Я в игре (СИ)
Мельком бросаю взгляд на себя в зеркало: в холеном молодом человеке из отражения не узнать того Диму Кречетова, который гонял на байке в потертых джинсах и косухе и плевал на бренды и условности. Но в мире амбиций, ассигнаций и банковских счетов с внушительными нулями, куда я стараюсь пролезть, человека прежде всего встречают по внешним инвестициям, и мне приходится играть по этим негласным правилам.
Такси, неугомонный Федя, тараторящий без умолку и желающий ни с того ни с сего узнать о каждом попадающемся на пути доме или дворце всю подноготную и действующий на и так натянутые нервы… Хорошо хоть таксист оказывается словоохотливым и, кичась своим багажом данных и гордым званием «петербуржец», методично посвящает друга в те детали, которыми владеет сам.
Да, Питер – прекрасный город. Величественно носящий статус северной столицы и прославленный не только своей историей, архитектурой и разводными мостами, взлетающими белыми ночами в небо, как потревоженные птицы, а еще и романтичностью, даже несмотря на порой не слишком располагающую к прогулкам погоду. Уж я-то помню романтику белых ночей со всеми вытекающими последствиями!
Офис ООО «Гранд» находится в новомодной стекляшке недалеко от центра с видом на Неву. Аренда, думаю, тут бешеная, но что поделать – понты приходится содержать.
Просторный, отделанный камнем холл, охрана, фирменный лифт, переместивший нас на необходимый этаж, и длинноногая девушка, встречающая и показывающая дорогу в кабинет руководителя.
Приемная, дверь, внушительное светлое помещение впереди. Признаться, я немного волнуюсь. На своей территории было бы проще, но в данной ситуации мы больше подстраиваемся, чем диктуем свои условия. Мы конкретно заинтересованы в этой сделке и, не вскрывая карт, знаем: роял-флеш находится в чужих руках. Но, несмотря на внутреннюю напряженность, на моем лице – спокойное, нечитаемое выражение, которое дополнительной опцией стало доступно еще с тех времен, когда был жив отец и учил играть в покер.
Молодой приветливый мужчина встает с кресла и направляется к нам навстречу. Жму протянутую руку, улыбаюсь в ответ и, смотря в его лицо, пока он здоровается с Федей, не могу отделаться от мысли, что я где-то когда-то уже видел этого пижона, хотя, возможно, он просто медийная персона.
– Игорь Валентинович, – напоминает он свое имя, и я представляю себя и компаньона.
Присаживаемся, изучаем документы, приводим доводы о взаимовыгодном сотрудничестве, обсуждаем, доказываем, спорим, ищем компромисс.
Меня увлекает диалог, захватывает соревнование «кто у кого перетянет веревку» настолько, что я опять становлюсь прежним азартным игроком, тонко чувствующим и просчитывающим слабые места оппонента. Федя говорит, у меня хорошо развита интуиция, вот я и включаю ее сейчас на всю катушку.
Плодотворная работа завершается весьма радужными перспективами. Мы пьем кофе, своевременно принесенное не только длинноногой, но еще и, оказывается, улыбчивой помощницей, обмениваемся любезностями, договариваемся о новой встрече, чтобы завершить обсуждение спорных вопросов, и в тот момент, когда с моего языка уже готова сорваться прощальная фраза, в комнату влетает эффектная темноволосая девушка и, не замечая нас, спешит к хозяину кабинета, отошедшему к своему столу.
– Игорь, отвлеку тебя по поводу дня рождения.
Видимо, по выражению лица мужчины она понимает, что что-то не так, оборачивается и… убивает меня одним взглядом-выстрелом.
– Вика?!
Не знаю, куда подевалась моя сдержанность и как вообще вылетело ее имя из сомкнутых губ.
Ее теплые, травянисто-зеленые глаза, в первую секунду растерянно распахнувшиеся от неожиданного столкновения с моими, постепенно сужаются, леденеют и становятся холодно-изумрудными.
– Вы знакомы?! – удивляется Игорь, и я понимаю, почему его физиономия привлекла мое внимание. Я даже вспомнил, где и при каких обстоятельствах мы виделись – на том злополучном дне рождения. Это ее бывший. Или уже снова настоящий?!
Молчу, предоставляя Вике самой прояснить ситуацию, и она небрежно бросает:
– Учились вместе.
– Вот как! Удивительное совпадение.
Смотрю на мужчину и пытаюсь прочитать сарказм на его лице, но нет, он, видимо, действительно не помнит меня и считает, что мы с Викой были только однокурсниками.
Федя подхватывает тему и начинает лепетать о совпадениях, а я не могу отвести взгляд от девушки, которую любил когда-то; от девушки, которую не рассчитывал увидеть, приехав в родной город, несмотря на то что она методично изводит меня, приходя во снах и вплетаясь в видения.
Принцесса мало изменилась: такая же умопомрачительная красотка от кутюр, разве что волосы стали длиннее да взгляд, которым она периодически удосуживается скользнуть по мне, чужим и холодным.
Мое общество ей точно в тягость. Я вижу, что она нервничает, хотя очень старается спрятать эмоции за маской безразличия и смотреть куда угодно, лишь бы не на меня; но только взгляд, побродив по комнате, опять примагничивается к моей персоне. Неужели наше необъяснимое притяжение все еще работает?!
Обращаю внимание, как Вика нервно теребит браслет на запястье, играя подвесками, и застываю, заметив неброское кольцо с белым камушком на безымянном пальце. Она до сих пор носит его?! Это как удар под дых, как прыжок с парашютом... Мне вдруг резко не хватает воздуха, а еще ее срочного ответа: почему?!
С трудом возвращаюсь в действительность и начинаю улавливать диалог мужчин.
– Вы надолго?
– На пару дней точно. Это Димин родной город, он обещал мне его показать.
– Отлично. Вика!
Игорь обнимает ее за плечи, привлекая внимание. Я автоматически сжимаю кулаки. Непросто, когда при тебе трогают «твою» девушку.
– Может, стоить позвать одноклассника и его друга на день рождения, раз он так кстати появился накануне и мы собираемся плодотворно сотрудничать?!
Она бледнеет... Или мне кажется?!
– Хорошая идея. Приходите.
Ее голос спокойный, но какой-то неживой. Уверен, принцесса совсем не хочет видеть меня на своем празднике, но и не желает привлекать внимание отказом. Память «любезно» возвращает к тому единственному дню рождения, который мы отмечали вместе и который указал мне мое место и перевернул наши жизни. Хочу ли я там быть?!
– Вика пришлет вам приглашения.
Федя кивает и опять выруливает ситуацию, поскольку я сейчас – высеченная из камня статуя, неспособная изрекать слова.
– Спасибо, мы обязательно воспользуемся ими.
Друг толкает меня локтем в бок, чтобы я пришел в чувство и переместил свое тело из кабинета хотя бы в приемную.
Не замечаю, как мы оказываемся внизу, и только когда прохладный ветер пару раз дает мне освежающих оплеух, я прихожу в чувство.
– Что это было?! Димон, ты вел себя как придурок!
Хмурюсь. Я и есть придурок.
– Тебе показалось.
– Хорош лечить!
Молчу. Сейчас мне точно не до надоедливого друга.
– Ты правда учился с этой куколкой?!
Вопрос о Вике опять отдается возобновившейся болью в сердце, но воспоминание о ее реакции на обращение «кукла» вызывает легкую улыбку.
– Правда, – выдыхаю я. Знал, что будет не просто, но чтоб так!