Любимая для бессмертного (СИ)
- Хорошо, - кивнула я, намереваясь выполнить его требование.
Однако, вписывая информацию в нужные графы, я с ужасом обнаружила, что с интересом поглядываю на собственного похитителя. Невероятно! Он утащил меня из родного дома, привел в непонятный мир, рассказал какую-то пугающую сказку о балансе и о собственном бессмертии, а я любуюсь на него украдкой и не могу избавиться от ощущения, что никогда не встречала мужчины красивее!
Впрочем, это было правдой. Хоть Рене и выглядел очень уставшим, он все равно казался мне невообразимо привлекательным. Отличная фигура, глаза эти синющие…
Я мотнула головой и вперила взгляд в бланк. Нет уж, не надо мне сейчас о нем думать! Лучше займусь делом и наконец-то заполню анкету. Потому что ни к чему хорошему восторги такими мужчинами не приводят. Еще не хватало в него влюбиться.
В бессмертного!
Я быстро вписала необходимые данные в соответствующие поля бланка и передала анкету Рене. Он протянул руку за листом бумаги, но почему-то вместо этого коснулся моей ладони, и мы так и замерли, почти что держась за руки.
Не знаю, сколько бы еще длился этот интимный момент, если б внезапно не распахнулась дверь в кабинет. Я дернулась, пытаясь убрать руку, Рене словно попытался меня придержать, но потом с неохотой отпустил.
Он перевел взгляд на того, кто нарушил наш покой, и сердито скривился. Было видно, что мужчина крайне недоволен вторжением; в синих глазах вспыхнул гнев.
- Томас, - холодно проронил Рене, - когда ты наконец-то научишься стучать, прежде чем заходить?
- Так вы ж звали! – возразил застывший уже посреди кабинета курчавый паренек лет восемнадцати, не больше.
Впрочем, я не могла ни в чем быть уверена. Рене тоже выглядел лет на двадцать пять-тридцать, а ему, возможно, уже три тысячи сколько-то там!
- То, что я просил тебя зайти, не означает, что можно вот так врываться в мой кабинет, - сухо произнес мужчина. – Нет, не убегай, погоди. Томас, у нас новая переселенка. Займись ею, отправь в распределительный отдел… Анна, жилье у тебя есть, а вот работу выбрать помогут. Финансы на первое время тоже выделят, разумеется, и с разбором особенностей мира.
- Найти ей куратора? – пренебрежительно поинтересовался Томас, говоря обо мне так, словно я была собачонкой.
Рене поднялся со своего места, вышел из-за стола и подошел к парню. Тот встряхнул пшеничного оттенка курчавыми волосами, втянул голову в плечи. Рене оказался сантиметров на пятнадцать выше своего подчиненного, но отнюдь не это сыграло главную роль и пугало незадачливого Тома больше всего.
- Нет, куратора Анне искать не нужно. Я займусь ее делом лично, - холодно промолвил он.
- Но…
- Лично, - с нажимом повторил Рене, а потом тихо что-то добавил.
Томас, доселе цветущий и довольный жизнью, моментально позеленел.
- Понял вас! – отозвался Том. – Все будет сделано по высшему разряду! Все как прикажете, господин Хранитель! Госпожа Анна? Позвольте вас проводить?
Я с удивлением уставилась на него, но поднялась со своего стула. Конечно, все вокруг становилось еще более загадочным, но работа мне нужна, да и адаптироваться тоже не помешает, а этот паренек, кажется, должен был мне в чем-то помочь?
Удивительно, но он взирал на меня с таким ужасом, словно я тоже была богиней, минуту назад снизошедшей с небес. Я понятия не имела, что могло вызвать у него подобную реакцию, но даже расправила плечи и старалась не показывать, что на самом деле боюсь.
Парень решительно шагал вперед, и я старалась от него не отставать. Он не проронил ни слова, не пытался познакомиться, не спрашивал, кто я такая, и это, пожалуй, было странно, но задавать лишние вопросы я все-таки не стала. Вместо этого шла за ним, пока мы не остановились у чьего-то кабинета.
На двери красовалась небольшая табличка с золотистым отливом. Черные буквы на ней вещали: «Распределение по рабочим местам. Программа адаптации переселенцев между мирами».
Кучерявый паренек, выделенный мне в сопроводители, поспешил открыть передо мной, пропустил вперед, а сам быстренько юркнул следом.
Я практически сразу напоролась на строгий взгляд неизвестной мне женщины. Ей было уже лет пятьдесят, и в целом она выглядела достаточно важно – так, словно выполняла какую-то невероятно сложную работу, которую кроме нее никто потянуть не мог. Полноватая, но не слишком, в очках, она смотрела на меня, поджав губы, и от такого пристального внимания мне стало не по себе.
- Зачем пожаловали? – поинтересовалась она.
- Переселенка это, госпожа Эмилия, - сообщил паренек. – Господин Рене попросил ее привести к вам.
- Сил нет с этими переселенцами, - проворчала женщина. – Тех устрой, тех размести. Квартиру выдай, инструкцию перескажи. А они потом, неблагодарные, еще и жалуются, что мы плохо работаем... Кого ты мне опять привел? – она повернулась к парню, что должен был меня сопровождать. – Куда ее устроить?
Он воровато огляделся, окинул меня выразительным взглядом и, наклонившись, что-то нашептал женщине на ухо. Госпожа Эмилия, еще секунду назад выражавшая ярчайшее неодобрение, внезапно расплылась в фальшивой улыбке.
- Присаживайтесь, моя дорогая, - проворковала она. – Том! Немедленно помоги госпоже Анне присесть.
Откуда только имя узнала?
Том, тот самый кучерявый сопровождающий, не заставил себя долго ждать. Он быстренько отодвинул стул и едва не под руку подвел меня к нему. Я удивленно взглянула на парня, пытаясь отыскать след издевки во взгляде, но он в своей почтительности был совершенно серьезен.
Мне, признаться, стало страшно. Я никак не могла избавиться от мысли, что эти двое задумали некое коварство. Но куда уж хуже! Я до сих пор не могла поверить в то, что попала в параллельный мир, а они хотят сказать, что это еще не все? Что еще мне светит?
- Ну, раз такая почтенная особа оказалась у меня на распределении, - слащаво промолвила госпожа Эмилия, - то как я могу выбрать какую-то недостойную должность?.. Том, были какие-то дополнительные распоряжения от господина Рене?
Парень отрицательно покачал головой.
Я заикнулась было, что Рене просто не успел ничего сказать – его ведь отвлекли важные дела! – но кто б меня слушал. Женщина принялась перебирать документы, но при виде каждого из них недовольно кривилась и отрицательно качала головой.
- Нет, нет, нет, - бормотала она, откладывая один лист бумаги за другим. – Нет! Надо посмотреть из свеженького! О, посмотрите-ка. Еще сегодня утром, буквально несколько часов назад, был выявлен нелегальный швейный цех. Теперь будет служить на пользу государству. И надо же, у него сейчас нет руководителя!
Я нахмурилась. Единственное, что ассоциировалось у меня со словом «швейный цех» - это темное здание, из которого меня увел Рене. Погодите-ка…
- Госпожа Анна, вот мы и подобрали для вас отличную вакансию. Вы возглавите швейный цех и займетесь его легализацией! – радостно уведомила меня Эмилия.
- Что? – выпала в осадок я. – Швейный цех? Легализацией? Но я не умею… Я…
- Кому, как не вам, этим заняться? – с притворной ласковостью проворковала женщина. – Нет-нет, Анна, это я могу доверить только вам. Такая достойная леди!
Я удивленно повернулась к Тому, но он выглядел также: льстиво улыбался и все отводил глаза.
Что здесь, в конце концов, происходит?
Но прежде, чем я успела озвучить этот вопрос, госпожа Эмилия уже успела проштамповать какую-то бумажку и с неподдельно гордым видом всучила ее мне. Я дрожащими руками взяла листок, пробежалась взглядом по его содержимому и побледнела.
Глава швейного цеха! Я! Но ведь я совершенно не знаю, что делать!
- Сегодня вы переночуете в нашем специальном зале для адаптации, чтобы избежать возможных последствий в виде головокружения и тошноты, - гордо отчитался Том. – А завтра утром я провожу вас на работу. Пойдемте! Я провожу вас в восстанавливающий кабинет.
Мне не оставалось ничего, кроме как слепо подчиниться.