Любимая для бессмертного (СИ)

- Да, - твердо кивнула я. – Уверена. Несколько дней промедления ничего не изменят, а я постараюсь принять решение максимально быстро. Можете не волноваться.
- А как же платья, о которых вы мне рассказали? Неужели вы не желаете заключить договор хотя бы касательно их?
- Думаю, - улыбнувшись, промолвила я, - мы с вами обойдемся без лишней документации. Надеюсь, вы не откажетесь предоставить упомянутую вами сумму наличными по факту готовности платья?
Сандра сжала зубы. На какую-то секунду на её лице появился отпечаток недовольства, словно я каким-то таинственным образом нарушила её планы. Однако, это выражение её лица исчезло уже совсем скоро; она расплылась в улыбке и сладким, не вызывающим ни малейшего доверия голосом произнесла:
- Разумеется. Отличный вариант, госпожа Анна.
Женщина поднялась со своего места, вновь скользнув ладонями по подлокотникам кресла – было в этом жесте что-то ритуальное и, очевидно, успокаивающее её, - и первой направилась к выходу. Она вновь провела меня по тесному и душному складу и вывела в бутик, буквально сверкавший своей дороговизной.
В этот раз в зале присутствовала клиентка, какая-то надменная женщина в явно дорогом пальто. На улице было довольно тепло, и я не представляла, зачем ей этот определенно лишний в такую погоду элемент гардероба, но не спрашивать же в открытую!
- О, Сандра! – меня незнакомка упорно проигнорировала, но зато заметила хозяйку бутика. – Ну так что, ты всё ещё не передумала насчет куклы?
Она подошла к витрине и взяла одну из кукол в руки, покрутила её и тяжело вздохнула, выражая таким образом свой восторг от красивого платья и милого фарфорового личика.
- Я ведь уже сказала, - холодно промолвила Сандра, - что это всего лишь декор бутика, и я не намерена с ним расставаться.
- Удивительно, откуда столько упрямства, - рассмеялась незнакомка. – Я тебе предлагала уже столько денег за эту красотку! Она как две капли воды похожа на мою дочь.
- Ты можешь любоваться на собственную дочь, дорогая. Разве нет? Зачем тебе ещё кукла? Ну, право слово, разве не стыдно женщине в твоем статусе интересоваться такой ерундой.
Незнакомка пожала плечами.
- Я не хочу, чтобы кукла с лицом моей дочери украшала чужой бутик. Я бы хотела, чтобы она находилась у меня в доме и радовала мой глаз.
- С возрастом ты становишься всё причудливее.
Я понимала, что невольно становлюсь свидетелем разговора, который никоим образом меня не касается, потому вышла на улицу. Солнце уже припекало, и я остановилась возле витрины, наслаждаясь яркими лучами. Надо было отправляться обратно в швейный цех, но меня как будто приковало что-то к этому бутику…
- Тоже любуетесь куклами?
Я вздрогнула и повернулась на звук чужого голоса. Рядом со мной стояла та самая женщина, что минуту назад рассматривала куклу на витрине.
- Да, засмотрелась, - улыбнулась я. – Мне кажется, это мечта любого коллекционера… Странно, что госпожа Сандра не желает расставаться со своими куклами или изготавливать их на заказ.
- Что ж, я б, например, не отказалась от маленькой коллекции, - рассмеялась женщина. – Хотя домашние меня засмеют. Когда я рассказывала сыну о кукле, похожей на Эдиту, он сказал, что я занимаюсь ерундой и мешаю ему работать…
- Он у вас занятой человек, должно быть.
- Очень, - кивнула она. – Даже слишком… Всё время в делах да в делах… Я всё надеялась, что он женится, у него была любимая… Но он нас даже не успел познакомить. Бедняжка погибла.
- Какой ужас, - охнула я.
- Да. На нем лица не было, - утвердительно кивнула женщина. – Он довольно скрытный, так и не рассказал мне всех подробностей, но так страдал… Прошло уже много времени, мне казалось, он её забыл, но сердцу не прикажешь, он так и не смог достаточно успокоиться, чтобы полюбить вновь…
Я могла только сочувственно смотреть на неё. Пережить смерть любимого человека – это ужасно, я помнила, как страдала, прощаясь с дядюшкой…
- А вот эта кукла похожа на вас, смотрите, какое удивительное совпадение, - вдруг промолвила женщина. – Смотрите!
 
И вправду, одна из кукол на витрине была вылитая я. Если поначалу она мне показалась такой же, как и соседняя, то сейчас удалось рассмотреть едва заметные отличия. Темные чуть вьющиеся волосы, насыщенного оттенка зеленые глаза… Конечно, такого пышного платья, как то, в которое была наряжена кукла, у меня отродясь не было, это пережиток прошлого, но лицо…
- Потрясающе, правда? Нет, я должна рассказать Рене, может быть, хоть теперь он мне поверит в то, что это может быть не случайное совпадение!
- Рене? – переспросила я удивленно.
- Ну да, - подтвердила женщина. – Рене. Своему сыну… Подождите секунду!
Она открыла сумочку, достала кошелек, долго рылась в нём, пока наконец-то не достала фотокарточку.
- Вот, это Рене с сестрой Эдитой. Фотография старая… Сейчас он, конечно, возмужал, но и тогда был прелестным юношей, даром, что принимал себя невесть за что.
Я взглянула на фото и почувствовала, как мелко задрожали мои руки. С фото смотрела довольно лихая, улыбчивая девица, как две капли воды похожая на одну из кукол на витрине…
И Рене. Ещё совсем юный, не избавившийся от подростковой угловатости, сутулящийся, словно надеялся сбежать с фотографии и стать на ней максимально незаметным, но всё равно – мой Рене.
  
Глава восемнадцатая
 
Я вернулась домой, когда уже почти стемнело. Чувствовала себя очень уставшей и, сказать по правде, просто валилась с ног, потому, не обращая внимания ни на скатерть-самобранку, приветливо зазвеневшую разложенными на ней тарелками, ни на Тамилу, пытавшуюся было меня остановить и перекинуться несколькими словами, сразу направилась к себе.
Голова разрывалась от мыслей и подозрений. Я осознавала, что их слишком много, чтобы всё надуманное мною звучало хоть сколько-нибудь здраво, но мне не хватало знаний этого мира, чтобы систематизировать всё и сложить вместе.
Дверь в комнату не была заперта на ключ, и я вошла внутрь, уже подозревая, что застану Рене внутри. И он действительно был там. Лежал, вытянувшись на кровати, с закрытыми глазами, но не спал, кажется, сосредоточенно думал о чем-то. Рене был бледнее, чем утром, когда мы с ним разошлись по своим делам, и гораздо мрачнее. Плотно сжатые губы выдавали в нём напряженность.
Он вздрогнул, услышав, что я вошла, распахнул глаза и несколько секунд смотрел на меня, как будто не до конца узнавая. Спустя несколько секунд всё-таки выдавил из себя слабую улыбку и поймал меня за руку.
- Ты уже вернулась? Я немного задумался…
- Так, что даже не услышал, как я вошла? – улыбнулась я, устраиваясь на краешке кровати, и подумала, что всё-таки очень рада его видеть.
Нельзя было сказать, что рядом с Рене я чувствовала себя предельно защищённой и стабильной, но, по крайней мере, у меня не возникало ощущения, будто в ближайшие несколько секунд должно произойти что-то очень плохое. Он создавал некий оплот стабильности, и я наслаждалась присутствием мужчины и тем, что могла ему безраздельно доверять, что б между нами ни случилось.
 
По крайней мере, Рене не походил на предателя.
- Да, у меня сегодня было довольно напряженное совещание, - неохотно признался он. – А когда твои подчиненные старше тебя в тысячу раз, иногда при тесном контакте возникают значительные неприятности, сама понимаешь…
- Да, этого не миновать, - мягко усмехнулась я. – Однако, уверена, ты с достоинством вышел из ситуации.
- Ага. Правда, это стоило нам Обители Истинных, и теперь они по всем кустам трясутся и думают, как бы испортить баланс окончательно, чтобы я не смог их убить.
Рене наконец-то сел. Его песочные часы на цепочке выпали из ворота рубашки, и мужчина растерянно скользнул кончиками пальцев по тонким звеньям, словно пытался удостовериться в реальности всего происходящего, а тогда улыбнулся мне.