Легионы праведных (СИ)

— Сэр, это майор Стоун. Ожидаю приказ. О ситуации осведомлен.
— Стоун, отлично. Сможете собрать у себя три-четыре взвода опытных ребят?
— Три точно смогу, сэр.
— Отлично, как только будете готовы, то выдвигайтесь в район Грустного Цирка. Там формируется ударная группа. У вас примерно минут пятьдесят на подготовку. Транспорт за вами отправлю.
— Есть, сэр.
Гектор быстро написал на листе блокнота список фамилий и имен, который передал Ринго:
— Нужно найти их и доставить сюда.
— Будет сделано, сэр.
Ринго продиктовал фамилии и вызвал к себе трех курьеров, которым приказал разыскать бойцов. Гектор сел на жесткий деревянный стул. Если внешние захватили станцию, то Урошевацу придется туго. В городе имелось две небольшие угольные электростанции, но их мощности хватит только для обеспечения энергией больниц и хранилищ, да и запасы угля не так уж велики. Хорошо, что осень только началась, и пока не холодно. Станцию нужно отбить любой ценой. Уже завтра утром население столкнется с тем, что приготовить еду — проблема, не говоря об иных бытовых сложностях. Подача холодной воды и работа канализации будет обеспечена угольными станциями, но вот освещение и обогрев станут невозможными. Те, кто располагал домашними холодильниками и успел запастись провиантом, теперь тоже потеряют свои запасы. И маленькие проблемы будут с каждым днем превращаться в глобальные неприятности.
Он попросил еще раз связаться с генералом:
— Сэр, это Стоун.
— Вы уже готовы? Машины в пути.
— Нет, сэр, хотел спросить: а на других участках как обстоят дела? Есть смысл объявить срочный сбор всех?
— Не думаю. Удар болезненный, но внешние не станут предпринимать лобовых атак. Все нацелено на то, чтобы взять нас измором.
— Ясно, сэр. Спасибо, сэр.
Гектор подумал, что такая внезапная атака основывалась не только на техническом превосходстве, но и на информации, полученной от предателей среди горожан и работников станции. Насколько он знал, Станцию охраняли подготовленные подразделения с реальным боевым опытом, к тому же там базировалась почти половина систем Республиканского ПВО. Конечно, этим системам не под силу справиться с истребителями и высотными бомбардировщиками, но вертолеты и дроны им вполне по зубам. Так что ему совершенно не понятно, каким образом у внешних получилось высадить десант на Станции.
И еще: даже пятьсот человек, даже подготовленных профессионалов, даже с самым современным вооружением — этого слишком мало, чтобы нейтрализовать охрану станции. Совет, частично состоявший из ветеранов Революции, прекрасно понимал значение Станции и то, как они сами в те годы, захватили ее, поэтому уделял самое пристальное внимание вопросам безопасности. Лучшие люди, лучшая техника, самый тщательный контроль. Все для защиты. Даже сейчас, когда Станция перестала быть орудием шантажа, она обеспечивала Урошевац электричеством, так что являлась основным объектом защиты.
— Ринго, кроме информации от генерала, никаких дополнительных сведений?
— Нет, сэр. Насколько я понимаю, связи со станцией сейчас нет. Даже проводные телефонные линии выведены из строя.
— Интересно, эти суки просто перерубили силовые кабели или начали глушить реакторы?
— Не могу знать, сэр.
— Это я просто вслух размышляю.
Гектор, увы, не обладал знаниями, как быстро можно заглушить реактор, но ему казалось, что это не самая быстрая процедура. К тому же, проводить ее должны специалисты, а не громилы из спецподразделений. Хотя…У внешних каналы связи с потрясающей пропускной способностью. Личное присутствие инженеров и не потребуется: им будет достаточно видео в реальном времени.
Он подумал, что занимается гаданием на пустом месте, а еще поймал себя на мысли, что просто сидит и ничего не делает. А что ему оставалось? Причитать? Или отдавать приказы?
На пороге штаба появился майор Понцо, его заместитель. Ветеран Революции, до последнего времени обучавший снайперскому мастерству курсантов Республиканской Военной Академии.
— Джек, — поздоровался с ним Гектор и ввел в курс дела. — Тебе придется заняться моей работой, пока я буду на Станции.
 
— Хорошо, Гектор, — они позволяли себе называть друг друга по именам даже в присутствии посторонних. Гектор, прослуживший почти всю свою жизнь в полиции, в которой к воинским приветствиям относились проще, чем в армии, совсем не обращал на это внимание.
— Ничего хорошего.
— А ты думал, что эта ленивая война так и будет продолжаться? Только честно, Гектор? Ты думал, что пострелушками на окраинах все ограничится?
— Ну, — Гектор замялся, — не надеялся, но очень бы хотелось такого.
— Внешние не дадут нам расслабляться. Я вообще не понимаю, почему Совет так легко сдал им Территории, да и Врата.
— Чтобы избежать потерь, у них господство в воздухе.
— Когда мы начинали Революцию, против нас был весь мир, и нас было в десятки раз меньше. И мы тогда победили. А сейчас почти триста тысяч здоровых мужчин и женщин сбились как стадо баранов в городе и ждут, когда внешние выдрючат всех.
— Ты не совсем прав, у многих дети, да и стариков прилично уже набирается.
— Духа свободы вот только не набирается, — заявил Понцо. — Расслабились, заплыли жирком. Я же с молодежью побольше твоего общался: ленивые жопы. Не без способностей, конечно, тут уж генетика и хорошая жрачка, но вот лень и, эта, сука, как ее, инфантильность.
Гектор посмотрел на своего заместителя: Понцо старше него на пять лет, и сейчас он видел перед собой классического старика, нудящего об упадке нравов среди нового поколения. Доля истины в словах Понцо, конечно, имелась, но он не брал в расчет, что сейчас внешний мир прекрасно знал, с чем ему предстоит бороться, знал, какие средства для этого использовать, а еще знал, что им нечем ответить. Во время Революции Станцию только полностью зарядили топливом, а сейчас остатков его хватило бы лет на десять для одного Урошеваца в режиме разумной экономии. Нет, определенно, ему не хочется повторить опыт Понцо и превратиться в такого же старого брюзгу. «Лучше пусть меня пристрелят», — подумал Гектор и еле сдержался от того, чтобы не рассмеяться: уже через несколько часов он сможет реализовать задуманное.
— С тобой я могу не волноваться, что здесь что-то пойдет не так, Джек. Ты — мой надежный тыл.
— Целоваться только не лезь, — Понцо снизил уровень пафоса и сразу превратился в нормального человека. — зубы-то на ночь почистить не успел?
— Не успел. А с почищенными у меня был бы шанс?
— Возможно. Как вернешься — проверим.
Даже Ринго засмеялся. Гектор подумал, что смех — это хорошо, смех — это надежда.
Через минут десять начали прибывать бойцы из списка: некоторых, у которых имелись радиостанции, а это были пожарные и спасатели, поднял Ринго, остальных оповестили курьеры. Курьеры же и рассказали им о Станции. Гектор не знал, как лучше поступить: довести до них всю информацию или промолчать, так как конкретных инструкций от командования по этому поводу он не получил. В итоге пришел к выводу, что нет смысла ничего скрывать: любой идиот сделает вывод, что если в квартире нет электричества, то, значит, какие-то проблемы на станции.
Почти все из списка были примерно его возраста. Только шесть человек молодых. Многие выглядели очень недовольными, но приказ есть приказ.
Они дождались два автобуса, которые прислал генерал и отправились в район Грустного Цирка. Гектор подумал о том, что уже утром многие из них будут мертвы. И даже у него есть такой шанс.
  
Глава 15. Джейн
 
Глава 15.
Джейн.
За полтора месяца уже третья деревня. В этой они провели четыре дня. Настроение у Джейн становилось все мрачнее с каждым часом этой идиотской военной авантюры. Время шло, а бравое командование мяло свои яйца и ничего не предпринимало, хотя вплотную приблизилось к Урошевацу. Больше месяца назад десант французских и испанских спецназовцев смог на некоторое время захватить атомную станцию и вырубить реакторы, лишив кровососов стабильного энергоснабжения. Тогда она с радостью подумала, что вот и настало время для решительного штурма, но командование решило иначе. Идиоты решили, что теперь, когда вампиры будут мыть жопы холодной, а не горячей водой, то обязательно проникнутся идеей капитуляции и поднимут белый флаг. Естественно, что этого не случилось.