Обретенная (ЛП)

На Лорен все еще надет пушистый пурпурный халат, под которым она абсолютно голая. Когда Зарн притянул ее ближе, халат распахнулся, и она застонала, почувствовав, как ее обнаженная грудь потирается о его широкий обнаженный торс.
Большая выпуклость в его черных боксерах настойчиво прижималась к ее бедру, опасно близко к ее беззащитному лону. Лорен на мгновение подумала о том, как Зарн говорил, что у него «двойной комплект оборудования», но, по ее ощущениям, все было совершенно нормально. Ну, не то чтобы совсем нормально — выпуклость казалась ужасно большой. Может быть, она получит шанс исследовать и выяснить, насколько…
— Стоп! — Зарн внезапно прервал поцелуй.
— Что? Но почему? — Лорен изумленно подняла голову, пытаясь найти причину в его глазах. — Ты хочешь пойти в кровать? Потому что я согласна, что это не лучшее место для этого. — Она обвела рукой комнату с темно-синими светильниками и ванной, все еще заполненной застывшей розовой кашей того, что она оставила прошлой ночью.
— Нет, я не хочу идти в кровать. — Голос Зарна был хриплым. И Лорен все еще чувствовала, как у ее бедра пульсировала горячая и твердая плоть, словно отрицая его слова.
— Где тогда? — спросила она, нахмурившись.
— Нигде. Я… я вообще не хочу тебя.
— Ты лжешь, — тихо сказала Лорен. Поднявшись, она обхватила его щеку и посмотрела в эти новые красивые глаза цвета морской волны. — Ты хочешь меня, Зарн, я чувствую это. — Она подтолкнула его бедром и с удовлетворением заметила, как он дернулся. — И я хочу тебя. — Она кивнула на себя, где внизу ее маленькие соски все еще терлись о его широкую загорелую мускулистую грудь. — Мы хотим друг друга, — пояснила она. — Мы нужны друг другу. И я не вижу ни одной веской причины, по которой мы не могли бы удовлетворить эту потребность.
— Потому что у меня тоже есть к тебе чувства. — Нежно, но твердо он взял ее ладони и опустил их вниз, отодвинув от себя. Затем отступил назад, нарушив физический контакт между ними. — Я не знаю, как это назвать, но я хочу… Я хочу защитить тебя от боли, чтобы ты была в безопасности от любого вреда. Успокаивать тебя, когда тебе грустно. Заслонить тебя своим телом от любой опасности, которая может случиться с тобой. — Он покачал головой. — Это очень странные и запутанные чувства.
— Это похоже на любовь, — тихо сказала она. — Если ты любишь меня, то почему отталкиваешь?
— Из-за того всего, что я рассказал тебе прошлой ночью. Из-за того, ЧТО я есть. — Он покачал головой и отвел взгляд от ее обнаженного тела, обрамленного пушистым пурпурным халатом. — И потому что я забочусь о тебе, я должен тебя оставить. Мне нужно увидеть тебя в безопасности на твоей планете, но потом… я должен уйти.
— Уйти куда? — Лорен потянулась к Зарну, но он увернулся от ее прикосновения. — Ты же еще вернешься, чтобы повидаться со мной?
— Нет. — Он избегал встречаться с ней глазами. — Никогда.
— Что? — Почувствовав острую боль от его слов, удивленная Лорен заплакала. Горячие слезы навернулись на ее глаза и потекли по щекам, прежде чем она смогла их остановить.
— А чего ты ожидала? — грубо спросил он. — Почему я должен остаться на Земле с тобой? Жить как человек? То, что я выгляжу как человек, еще не значит, что внутри такой же.
— Я… я знаю. — Лорен шмыгнула носом и попыталась перестать плакать. — Я не знаю, чего ожидала, но надеялась, что ты останешься… хотя бы на некоторое время.
— Нет, — покачал головой Зарн. — Мне надо уйти.
— Почему? Из-за того, что делает ваша раса? — Лорен снова шмыгнула носом и яростно уставилась на него. — Я не согласна с этим. Меня не волнует, как мужчины твоей расы относятся к женщинам или что на твоих глазах делал всеотец. Ты не такой, как они, Зарн. Ты это ты. И я знаю, что ты не будешь так обращаться со мной. Я уверена, ты никогда не сделаешь мне больно.
— Ты ошибаешься, — сказал он тихо. — И даже больше, чем думаешь.
— Может быть, так и есть. — Слезы грозились политься снова, но Лорен удержалась. — Потому что ты причинил мне боль — хуже, чем когда-либо в моей жизни.
 
— Что? — Он выглядел пораженным. — Я же не тронул тебя и пальцем. Во всяком случае, не таким образом, как моя раса.
— Нет, но ты бросишь меня, как только мы возвратимся на Землю. Своим уходом ты не даешь нам шанса развить чувства, которые мы испытываем друг к другу. — Подняв подбородок, Лорен посмотрела ему в глаза. — И это гораздо больнее, чем любая грубая, странная фантазия в стиле БДСМ. Ты не ранил мое тело, Зарн, но ты ранил меня в самое сердце.
Он открыл рот, чтобы ответить, но Лорен не хотела слушать его — не хотела слушать больше оправданий. Расправив плечи, она запахнула халат и вышла из ванной. Если он так хотел, то пусть будет так. Было ясно, что он серьезно относится к тому, чтобы бросить ее на Земле и уйти не оглядываясь. Что ж, в таком случае она не собиралась его умолять.
Но это больно. Боже, это больнее всего, что она когда-либо могла себе представить. И Лорен не могла остановить воспоминания о том, как его глубокий голос произносит эти сладкие слова: «Я хочу защитить тебя от боли, чтобы ты была в безопасности от любого вреда. Успокаивать тебя, когда тебе грустно. Заслонить тебя своим телом от любой опасности, которая может случиться с тобой».
Это точно любовь, но этого оказалось недостаточно. Она не была ему дорога настолько, чтобы остаться. Чтобы рискнуть. «О Зарн, — подумала она печально. — Если бы ты был готов рискнуть ради меня своим сердцем так же, как и своим телом».
Если бы…
  
Глава 15
 
С острой болью в груди, которую не мог объяснить, Зарн смотрел ей вслед. Почему Лорен не могла понять, что он делал это для её же блага? В отличие от Лорен, которая хотела, чтобы он ушел, — он уже не хотел оставлять ее на Земле, чтобы никогда больше не видеться. Но воин ничего не мог с собой поделать — если он позволит себе приблизиться к девушке, его истинная натура раскроется.
На короткое мгновение, Зарн позволил себе пережить сладкое мгновение, когда она прижалась губами к его. Этот… поцелуй, да, именно так она это и назвала. Тот поцелуй, который начался так мягко и нежно, а затем превратился во что-то другое — что-то большее. Тогда Зарн возжелал ее, особенно когда она раздвинула губы и предложила ему свободу исследовать ее, узнать ее полностью. У воина были темные видения, как он падает на колени и языком раздвигает другие ее губы — сладкие, мягкие губки естества. Зарн отчаянно хотел попробовать Лорен на вкус, исследовать ее скрытые сокровища, пока она стонала бы и, хватаясь за его волосы, умоляла бы продолжать, не останавливаться…
«Но я не могу. Я не должен». Поскольку, если бы он позволил себе попробовать и исследовать тело Лорен, наверняка последуют другие желания. Желания, к которым стремилось его тело, но которые другие считали извращением.
Вздохнув, Зарн с силой надавил ладонями на глаза. Слез больше не осталось — они закончились, когда умерла его любимая самка урлика Санья. Но по какой-то причине глаза Зарна горели, и он чувствовал комок в горле, который не пропадал, независимо от того, сколько раз он сглатывал.
Он глубоко вздохнул, пытаясь отогнать ненужные эмоции, и уловил откуда-то слабый аромат. Это, должно быть, ее запах, самой Лорен. Он гладил ее волосы, когда целовал, — и тот, наверное, остался на коже рук.
Первым побуждением воина было помыть руки, но он не мог этого сделать. Вместо этого прижал ладони к лицу и вдохнул, пытаясь вдохнуть ее, пытаясь запомнить Лорен навсегда. Затем Зарн нахмурился — ее запах был каким-то другим. По сути тот же самый, но немного изменился. Она пахла как …
— Она пахнет, как я, — прошептал он грубым голосом. Это было правдой — как если бы он отметил девушку ароматом, как Киндред. Но как?.. Внезапно Зарн понял. Обмен ДНК. Лорен задавалась вопросом, что она получила от него — вот что. Это было немного — ничего, что она когда-либо заметила бы сама. Но это навсегда удержит любого другого мужчину из рода Киндред или Скраджей от нее. Новый аромат Лорен клеймил ее как уже принадлежащую мужчине — ему — так же как если бы он отметил ее всеми теми признаками принадлежности Скраджей.