Клык и металл (ЛП)

Хмыкнув, она добавила:
— Хотя Сен-Мартен чертовски скрытна. Как обычно. Вот почему он сказал мне держаться подальше от её канала...
— Как именно скрытна? — спросил Ник, хмурясь. — Морли сказал?
— Что-то связанное с Белой Смертью. Какая-то сделка, которую она заключила с их королём...
— Сделка? — Ник напрягся. — Какая сделка? Что это значит, бл*дь?
Чарли подняла руку, и её взгляд обратился внутрь, когда она коснулась своего уха. Ник знал, что оба жеста означали, что она с кем-то разговаривает.
Морли, предположил Ник. Он ответил на её сигнал.
Кто бы это ни был, они не разговаривали долго.
Прошло несколько секунд, затем она снова посмотрела на Ника.
— Что? — прорычал он. — Что он сказал?
Чарли указала ему на главный коридор.
— Перед музеем, — сказала она. — Морли у входа. Они ждут тебя.
Ник уже повернулся, собираясь пойти туда.
Чарли остановила его, схватив за руку, и он замер ровно настолько, чтобы заставить себя не вырываться.
Он оглянулся, посмотрев Чарли в лицо и надеясь, что его клыки не показались.
Чарли заметила напряжение на его лице. После небольшой паузы, когда она, казалось, собиралась что-то сказать, она наклонилась к его уху.
— Они видели на мониторах, как ты вошёл, Ник, — тихо сказала она. — Губернатор знает, М.Р.Д. знает. Полиция Нью-Йорка знает. «Архангел» знает. Сен-Мартен хотела накачать тебя газом или вырубить шокером, вытащить отсюда. Морли отговорил её, но все согласны с тем, что нам нужно убрать тебя с этажа. Морли ждёт тебя, предположительно, чтобы забрать с собой в службу безопасности «Архангела», но будь осторожен, Ник...
— Уинтер?
Отстранившись, Чарли фыркнула, как будто ничего не могла с собой поделать.
— Он не сказал. Я предполагаю, что она всё ещё с ними. Она, наверное, отсиживается у Сен-Мартен.
Ник кивнул.
Он бегло сжал её руку в знак благодарности.
Затем он уже сдвинулся с места, быстро уходя.
Он не оглядывался. Он даже не потрудился замаскировать свою расу, словно призрак пробираясь через толпу.
Он был полностью, стопроцентно сосредоточен на том, чтобы добраться до Морли, чтобы Морли отвёл его к Уинтер, чтобы там он выяснил, почему Уинтер внезапно оказалась в штате «Архангела».
Возможно, поэтому он ни черта не заметил.
Пока не начались крики.
Глава 29. Паника
 
Лицо Уинтер появилось перед его глазами.
...такое ясное, такое резкое, что это шокировало его.
Она должна быть в опасности. Чтобы он увидел её так чётко, она должна быть в опасности.
Она здесь. Она внутри здания.
...и люди кричали.
Его разум утратил всякую связность, разлетелся на куски.
Затем он резко сделался сосредоточенным, как у животного.
Ник перешёл на бег.
...вампирский бег. Он бежал на максимальной скорости, на которой человеческому взгляду он показался бы каким-то размытым пятном. Он скользил вокруг них и между ними как вода сквозь камни. Он бежал прямиком к дверям в главный зал. Он бежал прямиком к крикам.
Он уже знал, откуда доносились крики.
Это была первая комната, которую он по-настоящему осмотрел, когда прибыл; та, которую он помнил наиболее ярко из тех книжек с картинками, когда был ребёнком: выставочный зал с высоким потолком, заполненный скелетами динозавров. Именно кости динозавра заставили зал запечатлеться в его детском мозгу, но Ник обнаружил, что помнит каждую деталь комнаты до такой степени, что он задавался вопросом, может, он действительно бывал здесь ранее — в смысле, лично.
Это также была выставка, на которую он глазел как вампир сразу после того, как миновал пост охраны, электрическую стену и крытые будки с билетами, которые каждый день пропускали тысячи человеческих туристов.
Всё это проносилось в его мозгу, пока он бежал.
Ник не думал о том, что найдёт, когда доберётся туда.
Животный вампирский мозг сводился только к бегу, к преодолению расстояния, к драке, к тому, чтобы добраться до Уинтер и убить то, что могло ей угрожать.
 
Он метнулся через открытый дверной проём в коридор...
...и врезался в толпу людей, бежавших в противоположном направлении.
Стена человеческой плоти была слишком плотной, и Ник не мог протолкнуться так, чтобы не навредить им. Они кричали вокруг него, причиняя боль его вампирским ушам, дезориентируя его.
Его взгляд сканировал лица, отыскивая знакомые.
Но он не узнавал ни одного лица.
Даже вампиру чертовски сложно было бы пробраться сквозь них.
В итоге Ник сделал то, чем обычно редко утруждался — отчасти из-за того, кем он был, отчасти из-за того, что это выдавало в нём копа.
Расправив плечи и сопротивляясь постоянному натиску кричащей толпы, Ник нагнулся и активировал антигравитационные ботинки, которые он по-прежнему носил со смокингом. Он запрограммировал их на нужную ориентацию (пришлось сделать это вручную, поскольку он избавился от гарнитуры), затем настроил так, чтобы они активировались при контакте.
Он с трудом выпрямился, по-прежнему окружённый толкающимися и орущими людьми.
Осмотревшись по сторонам, чтобы сориентироваться, он подскочил в воздухе.
Ник метил в стену справа от места, где он стоял, и уверенно приземлился на поверхность, покрашенную белой краской.
Ботинки сцепились с нею.
Ник протестировал прочность их хватки, покачавшись вперёд-назад, затем двинулся вперёд — сначала осторожно, наклоняясь в сторону, чтобы касаться стены пальцами и перестроить своё ощущение направления и баланса. Привыкнув, он зашагал быстрее.
Вскоре он шёл очень быстро... затем перешёл на полноценный бег.
Он по прямой устремился к главному входу в здание.
Конечно, обувь на самом деле не была «антигравитационной». Её только называли так.
Если уж на то пошло, на деле эффект был противоположным.
Ботинки создавали гравитацию там, где её не было.
Источая программируемое поле притяжения, которое могло сцепиться почти со всеми поверхностями, ботинки позволяли офицерам и детективам полиции идти или даже бежать практически в любом направлении — даже вниз головой, по потолку.
Будучи вампиром, Ник обычно ими не пользовался. В большинстве случаев он мог перемещаться под нетипичным углом чисто благодаря скорости и проворству.
Но не сегодня. Не в паникующей толпе людей, которые безумно неслись на него, пытаясь пробиться мимо Ника, чтобы убраться от...
Ну, от чего-то.
Ник всё ещё не был уверен, от чего именно они бегут.
На долю секунды Ник вспомнил разумную стену. Он вспомнил копа, застрявшего в стене, и задался вопросом, не угодил ли тот туда из-за антигравитационных ботинок. Затем он вспомнил Ану Нуньез в потолке и посмотрел вверх.
Ничего.
Он не замедлил своего движения, но продолжал осматриваться по сторонам в поисках угроз.
Потолок был высоким и неподвижным, выгибался длинным величественным куполом с восьмиугольными узорами на белой как кость поверхности. Потом Ник глянул вправо и увидел кое-что ещё — большую дыру в стене впереди; в той же стене, по которой бежал Ник. Колонны из красного гранита стояли в том открытом пространстве и поддерживали каменную арку.
Ему придётся прыгнуть.
Возможно, там он сможет пройти по полу, если толпа будет достаточно редкой. В теории он может спрыгнуть, отключить ботинки и просто пойти. Однако ему не нравилась мысль о возвращении на пол... пока он не определил источник тех криков.
Всё ещё обдумывая варианты, Ник продолжал бежать, что в антигравитационных ботинках получалось ужасно медленно, но при этом позволяло рассмотреть, от чего все убегают.
 
Он не видел никакого движения помимо паникующей толпы.
Он искал тех металлических «существ» с картины Малека, но не заметил ничего на потолке, колоннах, на другой стороне... ничего такого, что породило бы крики... ничего, что вызвало бы безумное бегство через весь музей.