Из Тьмы (СИ)
«Я не буду бояться! Я буду сильной! Я не стану жертвой!»
Та слабая и наивная девица, которая покинула Столицу вместе с труппой дяди Хантера ни за что бы не подняла оружие на другого человека. Она скорее бы попыталась апеллировать к совести и милосердию злодеев. Но молодая женщина, благодаря собственному опыту дорожных приключений и общению с гораздо более осведомлённой в вопросе Куроме, знала: есть люди, с которыми можно договориться, а есть те с кем не стоило и пытаться.
Как мрачно шутила Куроме «Лучше ты будешь разбираться с чужими трупами, чем кто-то будет разбираться с твоим.».
Бах-бах-бах! — для стороннего наблюдателя выстрелы прозвучали практически очередью. Один из охранников и самый быстрый из прихлебателей безвольно рухнули лицом в брусчатку, второй же схватился за голову, упал на землю и принялся подёргиваться в агонии. Не обращая на это внимания, девушка сделала шаг вперёд и впечатала ладонь в грудь второго прилипалы, вложив в удар остатки усиления и отправив его прямо в объятия сынка лорда.
— Я Эрис Фаулер! Мои предки веками боролись с такой грязью как вы! Убирайтесь или умрите!!! — находясь на грани истерики, прокричала девушка и в запале шагнула вперёд.
Этот шаг несостоявшейся жертвы обернувшейся безжалостной убийцей, вывел недавних хищников из ступора, заставив с воплями порскнуть в стороны. Бросив оглушённого парня и барахтающегося под ним крикуна, шайка стремительно удалялась.
Девушка подрагивающей рукой вернула разряженное оружие в кобуру и застыла в странном оцепенении, не зная расплакаться ли ей, истерично рассмеяться, или просто обессилено опуститься на землю.
Хлоп-хлоп-хлоп, — прозвучали за её спиной одинокие аплодисменты.
— Великолепное представление, леди!
— Л-лорд Сюра? — хоть девушка и не являлась завсегдатаем светских приёмов, сына премьер-министра она прекрасно запомнила, будучи представленной на прошедшем балу в честь дня рождения Императора.
— Я уже не надеялся, на то, что это унылое болото сможет меня ещё повеселить. И тем приятней встретить здесь такое сокровище! Не только талантливая певица, но и отважная воительница. Словно прекрасная хищная роза из Диколесья на фоне чахлых комнатных цветочков! — С доброжелательной улыбкой сытого монстра проговорил молодой мужчина с крестообразной то ли татуировкой, то ли шрамом на загорелом лице.
Сюра продолжал говорить и был в целом достаточно галантен, но девушка едва сдерживала себя от того чтобы поёжиться. В отличие от приёма, где они перемолвились лишь парой положенных этикетом фраз, сейчас Эрис явственно чувствовала в атлетически сложенном молодом человеке — неправильность. Очень похожую на ту, что она ощутила от злой, готовой и желающей убивать Куроме. А ведь Сюра так и не вмешался, хотя, судя по словам, застал как минимум развязку недавней драмы. Захотелось заплакать от обиды, броситься в бегство или хотя бы обнять себя руками, создав иллюзию защищённости.
Нет! Она не покажет страх! Она будет сильной! Девушка гордо выпрямила спину и вскинула взгляд, уверенно смотря прямо на собеседника.
… собираю команду для очищения Империи и предлагаю стать её первым членом, — продолжал говорить Сюра. — Ты же последняя из рода старого паука Фаулера? — Эрис поджала губы, когда Сюра назвал пауком её любимого дедушку. — Отец даст тебе доступ к хранилищу тейгу. Если повезёт, займёшься семейным делом. Повеселимся, ха-ха-ха!
Интуиция подсказывала девушке, что попытка отказаться может стать опрометчивым поступком. С лордом Сюрой было что-то не так. Раньше он был гораздо спокойнее и сдержаннее. Наркотики? Проблемы с психикой после ужасного сражения с террористами Ночного Рейда? Нечто иное? Она не знала. Зато помнила слова Куроме о большом потенциале своей способности передавать эмоции с голосом, и записи подруги о возможном развитии этого дара. Тогда Эрис только фыркнула, не собираясь превращать свой талант дарить людям радость посредством песен в подлое орудие обмана, но сейчас… разве успокоение мятущегося разума — плохой поступок?
— Мне лестно слышать от Героя Сингстрима такое предложение, — транслируя умиротворение, произнесла начинающая артистка, — но вы уверены, что Премьер-министр согласится впустить меня в сердце сокровищницы Дворца? Насколько я помню, дедушка был с ним в не очень хороших отношениях.
— Ха, да он его терпеть не мог! Но Паука и Тайной Полиции больше нет, а ты мне нравишься! — с возросшим дружелюбием произнёс сероволосый. — Странно, что я тебя почти не запомнил. Ты же не сторонница старого пердуна Будо? Нет? Отлично! Отец сейчас свободен, я тебя представлю. — До того как разум Эрис осознал эти слова, под ней появился светло-фиолетовый круг телепорта.
Интерлюдия 2. Город Кукута.
Смуглый, одетый в светлые брюки и рубашку мужчина с небольшой «испанской» бородкой на лице, широким шагом двигался по мраморному полу. В руке был зажат свёрнутый лист бумаги, которым он помахивал в такт шагов. Целеустремлённое движение иногда замедлялось для взаимных приветствий с коллегами, но ни разу не прервалось для беседы. Мужчина спешил. Вот пред ним показался коридор, ведущий к кабинету губернатора.
— У себя? — спросил он у эффектной блондинки за столиком секретарши. Увидев лёгкий кивок, обладатель бородки, не обращая внимания на ожидающих посетителей, вошёл, без стука распахнув дверь.
— Диего… — владелец кабинета поставил на стол чашку и вернул в тарелку надкушенный кусочек пирога, — Сколько раз повторять? Перед тем как войти — стучи в дверь.
Диего только отмахнулся от недовольно нахмурившего светлые брови патрона. Должны же у ближайшего помощника и друга юности быть свои привилегии? Пока губернатор отодвигал в сторону свой нехитрый обед и убирал салфетку, Диего в нетерпении скользил взглядом по обстановке.
Несведущий человек мог бы удивиться скромности приёмной высшего чиновника провинции. Покрытый зелёным сукном стол, на котором находились положенные чиновнику его уровня дорогие писчие принадлежности и различные печати, несколько стульев для посетителей, кожаный диван в углу, пару книжных шкафов наполовину заполненные папками и книгами, портрет Императора, сейф. Если бы не размер помещения и стола, можно было подумать, что кабинет принадлежал болезненно честному чиновнику гораздо более низкого ранга. Немногими, нарушающими подчёркнутую утилитарность украшениями, были статуэтки за стеклом одного из шкафов и две картины с изображением морских пейзажей висящие напротив кресла губернатора чуть выше деревянных панелей до половины покрывающих стену.
Мужчина мысленно усмехнулся. Уж он-то знал, что эта «нищенская» обстановка обошлась в три раза дороже той, что была при прошлом хозяине этого кабинета — любителе броской роскоши и пускания пыли в глаза. Простые деревянные панели и скромная мебель выполнены из крайне дорогого дерева Златолиста, произраставшего только в глубине Диких Земель, а картины и статуэтки являлись подлинниками работы знаменитого древнего мастера. По мнению Диего, кабинет прекрасно характеризовал «скромного» губернатора Фореста, планирующего стать таким же скромным высшим лордом или даже вице-королём.
— Вот, забрал у телеграфистов, — развернув лист, Диего передал его губернатору и, повернув стул, уселся лицом к спинке, положив на неё руки.
— Превосходно! — широкий рот растянулся в улыбке.
— Превосходно?
— Даже лучше чем я рассчитывал. Но связным наших «друзей» мы конечно передадим искреннее возмущение, — хохотнул развеселившийся губернатор.
Диего без убеждённости кивнул.
— Я понимаю, что после Сингстримской бойни этому отморозку Кокэю, как и Сайкю будет не до нас, но что если революционный сброд захочет нас шантажировать? Если во Дворце узнают о нашей причастности, нас раздавят из принципа! Вместо одного корпуса мы получим во врагах всю Империю! — эмоционально жестикулировал Диего.
— Вот поэтому, друг мой, это ты приходишь в мой кабинет, а не я в твой, — самодовольно сощурился Форест. — Пока борцам за народное, — саркастичная усмешка, — благо требуется наше золото, и пока они не могут взять его силой, у нас не будет друзей преданней, чем они. А сейчас, после такого плевка в лицо властям, их начнут давить, и золота потребуется вдвойне. Они будут преданно заглядывать в наши глаза даже после того как мы устроим скандал и укоротим носы их самым наглым шпионам, Диего. Все ходы уже просчитаны.