Из Тьмы (СИ)

…Не нужно быть опытным чтецом людских душ, чтобы догадаться, что последовало дальше. Генерал без армии совсем не удивилась «щедрому» предложению возглавить полк ополчения — или отряд убийц для устранения особо важных и хорошо охраняемых целей.
Любой армейский офицер до глубины души оскорбился бы предложению командовать подлыми убийцами и, скрепя сердце, согласился на «полк» бывших землепашцев с вилами и десятком дульнозарядных пищалей на всё воинство. Но с Наджендой вожаки революционеров просчитались. Там, где другие упирались в тупик и опускали руки, она видела возможности. Иначе как бы нищая дворянка без связей и нечеловеческого таланта северной дикарки Эсдес смогла пробиться к званию генерала?
И вот теперь женщина стояла во главе группы тех, кто должен разрушить сложившийся баланс и вознести своего командира на вершину власти. Бывший генерал была реалисткой и не рассчитывала стать правительницей. Но занять должность военного министра или главнокомандующего? Почему нет?
Правда, до воплощения грёз в реальность оставалось ещё много грязной работы. А сейчас привыкшей к армейской дисциплине Надженде приходилось терпеть в подчинении кучку фриков с тейгу, вроде этой сумасшедшей маньячки с раздвоением личности — Шелли. Да и другие не намного лучше. Разве за исключением зеленоволосого глупыша Лаббака, который вился за женщиной хвостиком, несмотря на её увечья и потерю былой красоты.
И если лишённая эмоций убийца вызывала опаску и подспудный страх, а простоватый дуболом Булат — снисходительную усмешку, то бывшая работница массажного салона или, говоря прямо, борделя, по невероятной случайности получившая один из Великих Артефактов, своими блядскими манерами и одеждой заставляла женщину испытывать презрение и отвращение. Надженда сама поднималась к заветному званию… разными путями — поэтому видеть в беспринципной и бесстыдной простолюдинке своё кривое отражение ей не нравилось.
Увы, но по многим причинам она не могла, предварительно изъяв тейгу, выставить неприятную особу вон. А потому приходилось работать с тем, что есть, сдерживать себя и играть роль лояльного командира, практически скатившись к панибратству. Впрочем, ей не привыкать. На пути к званию генерала приходилось делать и гораздо менее приятные вещи, чем любезничать со шлюхой. Путь наверх никогда не устилали лепестки роз. Уж кому, как не ей это знать!
Много лет назад, когда они с матерью жили в бывшем особняке своей семьи на правах прислуги у богатого родственника, маленькая девочка, плача в каморке, дала себе клятву. Пообещала сделать так, чтобы её будущим детям никогда не пришлось пережить то же, что и ей. И сейчас взрослая, многое повидавшая и многого добившаяся женщина не собиралась отступать под ударами судьбы. Неважно, через что ей придется пройти и что совершить, от своей цели она не отступит! Так или иначе, но она займёт подобающее место в этом прогнившем мире!
Примечания:
* Песня Павла Пламенева https://zaycev.net/pages/21017/2101727.shtml?spa=true&trackId=2101727
  
Глава 14 Праздничное настроение
 
Ополоснувшись и переодевшись после тренировки, отправляюсь на завтрак. Изнывающий от голода желудок (как, собственно, и его хозяйка) пребывал в святой уверенности, что вкусняшки — это не еда, а значит, следует без промедления подкрепиться.
Никого из группы в ресторанчике застать ожидаемо не удалось: слишком позднее время.
— Привет, — поздоровался со знакомой официанткой. Вчера я заказал у неё всё имеющиеся в наличии миндальное печенье и договорился насчёт новой поставки. — Как там мои печеньки?
— Доброе утро, госпожа, — улыбнулась розовласка. — Мама обещала приготовить к вечеру, но если вы спешите… — не дав девушке договорить, я уверил её в том, что никого не торопил и планировал забрать заказ только завтра утром, перед отбытием.
На завтрак по совету официантки выбрал блинчики с сиропом.
Спустя некоторое время, приговорив целую горку блинов (которые, кстати, действительно оказались весьма и весьма хороши), я, довольный жизнью, попивал кофе.
 
Краем глаза заметив знакомый силуэт, я отвёл взгляд от окна и помахал рукой спустившейся на завтрак Эрис. Заметившая меня девушка казалась чем-то смущенной и даже села через один стул, будто желая им загородиться.
— Привет, Эрис, чего ты сегодня сама не своя?
— Здравствуй, Куроме, — пряча взгляд, сказала девушка. — Я хотела бы извиниться за своё неподобающее поведение вчера вечером. Вот.
Я недоумевающе на неё посмотрел.
— Ты о чём?
— Эмм… — Эрис потупилась и стала теребить рукав, — я слишком развязно себя вела и пыталась выведать ваши секреты. Старик Хант сказал, что выспрашивать секреты Храмов Боя у его выпускников очень невежливо. Вот. Прости.
— Пф! Больше его слушай, — фыркнул я. — Прекращай выдумывать и делай заказ. Тем более, это из-за нашего с Наталом дурного примера ты выпила лишнего. Поэтому я должна взять на себя, хех, ответственность!
— Хорошо, спасибо, Куроме, — расслабилась блондинка. — Хи-хи, ты и правда самая необычная из встреченных мной девушек! — рассмеялась всё ещё чувствующая себя не в своей тарелке Эрис. — А ещё ты очень хорошая и Хант зря наговаривает на тебя и твоих друзей. Ой!
— И что же он сказал? — по-птичьи наклонив голову, посмотрел на спохватившуюся блондинку. — Не волнуйся, не съем я твоего родственника. Он старый и жёсткий.
— Ничего такого! — Она в отрицании замахала руками. — Просто дядя рассказывал о других адептах боевых храмов как об опасных, жестоких и непредсказуемых людях. С ними нужно всегда быть настороже и думать о чём говоришь, вот. Но вы ведь совсем не такие!
— Конечно, мы хорошие ребята, — с нотками скрытой иронии ответил я. — Но в принципе он прав: не все такие дружелюбные, как мы. Кстати, ты ещё не передумала давать уроки музыки?
— Разумеется, не передумала! Это самое малое, чем я могу тебя отблагодарить. Эм, только давай начнём занятия немножечко позже, хорошо? Хантер договорился с одним из театров и я, может быть, буду выступать на сегодняшнем праздничном концерте. Представляешь?! — блондинка засветилась от радости.
«Хм, то-то она сегодня принарядилась», — обратил я внимание на внешность девушки. Косметику она не наложила, но выглядела нарядно; да и неброские, но искусно выполненные серьги и кулон с синими камнями в тон платью я видел на ней впервые.
— Поздравляю. Надеюсь, ты нас пригласишь?
— Разумеется, приглашу!
Счастливая блондинка с удовольствием делилась историями о жизни в Столице, сплетнями, ходившими в её круге знакомств — и, конечно же, рассказывала о музыке. Как оказалось, Эрис была не только певицей, но и фанаткой классической музыки. Она играла на многих инструментах и помимо гитары. Вскоре я обогатился знаниями о том, чем камерная музыка отличается от оркестровой, а так же о видах последней. Ну и, конечно, именами знаменитых композиторов.
Довольно забавно было сидеть и поддакивать, иногда издавая неопределённые хмыки, видя, как собеседница принимает тебя за знатока. На иногда задаваемые вопросы без труда отвечал перефразированными словами самой Эрис. Способность разгонять мыслительный процесс не делала меня умнее, но давала время для обдумывания реплик. Так что я не только развлекался, но и тренировал полезный навык.
Жаль, что постоянно поддерживать такое состояние не выходило, разум от нагрузки начинал буксовать, да и мысленное напряжение доставляло дискомфорт.
В прошлой жизни я обращал мало внимания на творчество Моцарта, Чайковского, Бетховена и других великих музыкантов прошлого. Но слушая, с каким жаром говорит блондинка, сделал себе заметку по возвращении в Столицу лично оценить имперскую классику. А что? Буду культурно просвещаться, не только же глотки резать?
 
Да уж… если не считать памяти прошлого воплощения — что мне довелось в этой жизни видеть? Детские трупы не прошедших Экзамен, тренировки и трупы нескольких выбывших, рожи командиров и трупы смертников, миссии и трупы врагов и друзей. Трупы, трупы, трупы… Даже мой тейгу управлял трупами, хех! Потихоньку такая жизнь начинала казаться не только привычной, но и правильной.