть мертвым.
- Я тебе обеспечу охрану. Ну и помогу, чем смогу.
- Чёт ты добрый такой?
- А Сивый тебе свое добро оставил. Так что ты теперь очень небедный человек. Глядишь, на ноги встанешь и меня не забудешь.
- Макс, вот умеешь ты убить веру в человеческую доброту.
Он довольно оскалился, потом позвал врачей. Все заживало неплохо, кроме ноги. 
Через месяц ко мне пришел главврач:
- Лев Николаевич, боюсь, Вы исчерпали возможности нашей скромной больницы. Вам нужен другой уровень - Москва, Питер. На ноге нужны дополнительные операции. Иначе полного выздоровления не будет. И упускать время тоже не стоит. Может остаться хромота.
Москва и Питер отпадали сразу. Ведущие больницы наверняка до сих пор шерстят люди Гоева. Да и желающие прибрать к рукам наследство Сивого мне не обрадуются.
Поэтому я спросил:
- А заграница?
- Это было бы вообще хорошо, если Вам позволят средства. У меня есть коллеги в Германии, с которыми я поддерживаю связь, и которые специализируются в нужной области. Если хотите, я все узнаю.
- Насчет финансов не беспокойтесь. Германия меня вполне устроит.
У меня были счета открытые на подставных людей специально для таких случаев. Пользоваться деньгами на оформленных на имя Барса, было невозможно. Денег должно было хватить.
Доктор достаточно быстро договорился о переводе в частную немецкую клинику. Макса я взял с собой. Правда, сумма за лечение почти полностью поглотит имеющиеся резервы. Если не будет хватать, придется выводить деньги с других счетов.
Перед отлетом Макс съездил в город, где жил Власов, и скинул мне фотографии Леры. Она казалась вполне довольной жизнью. Власов сделал необходимые шаги к объявлению меня умершим. И дальнейшему оформлению имущества на нее. А еще у меня на телефоне были данные из ее медицинской карты. Двойня. Она ждет двойню. 
Я не хотел этого делать изначально, но съедаемый ревностью я попросил его привезти образцы ее крови. Это ничего бы не изменило, детей я бы все равно оформил как своих. Тем более Шувалов, как-то не рвался о ней заботиться, несмотря на мою предполагаемую гибель. Так что даже если он биологический отец, хрен ему, а не Лерка и дети. ДНК-тест сделали быстро. И, улетая в Германию в инвалидном кресле, я ловил себя на том, что улыбаюсь, как дурак. У нас с ней скоро родятся два замечательных малыша.