Забыть тебя невозможно (СИ)

— Надеюсь. Так-с, Аришкин, через десять минут начало. — Катя смотрит в окно отельного номера, которое выходит как раз на сад, где пройдет церемония. — Гости уже подтянулись. О, какой Тим красавчик. А че без галстука?
— Ой, — отмахиваюсь, — не спрашивай даже.
— Молчу, — Токман демонстративно проводит пальцами в воздухе рядом с губами. — А дядя Стёпа где? Он же тебя заберет?
— Да. Мам, где папа?
— Должен был уже подойти. Позвоню.
Мама достает телефон, но номер набрать не успевает. Папа стучит в дверь и, получив в ответ целых три вопля «можно», заходит.
Тепло его глаз подобно огромному мягкому одеялу. Оно окутывает мое тело, вселяя уверенность и поддержку.
— Идем? — спрашивает будто не своим голосом.
На самом деле сегодня на папином лице столько эмоций, мне кажется, я никогда его таким не видела.
— Да, — киваю и, шагнув к отцу, вкладываю руку в его ладонь.
— Красавица моя, — отец крепко прижимает меня к себе.
Обещала себе не реветь, но слезы сдержать трудно. Шмыгнув носом, отрываюсь от папы.
— Нам нужно иди, — улыбаюсь, чтобы не расплакаться.
На улице тепло. Несмотря на то, что через неделю осень, погода не подвела. Сегодня солнечно, а на небе ни тучки. Оно такое голубое-голубое.
Выхватываю глазами арку, украшенную живыми цветами, и только потом Тима. Ведущий уже включился в работу и объявил жениха, который, собственно, уже вышел к гостям.
Поджимаю губы и ловлю себя на мысли, что хочу ему помахать. Дурочка.
Крепче вцепляюсь в папину ладонь, когда слышу что-то вроде: «Наша невеста в сопровождении отца».
Мы идем по вымощенной камнем дорожке. Тим уже стоит у арки. Такой красивый. Улыбаюсь, а у самой слезы.
Единственное, что сейчас спасает от падения, — глаза Тима, в которые я неотрывно смотрю. Между нами буквально метр остался, воздух наэлектролизовывается.
Папа пожимает Азарину руку, а потом передает меня жениху.
Улыбаюсь, почти сразу прижимаясь лбом к Тимкиной шее.
Замечаю вспышки камер, только сейчас вспоминая, что на нашем празднике присутствует не только свадебный фотограф, но и парочка «ручных», как сказал дядя Серёжа, журналистов. Это, наверное, вполне обычная ситуация, когда ты выходишь замуж за сына миллионера.
Я особо никогда об этом даже не задумывалась. Тим всегда был для меня сыном друзей родителей, а потом — просто любимым человеком. То, что его отец — компьютерный гений и невероятно богатый человек, затерлось под куда более важными вещами.
— Красивое платье, — Тим подмигивает. — Но без него лучше.
— Дурак, — краснею.
Мы стоим друг напротив друга и держимся за руки.
Все речи регистраторши проходят фоном. Единственное, на чем я акцентирую внимание, это момент, когда меня спрашивают. Согласна ли я? Конечно согласна!
Когда нас просят обменяться кольцами, так волнуюсь, а потом смеюсь оттого, что никак не могу надеть кольцо Тиму на палец.
Божечки, вот-вот я стану Азариной. Кто бы мог подумать вообще?
Смотрю на своего мужа, и кажется, он думает о том же.
— Объявляю вас мужем и женой.
— Иди сюда, жена моя, — Тим, никого не смущаясь, притягивает меня к себе. Обрушивается на мои губы страстным поцелуем, от которого пальчики на ногах поджимаются.
Обхватываю ладонями его щеки, теряясь в пространстве. Теперь все эти гости, мне кажется, тоже до лампочки.
Мы отрываемся друг от друга под выкрики ведущего, отпускающего шутки и переходящего на счет.
Прячусь за Тима, когда некоторые из гостей решают поздравить нас прямо здесь, а не в ресторане.
Мама моя рыдает, как и Тимкина, впрочем. Я и сама на грани, если честно, когда на них таких смотрю. И только Агата разгоняет эти рыдания своими резкими фразочками.
— И чего встал, как вкопали? Бери жену и пошли отмечать! — без тени улыбки заявляет Тиму тетушка.
В банкетном зале нас ждут еще десятки поздравлений и подарков. Я никогда не нуждалась в деньгах, но то, что дарят гости со стороны Азариных, даже для меня чересчур.
Отпиваю шампанское и откидываюсь на спинку стула. Тим кладет руку на мое плечо.
 
Свет в зале медленно тускнеет, а у меня пальцы дрожать начинают. Второй раз за день. Первый был, когда я танцевала танец с отцом. А теперь вот с мужем.
Тим помогает мне подняться, чтобы не запутаться в пышной белоснежной юбке. Мы замираем в центре зала, и тут же мурашки по спине бегут.
Музыка отходит на второй план. Мы кружимся по идеально отполированному полу. Смотрим друг другу в глаза. Мне даже взгляд отвести страшно, словно стоит глаза закрыть, и все исчезнет.
— Мне кажется, что я сплю.
— Почему?
— Не знаю. Вдруг это моя фантазия и два года разлуки еще только впереди?
— Да ща-с, — Тим нахально улыбается, притискивая меня к себе ближе. — Я так не играю, — задевает губами мочку моего уха. — Помнишь выпускной?
Киваю, а внутри все замирает.
— Мы тогда тоже танцевали. Мне так хотелось что-нибудь сделать, чтобы исправить ситуацию, но я не знал, что…
— Я думала, что с ума в тот день сойду. Ты был таким холодным, словно тебе на меня все равно.
— Такого никогда не было. Ты меня всегда волновала. Не важно, каким образом, но не было и дня, чтобы я о тебе не думал.
Предательские слезы тут же брызжут из глаз.
— Я тебя люблю, — бормочу ему в губы.
— Я без тебя жить не могу…
Как кошка к нему льну. Снова целую, а когда отрываюсь, вижу его улыбку. Нахальную. У него в глазах чистейшая похоть сейчас.
— Пиздец как хочу тебя. Сначала в платье, а потом — без. Всю ночь.
* * *
Год спустя октябрь.
— Гро… Блин, — Света Леднева, моя одногруппница, догоняет меня уже на ступеньках универа, — Азарина! Все никак не привыкну.
Со дня моей свадьбы уже чуть больше года прошло, но некоторые одногруппники и преподаватели до сих пор оговариваются и называют меня Громовой. Поначалу я поправляла, теперь уже даже внимания не обращаю.
— Ты сейчас куда, Арин?
— В кофейню, Тим меня должен забрать. Пробки в городе, опаздывает.
— Не против, если составлю компанию?
— Нет, конечно.
Света поправляет лямку сумки, соскользнувшую по плечу, и берет меня под руку.
— Блин, Наумова сегодня жестит, — возмущается Света, хотя я ее негодование полностью разделяю. — Если так и дальше пойдет, до экзаменов вообще никто не протянет.
— Не нагнетай раньше времени. Хотя… Мы вчера дома тоже это обсуждали. Похоже, вместо новогодних каникул придется зубрить.
— Об этом и говорю, — обессиленно разводит руками.
В кофейне мы усаживаемся за столик у окна. Время позднее, поэтому народа здесь не так много, как бывает в обед. Пока я думаю, что заказать, Леднева ерзает на стуле. Ее неусидчивость сегодня достигает стобалльной отметки.
Судя по всему, она хочет поговорить со мной явно не про учебу, вот только, как начать, не знает.
Я неторопливо выбираю десерт. На улице сегодня холодно. Ночью ударили морозы. Поэтому с самого утра отогреваюсь кофе.
В такую погоду вообще не хочется из постели вылезать. Тим, кстати, предлагал прогулять и работу, и учебу. Утром я негодовала из-за его предложения, а сейчас вот жалею, что отказалась…
— Арин, ты не знаешь, у Яна есть девушка? — спрашивает Света, пряча руки под стол. Выглядит взволнованно.
Мои брови ползут вверх. Чего-чего, но такого вопроса я уж точно не ожидала.
Гирш пару раз забирал меня из универа, когда у Тима не было времени. Сама я на машине езжу нечасто, да и особого смысла в этом не вижу. Тим меня всегда забирает, а лишний раз нервничать и добираться домой несколько часов из-за пробок и неуверенности за рулем, на мой взгляд, глупо.
— Насколько я знаю Гирша, у него каждый день новая девушка.
— Бабник, да?
— Это мягко сказано.
— Блин, жаль. Симпатичный.
— Поверь, Свет, оно тебе не надо.
Леднева невесело передергивает плечами и практически сразу меняет тему на околоучебную. Я, честно говоря, слушаю вполуха и листаю меню. Нужно выбрать что-нибудь вкусное к чаю, потому что сегодня мы едем в гости к Агате.