Шёпот ветра (СИ)
Да он битых полчаса угробил на то, чтобы добиться от Кати реквизитов! На все его предложения она отвечала бессмысленным: «Я не хочу быть у тебя в долгу».
Она что, действительно принимает его за отморозка способного на такое?!
— Хорошо, — отставив недопитый кофе на капот машины, просияла внезапной улыбкой Катя. — Очень хорошо! — радостно провозгласила она и сделала невозможное: девушка вдруг шагнула к нему и порывисто обняла за талию.
И Стас пропал.
— Представляешь, ему нашли донора! Сереже нашли донора! Кажется, я только сейчас осознала… — сбивчиво затараторила Сватова, не ведая, что с ним творилось. Эмоции, словно ураган, стремительно налетели и затянули в самый центр, лишая кислорода. Да и кому он нужен, когда к тебе прижимается та, которую ты желаешь больше всего на свете: мягкая, теплая, невозможно близкая. Его Катя.
— Здорово. Я очень рад за него. За вас, — нескладно ответил парень и всё-таки сделал глубокий вдох, вдыхая вместе с воздухом Катин запах, — что-то свежее и цветочное, — и осторожно обнял её в ответ.
— Спасибо тебе. За то что подвез…И за…
— Сватова, ты можешь просто помолчать? — оборвал поток ненужных благодарностей Стас и, поддавшись напору чувств, закрыл глаза и уткнулся подбородком в её макушку, наслаждаясь странным умиротворением, которое дарили эти объятия. Было что-то знакомое в них. Что-то родное.
Однако умиротворение продлилось недолго.
— Серебров, — угрожающе прорычали где-то снизу, а податливое секунду тому тело, будто окаменело под его ладонями. — Я вообще-то тут радостью с тобой делюсь.
— Вот и делись. Я готов посвятить этому всё свое свободное время, — так и не разлепляя век, лениво протянул парень. — Всё для тебя. Не стесняйся.
— Не стесняйся?! — едко переспросила Катя и, сбросив его руки, отстранилась, увеличив расстояние между ними.
— И почему ты всегда усложняешь? — вздохнул Стас, по-прежнему ощущая тепло её тела на себе. Это было приятно. Слишком приятно, чтобы внутри сразу же появилось навязчивое желание повторить их объятия.
— Может, потому, что ты постоянно перегибаешь? — раздраженно дернула плечом девушка и, подхватив картонные стаканчики, выбросила их в урну поблизости.
— Перегибаю? Солнце, да я еще даже не начинал.
— Вот и не пытайся, козлик, — она невозмутимо обошла Стаса и, распахнув дверцу, проскользнула на заднее сидение машины. — Мы едем или как?
— Серьезно? Ты сбегаешь от меня на заднее сидение после захудалых обнимашек? — недоверчиво протянул парень, устраиваясь на месте водителя. — А что будет после поцелуя? Соберешь чемодан и отправишься покорять Антарктиду? А после секса…
— Серебров, блин! Заводи уже эту чертову машину!
— Оппа, да ты реально стесняешься! — его смеющийся зеленый взгляд встретился в зеркале с её разъяренным золотисто-карим. Не удержавшись Стас подмигнул девушке и хмыкнул, когда она ожидаемо отвернулась. — Для справки, ради последнего пункта я готов последовать за тобой даже в Антарктиду.
— Учитывая твои сталкерские замашки, Серебров, я в этом даже не сомневаюсь, — сосредоточив внимание на экране смартфона, съязвила в ответ Катя. — Напомни-ка, сколько там дней осталось до твоей свадьбы? Никак не дождешься, наверное?
— Ауч! А ты умеешь делать больно, Сватова. Как ты там говорила? В психологии этому посвятили целый раздел. Что-то о людях, которые любят причинять другим боль, — выруливая с парковки, усмехнулся парень.
— Там, также есть раздел о людях, которые вечно увиливают от неприятных вопросов, — парировала девушка.
— Свадьбу перенесли, — быстро сдался Стас. — Её величество Милана пожелала каких-то редкостных бабочек-мутантов, без которых наш брак невозможен.
— Бабочки-мутанты? Наверное, это будет незабываемо, — их смеющееся взгляды вновь встретились в зеркале заднего вида. — Пришлешь мне потом фотку?
— Надеюсь, мне не придется этого делать, — вдруг посерьезнел Стас и тут же улыбнулся: — Ты никогда не хотела побывать в Америке?
— А что же случилось с Антарктидой? — насмешливо переспросила Катя, набирая сообщение в мессенджере.
— Уверен, белоснежные пляжи Маями понравятся тебе намного больше гребанного льда. Я серьезно, Кать, поехали со мной в Штаты?
Глава 14
— Что-то твое Чудо-юдо больно активное, — Маринка привстала на носочки и сделала очередную попытку заглянуть в Лизкин телефон. — Он тебе там что, стихи шлет?
— Это личное, — Кузнецова выгнулась под странным углом, не переставая набирать сообщение: — И прекрати его так называть! У него, между прочим, имя есть!
— Это ты про Телепузика? Или Карапузика? — насмешливо переспросила Маринка, а я поспешно сделала вид, что меня очень волнует расписание сессии первого курса, которое висело на стенде рядом с нашей кафедрой.
— Поверить не могу, что ты ей об этом рассказала! — обличительно ткнула в мою сторону пальцем Лизка.
— Говорит та, что обозвала своего парня Чудом-юдом, — тут же съехидничала Маринка.
— Это всего лишь милые детские прозвища, Лиз, — состроила я невинный вид, хотя в глубине души подозревала, что Димка, скорее всего, по этой же причине так ни разу и не заглянул к нам в общежитие на чай. Притом, что они с Лизой ходили на свидания практически каждый день.
Подумать только: каждый день!
По правде говоря, глядя на всю эту букетно-конфетную историю, что сейчас происходила между Димой и Лизой меня не раз одолевала зависть. Только не поймите неправильно. Я очень рада за них. Честно. Но в то же время Лизины счастливые улыбки и то, с каким энтузиазмом она собиралась на свидания, невольно наталкивали на мысли, что я что-то упускаю. Мне не хватало всего этого с Пашей. Да что там, мне просто не хватало Паши!
Мы не виделись вот уже десять дней. И это сводило с ума.
Поддавшись порыву, я достала телефон и быстро набрала сообщение:
«Хочу тебя увидеть. Очень».
Подумав, я добавила еще парочку эмодзи-поцелуйчиков и поспешила спрятать мобильник в карман, заметив направленный на меня сочувственный взгляд Булкиной.
— Что, проблему с перелетом так и не решили? — участливо спросила она.
Вместо ответа я лишь отрицательно качнула головой, и до боли закусила щеку изнутри, чувствуя себя маленькой обиженной девочкой, которой взамен обещанного праздника досталась лишь поздравительная открытка.
Сегодняшний день должен был стать нашим с Пашей, но по техническим причинам его вылет отложили на целых восемь часов. Конечно, у нас есть еще завтра, до того, как ему снова придется уехать. Однако я никак не могла перестать сожалеть по утраченному времени.
— Ну, зачем?! — громкий возглас Кузнецовой заставил меня вздрогнуть. И не одну меня: все наши одногруппники, которые, как и мы, слонялись без дела в ожидании результатов письменного экзамена, удивленно вытаращились на свою старосту. — Простите! Это я не вам! — смущенно улыбнулась им Лизка, а Булкина поспешила приступить к допросу:
— Что? Что там? Он признался на счет сюрприза? Пожалуйста, скажи, что я угадала!
— Ты угадала, — горестно вздохнула Лизка. — Похоже, он и вправду везет меня в какой-то загородный клуб на берегу реки. Блин, девочки, что мне делать?
— Как что? Наслаждаться! — Булкина выразительно поиграла бровями. — Я уже это вижу: романтик, камин, шампанское…
— Кто зажигает камин в тридцатиградусную жару? — фыркнула я, а потом вдруг вспомнила одного, вечно мерзнущего музыканта и опять ударилась в меланхолию.
— Добро пожаловать на землю, Сватова! Для справки: зажигают обычно вечером, когда уже не так жарко. И люди, которые это делают, рано или поздно остаются перед этим самым камином голыми, — со знанием дела ответила Маринка и гордо добавила: — Проверенно на личном опыте!
— Знаешь, не обязательно орать о своем личном опыте на весь филфак, — шикнула на нее Кузнецова, натянуто улыбаясь некоторым любопытным однокурсникам, что с интересом косились на нас. — Но вам не кажется, что это слишком быстро? Я…Мы…Короче, я еще не готова быть голой, — шепотом закончила подруга.