Рискованный маскарад, или Все его маски (СИ)

Он кинул на нее отчаянный взгляд. Ей тоже связали руки — правда, не сзади, а впереди. Она держалась, — и он выдохнул с некоторым облегчением, — поразительно спокойно, только немного побледнела. «Милая, любимая! Я должен был догадаться, еще по тому разу, что тебе угрожает опасность, что я не должен выводить тебя из замка! Что тебя могут подстерегать. Но я не подумал об этом. Ведь никто не знал, что я приду за тобой, что мы убежим! Никто… кроме Гвен!»
Эта мысль оказалась последней — потому что затем жестокий удар обрушился на его затылок, и он потерял сознание.
72.
Генри только вышел из комнаты, как чуть не столкнулся с горничной баронессы, Джейн. Та явно спешила к нему, но, заметив выходящую вслед за виконтом Гвен, испуганно округлила глаза и втянула голову в плечи.
— Что это ты здесь делаешь? — подозрительно прищурилась Гвен, недобро глядя на Джейн.
— Так я… вас ищу, миледи! Пуфу плохо сделалось, вот я и прибежала! — выпалила горничная.
— Пуфу! — ахнула баронесса. — Что с ним?
— А я не знаю, думала, вы поймете!
Забыв обо всем, Гвен бросилась спасать любимого песика. А хитрая Джейн осталась с Лайсом.
— Носится с ним будто с ребятенком, — фыркнула она, глядя в спину удаляющейся хозяйки.
— А что с собакой? — озабоченно спросил вдруг Генри. Он и сам не ожидал от себя такого вопроса.
— Да ничего, я это придумала. Я ведь к вам, милорд, шла, а тут ее милость. Не ожидала я ее увидеть, вот и наврала, — по привычке затараторила Джейн.
— Значит, у тебя есть, что мне сказать?
Генри напрягся. Вся эта история, которую ему рассказала Гвен, вызывала у него сильнейшие подозрения. Он чувствовал, что не все так гладко, как говорит баронесса, и появление Джейн было тому подтверждением.
Девица, однако, не торопилась выкладывать, зачем явилась, и выжидающе смотрела на него. Он усмехнулся:
— Говори, не волнуйся, я тебе заплачу.
— Нет, мне не деньги нужны, ваша милость. — Джейн замялась, что было ей совсем не свойственно. Ее заявление несказанно удивило Генри. До денег девица была жадная.
— А чего же ты хочешь?
— Хочу, чтобы вы подыскали для меня новое местечко, а еще лучше — взяли бы меня к себе в прислугу. Я ведь очень расторопная, вы же знаете! А баронесса меня еле терпит теперь, после того, как узнала, что я шпионила для вас.
Генри нахмурился: не очень-то ему хотелось иметь в услужении столь болтливую особу.
— Ладно, — наконец, согласился он. — Но смотри у меня: я тебе не баронесса, и если узнаю, что ты суешь нос не в свои дела или болтаешь лишнее, мигом окажешься на улице без рекомендаций! А теперь, — он взял в руки подсвечник с горящей свечой, — пойдем. По дороге расскажешь, зачем пришла. Только потише говори, иначе разбудишь весь замок.
Девушка несказанно обрадовалась.
— Ой, ваша милость, да как же я вам благодарна! Богом клянусь, вы не пожалеете, что меня взяли! У миледи сил больше нет работать. Да и не платит она мне толком. Вечно у нее с деньгами туго, — трещала неугомонная девица, семеня за Генри по коридорам: Лайс направлялся к комнатам Евы.
— Неужели маркиз не дает ей денег? — удивился он.
— Ой, да что вы?! Он такой скряга! Да еще и поколачивает ее!
Генри даже обернулся, услышав такое.
— Поколачивает? — недоверчиво спросил он.
Джейн замялась, но все же ответила:
— Ну, не совсем поколачивает. Их сиятельство, знаете ли, любит всякие такие вещи…
— Какие вещи?
— Ну… я, как девушка порядочная, и знать-то о таком не должна, но глаза-то и уши у меня на месте. В общем, маркиз очень плохо обращается с моей госпожой, так, как джентльмены никогда себе не позволят даже с девицами из всяких заведений. Он и на меня один раз, как на женщину посмотрел, если вы понимаете, о чем я. Так я потом всю ночь уснуть со страха не могла, молилась, чтобы маркиз обо мне не вспомнил. Теперь, как он приходит, сразу прячусь.
— Так, может, леди Финчли нравятся такие развлечения? — презрительно скривился Генри, уверенный в том, что баронесса виновата во всех тяжких грехах.
 
— Да Бог с вами! — ужаснулась Джейн. — Если бы ей такое нравилось, миледи не рыдала бы так каждый раз после его ухода. Уж не знаю, почему она это терпит. Боится, наверное, что Аллейн с ней разделается, если она ему откажет.
Генри был потрясен. Он привык думать о леди Фннчли, как о женщине развращенной и опустившейся, привык винить ее наравне с Аллейном, но, оказывается, все не так просто! Она тоже жертва этой твари, страдающая, несчастная… Появилось вдруг острое желание защитить ее от всех бед, чтобы ни один Аллейн в мире до нее не добрался. Чтобы она была только его, виконта Маендервиля…
Они шли по темным коридорам спящего замка к комнатам Евы.
Джейн, окрыленная вниманием своего нового хозяина к ее словам, тараторила без умолку. Интересно, гадала она, с чего это он так изменился? Раньше он всегда прерывал ее, стоило только лишнее слово сказать. А сейчас он внимательно слушал. Его явно очень интересовала баронесса. А последняя, между прочим, вышла из его комнаты! Вот уж чего Джейн не ожидала. Она побежала к господину виконту почти сразу, как только ее госпожа покинула свои покои, и никак не думала, что хозяйка окажется у него.
— Ох! Я вам главное не сказала! — спохватилась вдруг она.
Генри поразился про себя, что, за разговорами о Гвен, он тоже забыл о важной информации, которую приготовила для него Джейн.
— Вы, может быть, заметили, когда мы приехали сюда, что у миледи в карете сидела новая горничная? — Джейн выжидательно посмотрела на него.
— Да, — стараясь скрыть неуверенность, ответил Лайс. Он не слишком-то присматривался к новой служанке, его куда больше волновало внезапное возвращение баронессы.
А если вдуматься, то откуда бы взяться этой горничной? О, черт, почему же ему не показалось сразу неестественным, что Гвен подобрала себе служанку на дороге по пути в Лондон? Лайс даже остановился и внимательно посмотрел на Джейн.
— Так вот, — продолжала та, — странная это служанка! Очень на переодетого мужчину похожа!
— Что? — удивленно выдохнул Генри, потрясенный неожиданными словами Джейн.
Кого еще осмелилась привезти в замок баронесса?!!
Возвращение ее было весьма подозрительным с самого начала, и теперь он понимал, почему.
— Да-да, мужчина это, ряженый! — продолжала тараторить Джейн. — Он хоть и пытался при мне женщину изображать, да меня-то не обманешь! А баронесса-то как над ним потешалась! Все Сюзи его звала.
— Этот человек сейчас в комнатах леди Финчли? — резко прервал ее Генри. При мысли, что Гвен привезла в замок переодетого любовника, кровь бросилась ему в голову, в глазах почернело.
— Нет, ушел куда-то, еще спать мы не легли. Я слушала, как они шептались. Миледи уговаривала его подождать, а он ни в какую!
Значит, это не ее любовник. Генри облегченно вздохнул. Но тут же сообразил, что мнимая горничная может доставить множество неприятностей, и зло сжал зубы, чтобы не выругаться, — а очень хотелось.
— Но это еще не все! — вдруг заявила Джейн. — По пути в замок мы сделали крюк и останавливались у леса. Меня в карете оставили, а вот миледи с этой якобы Сюзи ходили в лес. Пробыли они там не так чтобы долго, а вернулись с мешком, небольшим, но не перья там лежали точно. Хозяйка аж вся светилась от радости. Вечером мы спать легли. Миледи думала, что я сплю, и мешок этот достала. А я все в дверную щелочку между нашими комнатами видела. У миледи там целое состояние! Полный мешок драгоценностей! Она их все рассматривала сидела, да в окно поглядывала, будто кого-то ждала. Потом она этот мешок заперла в ящик комода и ушла, а я сразу к вам побежала. Уж не ожидала ее с вами увидеть!
— Вот как… — только и сказал Генри и зашагал еще быстрее. Он почти не сомневался в том, что Евангелины нет на месте.
Кого же привезла в замок Гвен? Может, это человек Аллейна? В таком случае, Генри может найти труп дочери лорда Корби.