Ловушка для графа, или три правила острова Скай (СИ)

Мисс Хортон прищурилась, как бы нацелившись, и ударила по мисс Джонстон убийственным взглядом. Но, кажется, промахнулась, так как реакции не последовало, к тому же в дверь постучали, и на пороге предстал мистер Спенсер.
— Какое прекрасное утро! — произнес он. — Надеюсь, вы хорошо спали?
— Вторую часть ночи вполне сносно, благодарю, — отозвалась мисс Хортон, словно вопрос адресовался именно ей. И отступила, запахнувшись в халат, стянув его руками у шеи.
— День солнечный, — продолжал мистер Спенсер. — И я подумал, что мы бы могли пройтись к берегу и, поджидая прибытия лодки, устроить пикник.
— Чудесно придумано! — обрадовалась мисс Холланд. Но тут же спросила: — А как же граф Дерби, он не будет завтракать с нами?
— Боюсь, у графа дела, он освободится лишь к вечеру.
Мисс Джонстон фыркнула.
— Но он ведь намерен видеться с нами, как вы говорили? Свидания и совместно проведенное время? — спросила она.
Даррен Спенсер, которому граф обещал только «подумать об этом», вежливо улыбнулся.
— Конечно, мисс Джонстон. Сегодня за чаем мы подробно все это обсудим! А пока, если вы не имеете ничего против, мы могли бы устроить пикник на берегу.
Девушка пожала плечами, как бы демонстрируя этим, что не против подобного плана, тогда как мисс Хортон сказала:
— Я не могу выйти из комнаты в едва высохшем платье, помятом и отчасти испорченным. А у меня даже нет горничной, чтобы это исправить… Граф же, — она снова сердито прищурилась, — оказался так мелочен, что… В общем, я никуда не пойду, пока не прибудут мои горничная и платья! — заключила безапелляционным тоном.
— Вы уверены, мисс? — уточнил все-таки Спенсер, и мисс Хортон в подтверждении своих слов плюхнулась в кресло, наглядно демонстрируя свое полное нежелание выходить.
— Что ж, тогда мы отправимся сами. Я распоряжусь, чтобы вам принесли завтрак в комнату!
— Благодарю.
Снабженные Бартоном пледом и корзинкой с едой, напутствуемые идти, не сворачивая с проторенной тропки ни вправо, ни влево, молодой секретарь и две девушки отправились к берегу. Все вещи, конечно же, нес Даррен Спенсер, а его спутницы налегке шагали далеко впереди и любовались сверкавшей, словно начищенный золотой соверен, умытой дождем природой острова Скай. Здесь, в относительной близости к берегу, заросли ежевики и одинокие деревца куцых вязов не стояли стеной, как у Линдфорда, просматривавшегося отсюда, здесь солнце лилось прямо им на головы, расцвечивая блестевшие на траве и листьях деревьев капли дождя в веселые радуги.
Мисс Джонстон остановилась в какой-то момент, на том самом месте, где вчера запустила шляпку в кусты, как догадался вдруг мистер Спенсер, и с тоской вгляделась в самые заросли, рассчитывая, должно быть, ее отыскать. Но, кажется, не нашла…
— Семьдесят фунтов… целых семьдесят фунтов. Этот граф за все мне ответит! — расслышал он ее шепот, подходя ближе.
Семьдесят фунтов за шляпку? Да Спенсеру приходилось месяц питаться за эти деньги, причем вместе с отцом.
И вдруг девушка закричала:
— Смотрите, скорее-скорее… вон там, на дереве…
— Что там, мисс Джонстон?
— Белка с моей испорченной шляпкой, — волновалась она, тыча пальцем в крону ближайшего дерева.
Даррен с Амелией, как бы не напрягали зрение, так ничего и не заметили, разве что что-то блеснуло на миг, в равной степени это могла бы быть капля дождя или отблеск эгрета со шляпки мисс Джонстон, но ни белки, ни тем более шляпки рассмотреть не получилось.
— Это точно была моя шляпка! Эта белка украла ее, — не унималась мисс Джонстон. — Вы должны найти ее, мистер Спенсер, и вернуть мне. Джентльмен вы, в конце концов, или нет? — И так как Даррен не двигался с места, присовокупила в сердцах: — Я ж говорю, эта белка украла ее, мою шляпку за семьдесят фунтов, а вы стоите столбом. Залезьте на дерево и найдите ее!
— Мисс Джонстон… — Попытался было воззвать к ее разуму молодой человек, но та, окатив его презрительным взглядом, подхватила длинную юбку, и сама было полезла в кусты, но первая же затяжка заставила ее отступиться.
 
— Но эта белка, действительно, утащила мою любимую шляпку, — со злыми слезами на длинных ресницах простенала она.
— Испорченную, вы сами вчера ее выбросили в кусты.
— А сегодня жалею… — девушка топнула ножкой.
Даррен, прикрыв на мгновенье глаза и воззвав к высшим силам во имя терпения, опустил корзинку на землю и раздвинул кусты лещины и ежевики.
— Я лишь посмотрю, не валяется ли она где-то в кустах, — сказал он, — на дерево, уж простите, мисс Джонстон, я не полезу.
Не хватало еще испортить единственный сносный костюм ради прихоти избалованной куклы.
Голубоглазая мисс все-таки изобразила улыбку, и даже слезы ее как-то сразу просохли. Кто вчера за столом говорил о театре? Никак мисс Джонстон еще та актриса, подумалось мистеру Спенсеру, продиравшемуся через кусты. Оказавшись по другую сторону этого естественного барьера, он сразу же осмотрелся: ни шляпки, ни… Стоп, а это еще что такое? В раскисшей после дождя земле отчетливо отпечатался след женской ножки. Босой женской ножки маленького размера с узкой ступней…
— Вы нашли мою шляпку? — не вытерпела мисс Джонстон, заметив, должно быть, что он склонился на чем-то, внимательно это рассматривая.
— А… — мистер Спенсер, крайне растерянный этой находкой, не сразу нашелся с ответом. А уже через секунду даже порадовался, что не сказал о ней девушкам: стоило ли пугать их подобным? Что вообще она значит, эта женская босая нога, отпечатавшаяся в земле? На острове, в непосредственной близости к Линдфорд-холлу, кроме трех леди, невест графа Дерби, больше не было женщин. Или все-таки были? Но как? Почему? Рой вопросов зажужжал у Даррена в голове, почти оглушая. Он едва слышал вопросы мисс Джонстон, бомбардирующие его со скоростью десятка в секунду… И только когда кто-то из леди начал ломиться в кусты, вскрикивая от боли, он отмер и разогнулся, отчего-то мгновенно решив, что станет молчать.
— Мисс Холланд, поранитесь! — обратился он девушке, раздвигавшей кусты в явном намерении повторить его подвиг и пробраться через преграду. Сама мисс Джонстон пойти не решилась, только трещала, что та сорока…
— Мистер Спенсер, что происходит? Что вы увидели на земле? Мою шляпку? В каком она виде? Должно быть, эта жуткая белка изгрызла ее в довершение бед. Скажите, как есть — я все выдержу!
Амелия вскрикнула, уколовшись о шип ежевики, и Даррен Спенсер сказал:
— Мисс Холланд, оставайтесь стоять, где стоите — я сейчас буду. — И он, продравшись через кусты, схватил ее руку. — Покажите. Ну вот, кровь! У вас есть платок? Надо перевязать.
Он не сразу заметил оглушившую вдруг тишину, а, подняв взгляд, встретился с покрасневшим личиком девушки. Вот ведь дурак, он выпустил ее руку, словно обжегшись!
— Извините, — повинился и сам изрядно смутившись. Все-таки хватать за руку девушку без перчаток все равно что лезть ей под юбку!
Усмехнувшись, мисс Джонстон головой покачала:
— Так что с моей шляпкой? — осведомилась она. — В конце концов, это только капелька крови…
— Я не нашел вашей шляпки, — с готовностью отозвался молодой человек.
— Но вы на что-то смотрели!
— На… трупик белки. Она лежала под деревом бездыханной…
Мисс Холланд охнула и прикрыла ладошками округлившийся рот.
— А шляпка?
— Ее нигде не было.
Мисс Джонстон задумалась на секунду, а после выдала патетично:
— Значит, две разные белки подрались из-за шляпки ценой в семьдесят фунтов и… только одна вышла из этой борьбы победительницей. Трагично!
Но опечаленной она не была, скорее довольной — как же, даже испорченной ее шляпка имела успех! — и такой, напевая под нос, она и продолжила путь под руку с Амелией Холланд, выглядевшей чуть менее радостной, чем она.
Даррен тоже больше не радовался яркому утру: он думал об отпечатке ноги, об исчезнувшей шляпке, если на то пошло, о графе, все еще чтущем память умершей жены, и о трех правилах острова Скай. И не то чтобы он раньше не думал об этом, но теперь мысли стали навязчивей, не отпускали ни на секунду… Он так и вышел на берег, влекомый как ими, так и противоречивым желанием убежать и остаться одновременно. И при виде широкой глади воды желание убежать сделалось только сильнее…