Город мучений (ЛП)

- Я храню здесь множество интересных вещей. Некоторые из них смертоносны. Повезло, что ты не совал свой нос куда попало без моего руководства. Ха. Тебе повезло, я имею в виду.
Яфет последовал за архифеем в высокое помещение с густым запахом гнили и плесени. Комната была заполнена предметами, истинные очертания которых скрывал брезент.
Нейфион проложил себе путь в дальний конец помещения, где в одиночестве под слоем ткани стояло нечто крупное.
С широким артистичным жестом Нейфион сорвал ткань.
На деревянных подставках стоял тусклый железный колокол. Он был огромен. Если это действительно был колокол, то в часовне или храме, где он раньше висел, призыв к молитве звучал на многие мили. Колдун прикинул, что внутрь легко поместятся четыре-пять человек.
Вдоль колокола спиралями вились руны с резким, угловатым начертанием. Странный алфавит напомнил колдуну дварфийскую письменность, но эта казалась более примитивной.
- Это путевой колокол. Он защитит нас практически от любой среды, - сказал Владыка Летучих Мышей. - И его можно опустить под землю или камень так же легко, как в воду — а в определённых обстоятельствах пройдёт он и сквозь преграды между измерениями.
- Хмм, - отозвался Яфет. - А что насчёт языка?
- У колокола его нет.
- Ах вот оно что. Как забраться внутрь?
- Неудивительно, что тупица вроде тебя не смог понять сразу. Дно полностью открыто — оно называется лунным колодцем. Служит одновременно как вход и как иллюминатор. Колокол делится на два помещения, достаточно крупных, чтобы вместить нескольких путешественников твоего размера. Каждое помещение содержит сидение, видимо — для пассажиров.
- Хмм, - Яфет не понимал, как это будет работать. - Раньше ты упомянул, что знаешь существо, которое опустит нас внутри этого, - сказал он, ведя ладонью по прохладной и гладкой поверхности колокола.
Нейфион взмахнул руками, как летучая мышь — крыльями.
- Да. Мы готовы отправляться?
- Почти.
Яфет хлопнул в ладоши и сосредоточился.
В помещение ворвался вихрь крылатых фигур, а следом — один из гомункулов, которых он прогнал ранее. Очевидно, слуга не стал уходить далеко. Колдун ткнул пальцем в сморщенного человечка и сказал:
- Приготовь для меня пакет с сушёными припасами на двадцать дней. Пускай он будет достаточно большим, чтобы осталось свободное место. И не забудь воду!
Гомункул посмешил прочь, но летучие мыши продолжили сновать по помещению.
Нейфион нахмурился. Ему не нравились напоминания о том, кто на самом деле обладает властью в замке Даррок. Тебе же хуже, подумал Яфет.
Они ждали в молчании. Нейфион таращился на Яфета, демонстрируя свои игольно-острые зубы в усмешке. Существо было счастливо освободиться и будет бороться изо всех сил, когда Яфету снова придётся усадить его за Бесконечный Пир. От попытки придумать, как этого добиться, у Яфета заболел живот. Дважды на один и тут же трюк Владыку не поймать, но нельзя позволять ему плести интриги. Может быть, придётся убить Нейфиона. Это лишит Яфета всей его силы... а значит — не вариант. Как только Яфет потеряет свою силу и покровителя, зависимость от пыльцы путешественников поглотит его. Если он хочет остаться в живых, то Владыка тоже должен уцелеть, даже несмотря на то, что каждую свободную секунду он строит планы против колдуна.
Неудивительно, что у Яфета разболелся живот.
Гомункул вернулся в комнату, волоча за собой большой пакет. Яфет забрал его ношу и заглянул внутрь. Существо выполнило его просьбу. Он сунул пакет в недра плаща.
- Я готов, Нейфион. Давай покончим с этим.
Ухмылка Владыки Летучих Мышей стала ещё шире. Гротескное создание, подумал Яфет. Порождение ночного кошмара. А ещё он — из рода фей, которые известны своим коварством. Владыка не почувствует никаких угрызений совести, если исказит свою клятву или полностью от неё освободится.
Нейфион завёл какой-то речитатив своим мелодичным и густым голосом.
- О божественный слуга, призываю тебя силой договоров, заключённых твоими хозяевами, и божественным знанием, дарованным мне посредством их вмешательства. Я призываю тебя согласно пунктам этих договоров, где перечислены обязательства, которые ты не можешь игнорировать. Я призываю тебя именем Мапатиус, твоим истинным именем — я произнёс его, и я, заручившись согласием твоих хозяев, могу тебя призвать.
 
Колдун слушал и наблюдал.
Когда Нейфион замолк, Яфет огляделся вокруг. Гумункул съёжился за колоколом, как будто пытаясь спрятаться. Призванные Яфетом летучие мыши последний раз обогнули помещение и вылетели через открытую дверь.
В комнате завизжал ветер, и из точки в воздухе в двух шагах от Владыки Летучих Мышей ударил свет.
Яркое пятно мгновенно расширилось, приняв форму крупного создания с крыльями из жидкого огня. Оно было человекоподобным, но в очень малой степени. Фарфорово-белая кожа превращала его гладкое лицо в маску, не считая глаз цвета льда. Нижняя половина существа превращалась в призрачный туман, но его руки и туловище защищали затейливые золотистые латы. В одной руке был сжат меч из пульсирующей лавы.
- Ангел исследований, - сказал Нейфион. - Он будет служить мне какое-то время. Достаточно долго, чтобы доставить нас внутри колокола к месту назначения.
Существо расправило крылья, осыпая пол каплями раскалённой магмы.
- А мне оно будет подчиняться? - спросил Яфет. Он сосредоточился в поисках ответа на собственный вопрос. Он не почувствовал никакой связи, которую обычно различал, получая доступ к способностям Владыки.
- Так просто ты от меня не отделаешься, - сказал Нейфион. - Ангел подчиняется мне, и условия этой сделки я изменить не могу. Как мы и договорились с самого начала, я буду сопровождать тебя. Я твой новообретённый союзник, и я хочу лично оказать тебе помощь в достижении цели, которой ты так отчаянно жаждешь.
- Не сомневаюсь.
- Это меньшее, что я могу, как твой союзник.
Яфет нахмурился. Но достал из кошеля железное кольцо с прядью Ануши.
- Это поможет твоему ангелу найти Кссифу. Там заперт сон той, кому оно принадлежало. 
  
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ 
 
Год Тайны (1396 ЛД), «Зелёная Сирена», пришвартованная в Велталаре, Агларонд
Рейдон сидел, прислонясь спиной к перилам и сложив ноги, и наблюдал за волшебницей.
Серена шагала по палубе «Зелёной Сирены». Она остановилась, нагнулась и быстрыми взмахами внесла изменения в символ, который нарисовала ранее. Изменение было слишком мелким, чтобы Рейдон заметил разницу. Символ был одним из сотен других, в совокупности составляющих широкий круг магических знаков на открытом пространстве между центральными мачтами.
Серена чертила, Рейдон наблюдал, Фостер периодически мелькал где-то рядом с обеспокоенным выражением лица. Монах слышал, что команда «Зелёной Сирены» занимается общим ремонтом, а вдалеке портовые рабочие разгружают и загружают другие корабли в доках. Постоянным контрапунктом к этому шуму служили крики чаек.
Монах знал общий план Серены. Волшебница сказала, что может придать кораблю способность на короткое время проникать в глубины земли. Что-то касательно создания подходящего резонанса между кораблём, его командой и элементальными существами, которых она надеялась призвать.
Рейдон был доволен участью наблюдателя, но Фостер то и дело досаждал волшебнице. И... вот он явился снова. Монах наградил капитана мрачным взглядом, но тот ничего не заметил.
 
- Зачем это? - спросил Фостер.
Серена заменила свой мел вонючей мёртвой рыбой. Это был искрохвост, которого она забрала из бассейна на острове Гефсимета. Она наклонилась и широким росчерком обвела жирным следом один из символов.
- Сомневаюсь, что это гигиенично, - заметил капитан.
Рейдон подумал, не попросить ли Фостера, чтобы он перестал досаждать Серене. Она была занята и не нуждалась в помехах.