Чужая половина мира (СИ)

— А могилу его раскопали, — сказала еще одна ведьма, задумчиво нюхая чашку кофе и поглядывая на блюдо печенья с таким видом, словно у нее пропал аппетит. — Нашли то, что и должно там быть. Разлагающийся труп.
И она принялась быстро-быстро поглощать печенье.
— Два Фальджена Дормитта? — растерянно пробормотала Агнесса.
Это был слишком явный след, ведущий к псевдореальностям. Но, Бездна, как? Как человек, существующий только в псевдореальности, мог попасть в настоящий мир? Откуда? От самого Дормитта? С которым она еще не встретилась, потому что это здесь прошли почти двое суток, а там — только утро и день… Еще и это. Что, время тоже течет иначе?
Время не могло течь иначе. В прошлый раз все ограничилось тем, что пребывание в псевдореальности тоже началось для Агнессы с утра.
Время.
Она встала и забросила стул обратно. Внимательно посмотрела на дочерей.
— Кроме Дормитта-младшего все в порядке?
— Как будто да… — ответила Эвелина.
Лайна промолчала. Кивнула она лишь тогда, когда Агнесса посмотрела на нее в упор. Но та списала это на их подростковые ссоры.
А вместо того чтобы все улаживать, нужно волей-неволей прохлаждаться в псевдореальности, иначе она закроется.
— Я поговорю с маголекарями. Постараюсь завтра наведаться еще.
Маголекари, как заведенные, твердили «Нам срочно нужен господин Ферелейн». Оказавшись в их гильдии, Агнесса обнаружила, что они действительно организовали дежурство. Фальджен Дормитт, живой и здоровый, сидел на диване посреди Алхимического зала и с видом уставшего от жизни аристократа читал книжку. Молодая женщина с короткими светлыми волосами, видно, жена, ерзала рядом, не решаясь ни придвинуться ближе, ни встать. Столы были составлены к стене, а вместо них зал заполнили разномастные диваны. Маголекари, кто-то из погодников и Айлита с Ландой гипнотизировали Дормитта-младшего взглядами. Кто-то переговаривался. Кто-то листал брошюры и записи.
— Найдите господина Ферелейна! — умолял его заместитель, маг в латанной-перелатанной одежде. — Мы ничего не понимаем!
— Похоже, здесь нужно искать господина Дормитта, — проговорила Агнесса. Фальджен вскинул голову.
— Я из его псевдореальности, вы хотите сказать?
— Возможно. Вы не помните перехода?
— Нет. Я был на работе, потом пошел домой. Пришлось задержаться, чтобы наладить пару погодных машин…
— Погодные машины отключили дней пять назад! Они уже не в ходу, здесь больше нет сажи, если ты заметил! — вдруг истерически выкрикнула его жена и разрыдалась, обхватив Фальджена за плечи. Тот заморгал и принялся неловко успокаивать ее.
— Ладно, — Агнесса с тяжелым сердцем оглянулась на все это светопреставление. — Как только я найду Дормитта, дам вам знать. Оставьте Фальджена в покое, он не сущность и не оживший мертвец. Тем более если вы не чувствуете никакой подозрительной магии. Ждите.
— А ничего, что он… ненастоящий? — кто-то из маголекарей скривился почти брезгливо, кивая на липнущую к Дормитту-младшему жену.
— В какой-то мере ненастоящий. А с другой стороны — вполне настоящий, — задумчиво проронила Агнесса и телепортировалась к воронке.
* * *
Псевдореальность впустила обратно с трудом. Вместо мгновенного перехода пришлось мучительно долго болтаться в лишенном воды водовороте. Он крутился медленно и неохотно, не давая ни двигаться, ни дышать. И когда Агнесса уже собиралась рвануться к Арке, чтобы вынырнуть хоть где-нибудь, ход смилостивился и выплюнул ее в кабинет.
Агнесса еще некоторое время судорожно хватала воздух ртом. Перед глазами гасли тошнотворные звездочки.
Так. Значит, Фальджен Дормитт. Еще одна проблема.
Она прошлась по кабинету и села на подоконник, рассеянно наблюдая, как по дороге ползут потоки машин, а чуть выше по темной ленте моста катится мерцающая цепочка трамвая.
Эйрон Дормитт, нетерпимый, консервативный и самонадеянный. Каково ему сейчас? Попасть в псевдореальность — и встретить сына, вернее, точную копию. Живого. Зная, что в настоящем мире он погиб. Еще помня каждую подробность вскрытия. Как скребком по свежей ране. Агнесса попыталась представить в такой ситуации себя и не смогла. И все-таки Дормитт не бросил все и не вернулся. Вместо этого из псевдореальности вышвырнуло его сына. Соприкосновение с мечтой оказалось чересчур болезненным.
 
Но псевдореальности так не работают. Они изначально создаются такими, чтобы дать своему обладателю то, чего он хочет, а не травмировать его. Выходит, Дормитт хотел таким образом вернуть сына?
Может, подсознательно… Как показал опыт, подспудные желания в псевдореальности воплощались с большим размахом.
Нужно найти Дормитта. А пока…
Агнесса соскочила с подоконника, шагнула в воздушный кокон и перенеслась к своему подспудному желанию.
— Ну что? Я бесполезен? — спросил Аджарн, поднимаясь из-за стола. — Или могу чем-то помочь?
— А ты до сих пор не нашел ни одного хода в чужие псевдореальности? Абсолютно бесполезный тип! — поддразнила его Агнесса, подошла ближе и села на стол, отодвинув одинокий клочок исписанной бумаги, над которым Аджарн маялся, когда она пришла. — Я наведалась в наш мир. И мне не понравилось то, что я там увидела. Во-первых, туда выбросило Фальджена Дормитта.
— Дормитта-младшего? — Аджарн опустился на стул и посмотрел на нее снизу вверх. — Откуда?
— Из чьей-то псевдореальности. Скорее всего, самого Дормитта. Может, еще чьей-то. В нашей он…
Агнесса склонила голову, вспоминая. Здесь не было никаких пришлых, никаких повелителей снов. Некому было убить молодого мага. Да, здесь он здравствовал. И в псевдореальностях остальных — наверняка тоже.
— Это плохо? То, что его выбросило?
— Это ненормально. Псевдореальность — это альтернативная жизнь, которая не может воплотиться в настоящем мире. Каждому приходится корректировать желания под действием чужих, подстраиваться… А псевдореальность строится полностью по воле обладателя. Смерть Дормитта-младшего — и есть тот случай, когда чужие желания вмешиваются в ход жизни. Это невозможно отменить. Его появление перечеркивает естественный ход событий, понимаешь?
— Но никому же нет от этого вреда, — спокойно заметил Аджарн. — Разве в обычном мире что-то не дает воплощаться желаниям, которые ни с чем не конфликтуют?
— Нет… В общем-то ты прав, препятствий нет, — пробормотала Агнесса. — И все равно из псевдореальности ничего не может появиться. Даже то, чему нет препятствий.
— А жаль, — сказал Аджарн. — Выходи за меня. Когда вернемся в наш мир. Препятствий же нет?
Агнесса приоткрыла рот. Выверт цепи рассуждений оказался неожиданным.
— Не могу. Ты ни при чем. В других обстоятельствах я бы согласилась. Да проклятие, твои гильдмейстеры только-только перестали смотреть на меня, как на мусор!
— Это тоже ни при чем… хотя нет, конечно же, это важно. Могу представить, как на тебя посмотрят… Потому и жаль, — согласился он неохотно.
— Даже без брака я никуда не денусь, — пообещала Агнесса.
Аджарн покачал головой, точно сомневаясь или удивляясь чему-то. Потом встал, оттолкнул ногой стул и шагнул к Агнессе. Она издала смешок. Стол… а, Бездна, за пятнадцать лет в этом мире чего только не было, и не только на столе.
Небольшой разрез на платье оказался очень удобным. Встав между ее разведенных колен, Аджарн ласкал бедра и ягодицы, проходился пальцами по полоске кожи повыше края чулка. Агнесса не давала ему отстраниться, ловя за подбородок и целуя в губы. Его вторая рука уже дернула за ленту, стягивавшую две половинки воротника. Платье соскользнуло с плеча, гладкий креп вдруг показался чем-то плотным и шершавым, отчего кожа начинала гореть…
 
Кто-то как будто дергал дверную ручку. Агнесса не обращала внимания.
Пока смутно знакомый голос не вторгся в их уединение:
— Там ищут госпожу Аджарн, может, вы знаете… о. Э-э. Простите…
«Кто-то никогда не слышал о замках и защитах!» — подумала Агнесса, закусив губу, чтобы не рассмеяться. Потом соскочила со стола и замерла, давая юбке расправиться. Аджарн все еще прижимал ее к себе. Вряд ли гость видел что-то еще, кроме обнаженного плеча.