Забыть тебя невозможно (СИ)

— Дня четыре назад, а что?
— Дозвониться до нее не можем, второй день пошел.
— Она на пробы вчера собиралась, — негромко подает голос Арина. — Здравствуйте.
— Арина, — Тата чем-то шелестит, — вы виделись вчера?
— Созванивались. Утром. Она как раз такси вызывала.
— А потом?
— Потом не звонила…
— И дома ее нет. Консьерж сказал, не появлялась ночью. Ладно, ребят, если она объявится, вы мне сообщите, хорошо?
— Конечно.
Сбрасываю звонок и перевожу взгляд на Арину.
— Ну ты чего раскисла?
— Предчувствие нехорошее.
— Прекрати, это Катька, затусила с кем-нибудь. Первый раз, что ли?
Только вот к вечеру следующего дня Катя так и не находится…
* * *
История Катюши и Даниса "Попробуй меня разлюбить"
 Эпилог 
 
Восемь лет спустя.
Ариша
— Тим, нужно вот так…
— Мама, я сам! — выдает раздраженно, и Алёна Витальевна тушуется.
Азарин перекладывает нашу трехмесячную дочь с подушки на свое предплечье и тащит к пеленальному столику.
— Памперс подай лучше. Ма…
Свекровь послушно спешит к ящику и вытаскивает упаковку памперсов. Я наблюдаю за всем этим со стороны, сидя в мягком лавандовом кресле. Детская в квартире огромная и светлая. Мы долго выбирали дизайнера, потому что хотелось чего-то небанального.
— Кис, — Тим поворачивается ко мне, уложив ребенка на пеленальный столик. Памперс он уже ей переодел, теперь возится с бодиком.
— М?
— Так же, да?
— Все верно, — вмешивается Алёна Витальевна, маяча сбоку от сына, но Тим не реагирует.
Он ждет моего подтверждения, что все он делает правильно, и меня это немного смущает. Его мама нам сильно помогает с малышкой. Мои родители теперь живут далеко, поэтому видимся мы не так часто.
— Да, да, все хорошо, — поджимаю губы и поднимаюсь на ноги. Ловлю немного обиженный взгляд свекрови и пожимаю плечами.
Я тут совершенно ни при чем и уж тем более никак ее сына против нее не настраиваю. Она и сама это знает, конечно, просто у нашего Тима пунктик. Наша семья — это наша семья. И ни моим, ни своим родителям он в нее лезть не позволяет. Даже вот в таких мелочах. Свекровь в шутку говорит, что он весь в отца и я с ним еще намучаюсь.
Да что тут дома, он и в роддоме всем указания раздавал с пометками — вы неправильно работаете. Я за него тогда на годы вперед накраснелась, потому что сотрудники в клинике были компетентны.
Мы приехали со схватками среди ночи, и он всех там на уши поднял, доктора чуть ли не лично из кровати вытащил.
Никогда не думала, что мой Азарин может быть таким дотошным, но девять месяцев беременности доказали — может!
— Алёна Витальевна, может, чай попьем? Пусть он тут сам, — предлагаю, чтобы разрядить обстановку.
Оставлять ребенка с мужем я не боюсь. С самых первых дней, как только дочка родилась, я легко могла оставить ее папочке и поехать по своим делам. В зал там или на массаж. С такой поддержкой послеродовая депрессия обошла меня стороной, к счастью. Ребенок был желанным. Мы готовились к его появлению вместе. Стеша вообще очень спокойная девочка, буянила исключительно у мамы в животике. А когда появилась на свет, не закатила почти ни одной истерики.
Мы со свекровью выходим из комнаты тихонечко, потому что переодетая и сытая дочь мгновенно засыпает. Если мы ее сейчас разбудим, Тим потом всем мозг чайной ложечкой выест.
Я узнала, что беременна, на сроке пять недель. В какой-то момент поняла, что не могу переносить запахи некоторых продуктов и духов коллег. Кровь на ХГЧ сдала в клинике, где работаю, и уже вечером знала результат — беременна.
Тиму звонила в шоке. Он сначала вообще подумал, что я прикалываюсь. Мы всегда предохранялись и ближайший год детей не планировали. Но, похоже, наша Стеша решила за нас.
В отделении хирургии я проработала до декрета, живот у меня был небольшой, поэтому особо в глаза не бросался, да и начал активно расти только после двадцатой недели.
 
Тим, конечно, был очень против, чтобы я работала, когда узнал о моем положении. Пришлось немного поскандалить, дабы достучаться до мужа, который за эти годы заматерел и действительно стал похож на своего отца. Три года назад он объединил свою компанию, которая взяла начало от стартапа, с холдингом Сергея Алексеевича и стал его первым заместителем.
Он и раньше-то, если решил, фиг сдвинешь. Сейчас и подавно. Ему нужны железобетонные аргументы, которых у меня на тот момент не было. Были только угрозы, что, если он не пустит меня на мою работу, я буду приезжать на его и сидеть с ним там с утра до вечера. Короче, угроза засчиталась аргументом.
— Как ремонт в доме продвигается? — интересуется свекровь, присаживаясь за кухонный стол.
— Полы готовы, завтра планируем съездить посмотреть, что и как.
— Я могу приехать посидеть со Стешкой.
— Было бы здорово. На улице сейчас такая погода непонятная, не хочу ее туда-сюда таскать. А вообще, я хотела с вами поговорить, — перехожу на шепот и сажусь напротив свекрови.
Алёна Витальевна оглядывается в дверной проход, а потом подается чуть ближе ко мне.
— У вас что-то случилось? Поругались?
— Нет, — отмахиваюсь, — но можем, — усмехаюсь. — Я хочу к родителям слетать, на пару недель. У Тима щас начнется, мол, давай попозже, но вместе. Подожди месяц, я раскидаю дела. А в итоге ничего он никуда не раскидает. Знаю я его.
— Что от меня требуется?
Алёна Витальевна поправляет и так идеальное белоснежное каре, а ее губ касается заговорщическая улыбка.
— Давайте попросим Сергея Алексеевича отправить Тима в отпуск, м?
— Ну и задачки ты ставишь, — свекровь смеется, — ладно, обещаю, что приложу все усилия.
Мы подмигиваем друг другу, но, как только слышим шаги, делаем вид, будто пьем чай.
Тим появляется в кухне, уже не расставаясь с телефоном. У него сегодня выходной, но данный «аксессуар» всегда в зоне видимости.
— Так, ну я поехала, — оповещает свекровь, — а то опоздаю.
— Скидывайте фоточки с выставки.
Они с Катюхиной мамой сегодня идут на выставку какого-то современного художника.
Провожаю Алёну Витальевну и, вернувшись на кухню, присаживаюсь на стул.
Тим отрывает взгляд от экрана телефона.
Закидываю ногу на ногу, а когда смотрю в глаза мужа, в краску бросает. Все плечи в мурашках. Мы женаты девять лет, а по ощущениям — три дня. Страсть никуда не делась, а любовь только приумножилась.
Тим многообещающе ухмыляется.
Мягко отталкиваюсь от пола и огибаю стол. Замираю напротив мужа, и его рука тут же притягивает меня за бедра.
— Наконец-то мы одни, — Азарин резко тянет меня на себя, и я послушно опускаюсь на его колени.
Обнимаю крепкую шею руками, получая жаркий поцелуй в губы.
Тим забирается ладонями под мою шелковую майку на тонких бретелях, стискивает грудь, издавая рык оголодавшего зверя.
Мир вокруг нас становится черно-белым.
Отзываюсь на каждое прикосновение, очерчивая пальцами острые мужские скулы. Мы вместе больше девяти лет, у нас ребенок, но, когда он вот так на меня смотрит, обнимает, мне кажется, что нам все еще по восемнадцать.
Стягиваю с себя майку. Охаю от того, как губы мужа втягивают сосок, а пальцы поддевают резинку шорт.
Зарываюсь пальцами в темный ежик волос и просто сгораю от нетерпения. С появлением дочери секс немного отошел на второй план. И вот такие моменты кажутся еще более ценными.
Тим подхватывает меня под бедра и рывком поднимается со стула. А секунду спустя я сижу на кухонном столе с широко разведенными в стороны коленями.
Расстегиваю ширинку на мужских джинсах и замираю.
— Стеша, — Тим закатывает глаза и издает тихое шипение.
Мы оба прекрасно слышим, как орет наша дочь. Что я там говорила о том, что она спокойный ребенок?
— Может, успокоится? — поджимаю губы, прислушиваясь к дочкиным крикам. Проходит минута, но Стефания не собирается умолкать.