Кодекс (СИ)

— Внешняя служба подразумевает устранение заражённых кодексов, — пришла на помощь Анастасия. — Внутренняя создана для тех, кто опасается встречаться с вышедшими из под контроля кодексами и их физическими телами. Или как вариант, внутренние убеждения или религия не позволяет брать в руки оружие. В таком случае лучше выбрать именно второй вариант.
— Я исполнитель и второй вариант мне уж точно не подходит… бывший исполнитель, — поправился я, ставя галочку напротив внешней службы.
— Именно на это я и рассчитывала, — подтвердила она своей росписью мой выбор. — Жду тебя на службе через три месяца, — произнесла она, убирая планшет в ящик стола.
— И что я буду делать эти три месяца?
— Об этом можешь не беспокоиться, всю нужную тебе информацию, узнаешь от инженера-наставника.
Позади меня послышался звук открываемой двери и в кабинет вошёл стройный и высокий молодой человек. Расстёгнутый белый плащ демонстрировал такого же цвета лёгкую броню На левой груди которой красовалась цифра пять. А вот у Анастасии там была единица. На плечах плаща находились знаки инженеров, ромбы с бинарным кодом. Честно говоря его одежда вызвала у меня сразу несколько вопросов.
Зачем он надел плащ поверх брони, пускай и лёгкой? Согласен, выглядит это наверное круто, но сомневаюсь, что инженеры на первое место ставили внешний вид. Да и вряд ли плащ служил защитой от дождя, ведь с этим вполне может справиться и сама броня. Но все эти вопросы я решил оставить при себе и не пытаться их озвучивать в присутствии руководства.
— Станислав можешь его забирать и постарайся ускорить обучение, — произнесла Анастасия. — Уверена, он с этим сможет справиться, — добавила она, посмотрев мне в глаза.
— Хорошо, первая, я ускорю его адаптацию, — ответил Станислав и кивнув мне, вышел из кабинета.
Как я понял, на этом моя аудиенция с руководителем закончилась и я последовал за молодым человеком, который в дальнейшем станет тем, кто ответит на все мои вопросы. По крайней мере я на это рассчитывал, но как там пойдёт дальше я понятия не имел. Едва мы покинули кабинет, Станислав сразу же перешёл к делу.
— Ситуация у нас сейчас складывается не особо радужная, да и времени как ты уже слышал мне дали не особо много. Поэтому постарайся запомнить всё, что я скажу, с первого раза. Я понимаю, что будет довольно сложно, но другого варианта у нас сейчас нет.
Пока он это говорил мы подошли к двери справа от которой находился сканер. Широкий луч сканера захватил сразу нас обоих и пробежав по нам от головы до ног и обратно, он подтвердил наши полномочия на проход в помещение, которое располагалось за стеной.
— В данный момент твои физические показатели слишком низки, чтобы использовать тебя во внешней службе, — пояснил он, когда мы вошли в медицинский блок. — Здесь твои старые усилители будут удалены из тела и заменены на нормальные, которые тебе позволят не умереть какое-то время.
По правде говоря меня это немного задело. Я как ни крути, а исполнитель-охотник и был в таких передрягах из которых мало кто выбирался живым.
— Я охотник, и меня не так-то легко убить, — заметил я.
Станислав остановился и посмотрел мне в глаза. Это был второй человек чьи глаза не соответствовали возрасту. Внешне довольно молодой человек обладал взглядом ветерана, который видел такое, чего не видел даже я.
— Знаю, директорат предложил для рассмотрения твою кандидатуру. Первая должна была лично убедиться в твоём полном соответствии для службы в нашем подразделении. Именно это стечение обстоятельств ответственно за то, что ты всё ещё жив. Обычно, встреча с «нулём» заканчивается смертью и если ты здесь, значит она посчитала, что ты нам подходишь. Знаешь сколько инженеров с десятой категорией допуска возвращаются после первого рейда?
— Нет, — честно признался я.
— Из отряда из десяти бойцов пятеро остаются в нулевом секторе. Но из пятёрки вернувшихся, только один, максимум два смогут продолжить внешнюю службу. Остальные будут переведены во внутреннюю службу инженеров. В девяносто процентах, такое решение связанно с психологическим отказом возвращаться в нулевой сектор. А если говорить простым языком, их не пускает страх.
 
— Как я поняла, он пытается тебе намекнуть, что у нас ещё есть шанс передумать и выбрать внутреннюю службу, — встряла в разговор кодекс.
— Она права, во внутренней службе отличные ребята, а главное они находятся в безопасности, — поддержал кодекс Станислав.
— Я охотник, — напомнил я.
— Понятно, — развёл он руками. — Ты охотник и не сворачиваешь с выбранного пути, я уважаю твоё решение, поэтому удачи.
Станислав развернулся и направился к дверям из медицинской лаборатории, но перед выходом он остановился, словно что-то вспомнил.
— Я кое-что забыл упомянуть, — произнёс он. — Все инженеры без исключения, бывшие охотники, — добавил он и уже окончательно покинул помещение.
— Что-то мне подсказывает, что твоё постоянное упоминание о том, что ты охотник, здесь звучит довольно странно, — сыпанула мне кодекс, на рану немного соли. — Позволю себе напомнить, ты уже не охотник и даже не исполнитель.
Спорить с этим было глупо, а вот от размышлений на эту тему меня отвлекли сотрудники медицинской лаборатории. Я уже имел опыт нахождения в подобных местах. Когда в моё тело вживлялись первые усилители, мне пришлось некоторое время провести в капсуле сохранения. Но по сравнению с теми капсулами, которые располагались вдоль стены, исполнителей похоже, после операций держали в мусорных контейнерах.
Я не был большим специалистом в этих технологиях, но только наличие огромного дисплея с десятком основных параметров пациента, говорило о многом. В то время, пока меня подготавливали для процедуры, старший медик в общих чертах рассказал мне о том, что со мной будет происходить.
На ближайшие шестьдесят дней капсула сохранения станет моим домом. Операция по извлечению из тела усилителей полностью автоматическая и не займёт много времени. Благодаря тому, что моё тело уже адаптировалось под усилители, хотя и самой примитивной категории. Но именно это и позволяет им вживить в меня более продвинутую систему.
Как оказалось, новая система хотя и называется продвинутой, но только в сравнении с усилителями исполнителя. У самих инженеров она находилась на самой низшей ступени. Относилась к десятой категории допуска и являлась начальным вариантом. Всего у этой системы десять категорий, от десятой и до первой. Активировать первую категорию можно только после того, как были синхронизированы все прошлые.
Человеческое тело должно быть готово к тому, что оно получает огромные возможности по сравнению с теми, которыми владело раньше. Но само по себе тело адаптируется к системе усилителей, довольно быстро. Проблема заключается не в мышцах и костях, с ними-то как раз проблем меньше всего.
Самая главная часть, которая тормозит быстрый переход от десятки к первой, заключена в разуме человека. Именно по этой причине нельзя сразу активировать первую категорию. Мозг просто отказывается воспринимать ту скорость с которой теперь может двигаться тело.
И вот этот момент никак нельзя ускорить. Даже если принудительно активировать программу усиления первой категории. То не готовый к этому мозг, всё равно будет использовать только десятую часть от доступных ему возможностей. Поэтому вероятность активации первой категории имеет каждый инженер, но не каждый достигает этой планки. Исходя из услышанного я понял, что вообще могу навсегда остаться с усилителями десятой категории.
Избавившись от одежды я в чём мать родила забрался в капсулу сохранения. После того как я устроился в ней, один из медиков прикрепил к моему лицу маску, с помощью которой мне будут подавать наркоз. По завершении процедуры я просто проснусь, но это произойдёт спустя шестьдесят дней.
Установка усилителей для исполнителя, обычно занимала стандартные десять или четырнадцать суток. А здесь система гораздо сложнее и я лишь надеялся, что мой разум вполне сможет использовать то, что я получу в конце долгого сна.